РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ
Наконец, стали известны имена активистов апреля. Спасибо всем за активные отыгрыши, за ваши голоса и участие!

ПЯТЬ ВЕЧЕРОВ
А под прицелом большая мама Пантера. И пока ее не отвлекают дети, спешите задать вопросы!

cw. дорога домой

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » племя ветра » главная поляна


главная поляна

Сообщений 41 страница 60 из 388

1

http://s5.uploads.ru/JdoSI.png


Лагерь племени Ветра, в отличие от других племен, находится на абсолютно открытом пространстве, и располагается посреди холмистого участка, на месте слабовыраженного подножия меж возвышений вокруг. Самая выразительная часть лагеря – большая каменная глыба, стоит на противоположной от входа части лагеря, совсем вдалеке; с нее предводитель обращается к своему племени, а также в ней таится его палатка. Несмотря на то, что в целом коты племени Ветра предпочитают спать под открытым небом, палатки у них все же есть на случай непогоды или какой-то критической ситуации; все они плотно прилегают к крутому склону вокруг лагеря. По правую сторону от скалы находятся кусты утесника, в которых располагается целительская. Затем, следуя от нее в сторону входа, идет детская и палатка оруженосцев. На параллельной стороне, в небольшом отдалении от главной поляны, близ скалы, в небольшом валежнике располагается палатка старейшин. Ближе к центру левого крыла лагеря находится воительская палатка. Добыча складывается в той же стороне прямо возле входа; так коты сразу могут избавиться от улова, войдя в лагерь. На просторной поляне могут устраиваться коты, чтобы отдохнуть или перекусить.


0

41

Ласково дул ветерок, светили звёзды и слышались птичьи крики. Даже лапа почти не болела. Щавель с трудом при открыл один глаз, наблюдая за суматохой на поляне. Многие столпились у палатки Ветрогона и о чём-то разговаривали. Повернув голову и закрыв глаза кот попытался снова уснуть. Было приятно побегать, пускай и во сне, Щавель не жалел, что не может бегать как остальные коты Ветра, но это было приятно. Поспать ему не дали, неужели нельзя говорить потише, медленно поднявшись кот сел и принялся осматривать свою лапу. Кончики когтей заканчивались не полупрозрачным шипиком, а мутной щёточкой. По всей длине кождого коготка отходили тоненикие ворсинки, которые Щавель тут же принялся отгрызать и, если не отгрызается, прилизывать. Наверное, со стороны это выглядело забовно. Кот сидел, засунув пол лапы себе в рот и ускрдно её грызя. Это, конечно, не помогло. Отгрызенные ворсиночки стали короче и жёстче, а прилизанные распушались каждый раз, когда толстяк делал пару шагов. За ухом опят зазудело. Кот почесался, сведя на нет всю долгую работу. Махнув головой он лёг и вновь попытался уснуть. Теперь спать мешала лапа. Щавель просто не мог спокойно спать, зная, что его когти находятся в столь плачевном состоянии. Он, крехтя как самый старый старейшина, встал и направился к палатке целителя. Аж на другую сторону лагеря, далеко между прочим! Посмотрев на играющих котят Щавель довольно хрюкнул и взял из кучи с дичью пойманного кем-то кролика. Нехорошо идти с пустой пастью просить помощи. Заглянув в палатку и увидев вхродящего туда предводителя, Щавель решил, что лапа в общем то, не так уж и беспокоит его, и ходить он вполне может, и, мало ли, вдруг его в патруль отправят? Или на охоту? Нет, на глаза Лихозвёзду лучше не попадаться. Щавель положил кролика обратно в кучу и направился к котятам. Сев в некотором отдалении от них он постепенно перешёл в лежачее положение и вскоре снова задремал.

+3

42

Ручей.
За то время, пока Нарцисса тащила в пасти ворох веток и травы, что она добыла в ручье, кошка успела уже порядком проругаться. Всё тело чесалось после воды, но остановится возможности не было, да и лишний раз беспокоить ранки на коже не хотелось. Кошка аккуратно сложила найденное там, где свою добычу оставила Вишнёвка, и прошла вперёд, в центр Главной Поляны. Кошечка села, обвив обедневшим от расчёсывания хвостом лапки, и обратилась в слух. Что-то нехорошее происходило возле палатки целителя, и воительница понимала что вскоре речь пойдет о глашатае племени. Почувствовав мелкий но колкий укус в районе паха кошечка изогнулась и зубами вцепилась в бестактного пассажира. Выплюнув его на землю, Цисси внимательно и брезгливо посмотрела на шевелящегося термита.

И вот эти маленькие гады терроризируют всё наше племя!

Кошка фыркнула, а когда подняла взгляд, заметила как вернувшийся следом за ней Ландышелап положил собранное в кучку и занял место недалеко от выхода, наконец почесавшись. Переводя скучающий взгляд с одного кота на другого, Нарцисса отметила непоседливых комочков, от которых традиционно исходили все внутриплеменные угрозы. Кошка улыбнулась, глядя на возню котят, и тут же её взгляд довольно просиял, ведь позади них она увидала облако, спустившееся с небес. Воительница подскочила и бодрой рысью направилась в другой конец полянки, настороженно обойдя котят и злобно шикнув на них, изображая из себя строгую и расфуфыренную кошку. Белый лежал ничего не подозревая, отвернувшись от малявок, свернувшись клубком и довольно улыбаясь в дрёме. По мелодичному сопению Нарцисса поняла, что кому-то тут ну очень хорошо. Цисси нависла над Щавелем и мееедленно занесла над ним лапу, хитро усмехнувшись, а затем, ХОБ его лапой по пузу!

У тебя ТАМ сидел ТАКОЙ термит! – Выпучив глаза закричала кошка, когда Щавель ошалевше подскочил, насколько, кхм, позволял его вес, и вопросительно уставился на Нарциссу. – А я его убила. Не позволила ему укусить своего друга, да.

Кошечка сияла, радуясь тому, что шалость удалась, и изо всех сил старалась не рассмеяться. Во всяком случае, теперь ей будет с кем позавтракать.

Я не ела со вчерашнего дня, не хочешь разделить мышку? Там вроде есть одна. – Кошечка кивнула на кучку с едой, не переставая довольно улыбаться.

+6

43

► не понять из каких дальних горизонтов взялся.

Пока окружающие трудились так, что даже термиты кусались восхищённо и гораздо чаще, чем ещё два часа назад (зарядились рабочим настроем, вестимо), Высверк мимо ничего не делал. Таким могло оказаться мнение стороннего наблюдателя, однако сам юнец был полностью уверен в невероятной важности своей задачи. Даже не так. Это была, представляете, целая тренировка навыков маскировки. Может быть судьба лупоглазого поджидает его вовсе не на полях брани, а в какой-нибудь канализации. С бесконечными запасами пиццы и цветной повязкой на глазах. Увы, соплеменники обо всём перечисленном не ведали, принять великое предназначение бело-серого были не в силах и за "маскировку" во время всеобщей работы могли прописать по ушам. Так что на родину воитель возвращался перебежками. Из куста в куст, от холма к холму. Закономерно, через несколько прыжков стиле "я кролик-кролик-кроолик, а вовсе и не кот"...

— Ой! — длиннохвостый субъект наступил на собственную лапу и костлявым ковриком растянулся аккурат у входа в лагерь.
— Вот же хвойнец, — тоскливо протянул новоявленный предмет интерьера, рассматривая знакомые пушистые морды, на коих ныне было написано выражение крайней занятости. — Ух ты, а масштабненько, — Высверк даже восхитился объёмом общественно-полезных дел. — Интересно. Мне вроде неловко должно стать, не? — и обратился к собственной совести. Совесть ответила оглушительным храпом в стиле "да иди ты, какое неловко, какое стыдно, мне такой сон видится. Вон прям как Щавелю". Подождите-ка. Щавелю? Оглядев на пять раз знакомые виды, воитель умудрился-таки заметить большое такое сугробище, мирно сопящее посреди притоптанной зелени. Ага-а-а. Молодой воитель расплылся в широкой улыбочке, вскакивая с налёжанного места и отправляясь неумолимо (аки Титаник к айсбергу) к соплеменнику. Поистине звездоцаповский план сорвало появление Нарциссы. Однако что за стратегия без пункта Б?

— Сонное белое неч... Щавель и милая Нарцисса, я прямо-таки знаю, чего вы сейчас хотите больше всего, — Высверк внезапно организовался за спинами упомянутых действующих лиц, лучезарно демонстрируя всё великолепие кошачьей стоматологии.
— Пойти далеко-далеко и спасти от одиночества прекрасные... — театральная пауза, — васильки. После завтрака, разумеется. Кто ж идёт совершать цветочные подвиги на голодный желудок, м?

Отредактировано Высверк (2017-06-19 17:58:34)

+7

44

- Ммбдф? - Щавель резко вскинул голову, чуть не ударившись о лапу, разбудившую его. Широко раскрыв глаза он сфокусировал сонный взгляд на стоящий перед ним кошке. - Нарцисса, зачеем ты меня разбудила? - зевнул кот, проглотив последнюю часть предложения. И полоучив ответ кошки расхохотался.
- В следующий раз, когда будешь спасать меня от термитов, постарайся не пробить мне голову лапой, - не переставая посмеиваться сказал Щавель. Поесть его значит разбудили. Когда он ел? Когда лёг спать, перед тем, как нам его разбудил, значит не давно. Чем чаще ешь, тем чаще нужно ходить на охоту. вздохнул кот, почёсывая за ухом.
- Хорошо, но тебе прийдётся пойти со мной на охоту, а то если я продолжу есть, но не буду охотиться меня выгоняет из племени - говоря это, он положил хвост Нарцисса на загривок и похлопывпл кончиком по плечу. Он хотел добавить, что может она сможет научить его ловить кроликов.
- Милая Нарцисса, хорошо звучит, - пихнул он кошку головой в плечо. Резко развернувшись, когды Высверк закончил говорить Щавель с хищной улыбкой накинулся на младшего кота, придавливпя его плечи к земле, выдержав пару секунд, Щавель наклонился и, довольно громко, сказал котика на ухо:
- Вот я и спас один василёк... От того, чтобы он был раздавлен тобой! - попытка копирования стиля речи Высверка прошла не очень, но выражения морды котика, когда толстяк напрыгнул на него сверху стоила усилий. Отпустив голубоглазика Щавель направился к куче с дичью, не прекращая хихикать.

+3

45

Не успел Щавель сбросить остатки сна, как вдруг из-за спины послышался знакомый голос, не сулящий ну ничего адекватного. Милая Нарцисса. Как это было слащаво, словно липкий, тягучий мёд пролили и он налип на шерсть так, что теперь никакие умывания не помогут. Нарцисса медленно повернула голову, всё ещё надеясь увидеть кого-то ещё.

А, Высверк. – Что, что это за имя такое? Что оно означает, кто его придумал? Целое наказание носить такое имя, которое половина племени пытается выговорить и не сломать язык, а вторая даже не пытается сделать это.

Нарцисса и договорить не успела, как мимо неё пронёсся белый ком, всё ещё зевающий, и не оставивший попыток отбросить сон. Тем и ознаменовался славный миг, когда под Щавелем был погребён Высверк. Кошечка хохотнула, отметив, что впервые за день она искренне рассмеялась, забыв о мерзких паразитах в шерстке. Воительница шлёпнула лапой Щавеля по его обширной (словно континент) филейной части, после упоминания Милой Нарциссы, и обошла возившихся котов, заглядывая Высверку в глаза. Котик был чуть напряжен, странно, с чего бы это? Ведь так приятно повозится с друзьями и устроить шутливую возню, заодно щедро обмениваясь термитами. И насколько могла судить кошка, в богатом Щавелевом меху зарождалась целая цивилизация маленьких гаденышей, так что обнимашки с белым были похожи на самоубийство.

Но Высверка то НЕ СПРОСИЛИ ХОЧЕТ ОН ИХ ИЛИ НЕТ!

Когда белый увалень наконец пощадил глазастого и отправился к куче с едой (за этим занятием его видели крайне часто в последние дни), Нарцисса постаралась принять серьёзный вид и наклонилась к отряхивающемуся от белого пуха Высверку, участливо интересуясь как он.

Наверное васильки тебя сегодня не дождутся, ведь придется лечить пару переломов. Сможешь встать? – Кошечка хохотнула, проведя хвостом по ушам Высверка.

Обратив взгляд на другой конец поляны, где усилился шум котов и кошек, Цисси тут же приобрела максимально серьёзный вид, почувствовав, как на загривке встала её шерсть в ожидании скорых новостей.

В самом деле нам лучше дождаться Лихозвёзда с новостями о состоянии глашатая. – Тон кошки изменился, в голосе пропало всякое тепло, да и задор улетучился.

Конечно, ежедневные мелкие радости были необходимы, но не тогда, когда в лагере происходили исторические события, и Звёздное Племя буквально переминалось с лапы на лапу, стоя на пороге палатки целителя. Кошечке стало немного стыдно за столь легкомысленное поведение, и Цисси даже чуть отсела от друзей, устремив свою мордочку, слух и мысли на другой конец лагеря.

Отредактировано Нарцисса (2017-06-19 22:19:11)

+6

46

Начало игры

Главная поляна тихо и незаметно жила своей жизнью. Котята играли но солнцепёке, воители мирно беседовали, кто-то просто дремал, подставив бока и спинку мягким солнечным лучам. Где-то за пределами лагеря наставники тренировали своих учеников, в траве сновали кролики и полевые мыши, а у пастбища патрульные собирали целебные травы от напасти, неожиданно нагрянувшей в дом котов племени Ветра.
Недовольно дёрнув ухом, молодая воительница распушила шерсть и впилась маленькими, но острыми зубками в бок, выкусывая надоедливого термита. Её тело горело в многочисленных местах, пульсировало болью и от каждого укуса словно распухало и становилось больше. Так ей казалось. Целебная мазь почти не помогала.
Расправившись с насекомым, Льняноглазка прикрыла небесные глаза и с наслаждением, выгнувшись всем телом, поскребла когтями зудящий бок. Она едва ли не застонала от удовольствия, когда жгучей раны коснулись острые края когтей, и исступлённо зачесалась, до крови раздирая чувствительную кожу, зная, что так нельзя, но не в силах остановиться.
Выглядело не слишком красиво и женственно, но, Звездоцап подери, до чего же хорошо!
"Да и он всё равно не видит..." - Мимолётная мысль обожгла сильнее челюстей термитов, и Льняноглазка ненадолго застыла, обернувшись в сторону выхода из лагеря. Сердце болезненно сжалось и привычно заныло, будто больное, загнанное, просящее отдыха. Но бело-бурая кошка не давала. Он не давал, своим присутствием сея хаос в её душе, а отсутствием - немыслимую тоску.
Уныло свесив тёмно-каштановые ушки, Льняноглазка неторопливо отряхнула шерсть от остатков песка и перебралась в слабую тень, отбрасываемую одним из крепких валунов. Тело продолжало гореть огнём, но от прикосновения ещё сохранившей утреннюю прохладу земли стало немного легче.
"Как там глашатай?" - закусив губу, подумала молодая воительница. Тот был совсем плох, и в племени уже перешёптывались о том, что в скором времени Лихозвёзду придётся делать новый выбор.
Положив мордочку на аккуратно вытянутые лапы, Льняноглазка ненадолго прикрыла глаза.

+4

47

Палатка целителя

Тяжёлым шагом кот появляется тяжёлой, тёмной тенью на главной поляне. Здесь много котов. Кучка котят восторженно перешёптываются и топочут крохотными лапками. В ребятне кот узнаёт родных котят своего глашатая. Его уголки губ медленно ползут вниз, когда кот наконец останавливается, вместе с Ветрогоном укладывая тело покойного кота на центр поляны.
— Коты племени Ветра, — достаточно громко произнёс кот, не сдвигаясь с места, — не каждой дружбе суждено длиться вечно, время оказывается очень злым и скоротечным, сегодня для нас наступит вечер великой скорби, — молчание режет коту слух, однако Лихозвёзд напрягается, одним из первых бегло касаясь холодной, леденящей шкуры своего глашатая, — мы все помним его как прекрасного воителя, который сейчас будет смотреть на нас с тех звёзд, откуда смотрят на нас предводители, воители и другие коты нашего прошлого. Наши братья, сёстры, матери, отцы. Белоус отошёл к звёздным предкам.

Лихозвёзд замолкает, делая шаг вперёд, чтобы с высоты своего роста осмотреть котов. На их мордах застывали самые разные эмоции: кто-то до сих пор не понял, что произошло. На кого-то мысль о потерянном глашатае обрушилась, словно несокрушимая морская волна. Кому-то только потрепала холку. Кто-то мог преспокойно улыбаться. Лихозвёзд крепко прикрыл глаза, дёрнув подбородком так, будто бы ему это придавало какой-то уверенности.

— Спи спокойно, брат, — и ведь на самом деле. Это слово... «брат». Пожалуй, это был тот случай, когда эти двое пуд соли вместе съели. У них одна душа на двоих. И сейчас у молодого кота душа настолько ноет и болит, что ему выть хочется. С этим котом Лихозвёзд чувствовал себя увереннее. Он был словно его опорой, не давал упасть в нужные моменты. От этого на него снисходило спокойствие и уверенность в себе. Он всегда знал, что его глашатай его поддержит. Сейчас же, когда вокруг него всё его племя, ему почему-то стало жарко.

— Попрощайтесь с ним, — негромко произнёс кот, выпрямляясь, а затем стремительно пытаясь покинуть главную поляну, — а назову нового глашатая до восхода луны. Мне... я всем вам соболезную, — ещё раз коротко высказался Лихозвёзд, прежде чем рвануть вперёд и практически нос к носу столкнуться с Нарциссой.

— Ох, прости, — выходит скомканно, кот делает шаг в сторону, чтобы пропустить тонкую, невесомую, практически прозрачную кошку вперёд. Выражение собственного замешательства замирает у него на морде, когда он впирается внимательным, но в тот же момент безумно рассеянным от происходящего, взглядом в молодую кошку. Сердце чутко отбивает установленный ритм. Бьётся в грудную клетку из рёбер, как замкнутая в клетке птица. После смерти матери Лихозвёзд сам себе пообещал быть сильным. И он будет сильным, несмотря на то, какие испытания уготовила ему судьба. Даже сейчас. Всегда, чёрт возьми.
— Тебе стоит с ним попрощаться, — негромко говорит кот, отводя уши назад, а затем бросает беглый взгляд на Щавеля и Высверка, — и вам двоим.

Он хочет, чтобы его голос не дрожал также, как у его матери, когда она ему что-то запрещала. И он не дрожит.
— А мне, — тяжёлый вздох заставляет его могучую лобастую голову слегка дёрнуться в основании шеи, — мне стоит отвлечься от всего этого, — кот сдал позиции. Уже проходя мимо троицы, Лихозвёзд повернул голову назад, взглядом пробегая по разношёрстным шкурам своих котов.
— Нарцисса, — окликнул предводитель, однако вовремя закрыл пасть, из-за чего вместо зычного имени сквозь зубы вылетел лишь едва различимый шёпот, который мог слышать только он сам. Он хмуро свёл брови и рассёк массивным хвостом воздух. А затем скрылся в зарослях в стороне своей палатки.

+10

48

— Преклоняю пушистые колени перед твоим талантом произносить моё имя правильно, о прекрасная воительни... Щавель, нет! — юнец уж было дёрнулся в сторону, но споткнулся о вон ту маленькую травиночку под когтем. Вся родословная несчастного растения была перечислена котом, когда откуда-то сверху изволил заземлиться Щавель. Далеко-далеко, в мире прямоходящих существ, Высверку уже пели бы заупокойную. Ведь ангел белый, ангел карающий спустился, дабы вытрясти чёрную душонку из тщедушного тела. Выдавить, точнее. Хорошо нынче амброзией кормят небесных созданий.
— Кхря... — серо-белый вон уже успел оценить качество питания, кряхтя и хрипя, будто старая советская Волга махрового года выпуска.
— Щавель, дражайший, в следующий раз предупреждай о благих намерениях избавить наше племя от надоедливого меня, — однако долго лежать на одном месте точно не входило в перечень умений Высверка, так что вставать всё же пришлось. Юнец резко вскочил на лапы, напоследок не преминув громко охнуть, и потянулся. Да-а, ещё эдак денёк он не сможет скакать с привычной скоростью на своих четырёх по любимым пустошам, не поминая добрым словом Щавеля.

— Мы точно не поможем, сидя здесь с самым похоронным видом. Лучше уж на охоту сходить, если только Лихозвёзд не выпорхнет от целителей аккурат вот сейчас. Ой, — стоило тебе родиться вороной, Высверк, ибо каркать ты уже умеешь прекрасно. Массивное кремовое облако показалось на поляне, сейчас, однако, напоминая тучу. Не грозовую такую, всю из себя гремящую. А готовую пролиться холодным дождём, какие бывают печальной поздней осенью. Голубоглазый попытался улыбнуться — улыбка сползла. Хотел было подойти к Цисси или Щавелю — отшатнулся, прижав уши. На поляне лежало неподвижно тело.

Высверк особо не задумывался о смерти, о посмертии, а на великолепные порой восклицания "Что ты опять учудил! Звёздное племя смотрит" шутил безо всякой оглядки. Ага, большой брат следит за тобой. Более всего напоминало всеобщую паранойю. Но Звездоцап её побери, так ведь хочется, чтобы это правдой оказалось. Ушёл кто-то близкий, а ты посмотри на небо — зажглась маленькая новая звёздочка. Она будет с тобой даже в самые отчаянные времена. Высверк считал подобные мысли за слабость. Ровно до первого своего столкновения со смертью, до сегодняшнего дня.
— Да, наверное стоит, — приглушённо отозвался юнец, еле вырывая себя из тенёт мрачных мыслей относительно эмоциональных привязанностей. Лиховёзда нельзя было назвать слабым ни с одного его кремового бока, а вон как тяжело потерю переживает. Это что же, всех обитающих в подлунном мире такое ждёт? А может тогда вообще лучше ни с кем родства не чувствовать? Молодой воитель ответа не знал и не прозрел в одночасье, мимолётно касаясь кончиком носа ледяной шёрстки бывшего глашатая. Чтобы тут же отойти, неловко запнувшись о собственный хвост.

Отредактировано Высверк (2017-06-23 01:09:44)

+7

49

Поддавшись ласковому ветерку, нежно перебирающему своими призрачными пальцами короткую кофейную шерсть, и приятной прохладе иссушенной земли, Льняноглазка не заметила, как медленно задремала. Её дыхание выровнялось, а неприятное жжение в местах укусов отошло на второй план, позволив кошке ненадолго расслабиться.
Ей снилась охота.
Воительница слабо дёрнула лапами во сне, пытаясь поймать ускользающий кроличий хвостик, белым пятном маячивший среди тонких стеблей вереска.
Молодой зверёк был хитёр и так просто сдаваться в лапы охотницы не хотел, а потому Льняноглазка петляла вслед за ним и делала ложные выпады, то пропадая из виду, то вновь выскакивая наперерез кролику, пытаясь обмануть напуганную дичь. Выскочив на крутой склон, бело-бурая кошка ненадолго потеряла дичь из виду, но, посмотрев вниз, застыла как вкопанная – сильнее солнечных лучей, резанувших её по глазам, был только громкий агрессивный мяв. У подножия холма, не на жизнь, а на смерть сцепившись с гадюкой, рычал Журавль. Помедлив всего мгновение, Льняноглазка птицей бросилась на выручку соплеменнику, враз забыв об охоте.
Кролика, пустоши, тихо колышущихся от невидимого ветра трав больше не существовало. Тёмная беззвёздная ночь с головой накрыла молодую воительницу, мягкая поросль сменилась острыми камнями, и Льняноглазка уже в разы медленнее, почти наощупь спустилась вниз, теряя драгоценное время. Звенящая тишина со всех сторон окутала её плотной шкурой, когда передние лапы коснулись твёрдой поверхности, испещрённой когтями соплеменника. Пахнуло кровью.
- Журавль? – свистящим шёпотом позвала бело-бурая кошка, нерешительно останавливаясь у примятой земли, ещё хранившей следы возни и подсохших, чёрных в скудном освещении капель. Гулкое эхо отразило её голос и, многократно усилив его, швырнуло Льяноглазке обратно в морду издевательским плевком. Вздрогнув и поёжившись от стылого ветра, коснувшегося её лап, молодая воительница настороженно пошла по следам крови, тонкой цепочкой ведущим куда-то в самые недра тьмы. Сзади тихо хрустнула ветка, и неприятный озноб витиеватой цепочкой пробежал вдоль позвоночника, подняв шерсть ершистым частоколом. – Журавль..?
Она не успела обернуться до того, как что-то тяжёлое налетело на неё, сбило с лап и пригвоздило к земле мёртвой хваткой. Отчаянно взбрыкнув, Льняноглазка рванулась прочь из цепкого захвата врага, когтями ощутив толстую шероховатую поверхность чешуйчатой кожи, но безуспешно. Протестующе мотнув головой, когда вязкая капля яда коснулась её шеи, она застыла, во все глаза уставившись на…
- Ибис, - свистящим шёпотом выдохнула воительница, мгновенно бледнея и чувствуя, что неумолимо задыхается. И причиной тому была вовсе не гнетущая тяжесть, удерживающая её на земле. Сердце бешено заколотилось о рёбра, словно пытаясь пробить себе путь на волю и выпорхнуть подобно пленной птице, оставив Льняноглазку ни с чем. – Ты… Где Журавль?
Кот не ответил, но шевельнулся, и ощущение чешуи под лапами внезапно прошло: теперь там была лишь пустота, тяжёлая, давящая, вязкая; не бурая шерсть, которой молодая воительница так мечтала коснуться. Даже во сне это было для неё запретным. Жадно вдохнув ночной воздух, надеясь украдкой поймать хотя бы пару нот волнующего запаха желанного воителя, Льняноглазка вдруг закашлялась, неожиданно поперхнувшись сильным запахом свежей крови, исходящим от опасно изогнутых когтей Ибиса.  Его лапы были напряжены, тугие мускулы перекатывались под гладкой каштановой шерстью, и молодая воительница не сразу заметила, что они перепачканы багровыми пятнами. В небесно-голубых глазах потемнело от ужаса, когда пленница увидела пару белых шерстинок на его широкой груди. Воин медленно склонился к Льняноглазке, и в привычно прищуренном взгляде зеленоватых глаз бело-бурая кошка с содроганием разглядела свою перекошенную от страха мордочку, бледным отражением на мгновение мелькнувшую в стальном проблеске.
- Что ты сделал с Журавлём?! – обвиняюще, броско, словно кто-то другой вкладывал ей эти слова в голову, выкрикнула Льняноглазка и рванулась прочь из захвата, не желая больше и секунды смотреть на это непроницаемое выражение морды Ибиса, ранившее похуже его острых клыков; рванулась, на одно волнительное мгновение коснувшись его груди, оставляя клочки своей шерсти в когтях каштанового кота.
Но и это не сработало.
Оставив на кремовых боках пару царапин, Ибис вновь пригвоздил её к земле и страшно оскалился. Точно так же, как тогда, давно, он скалился в морду Журавлю, когда избивал его почти до полусмерти.
Сердце пропустило удар.
«Вот и всё», - с горечью подумала бело-бурая кошка, закусывая губу. Она не была такой же сильной и умелой, как пятнистый воитель, и ей ни за что не отбиться, вздумай Ибис прикончить её. Льняноглазка зажмурилась и сжалась в комок, чувствуя, как крупная дрожь волнами сотрясает её тело: – Нет, прости, я…

И в этот самый момент сон оборвался.
— Коты племени Ветра, - зычно воззвал Лихозвёзд, и Льняноглазка ошалело распахнула глаза, жадно хватая ртом горячий воздух, не веря, что всё закончилось.
Она медленно поднялась на лапы и приблизилась к телу Белоуса, ещё не совсем понимая, что произошло. Кошмар липкой паутиной оплёл её, и молодая воительница с трудом приходила в себя, опустив голову и рассеянно слушая горькие слова предводителя.
Он отошёл, уступая место соплеменникам, и Льняноглазка покорно приблизилась к глашатаю, коротко коснулась носом его холодной шерсти и отступила в тень. Она боялась смерти и сейчас хотела побыть как можно дальше от скорбящих котов и духа Белоуса, возносящегося в Звёздное племя. Обняв себя хвостом и неуютно поведя плечами, Льняноглазка сжала губы в тонкую нитку и вновь бросила короткий взгляд в сторону выхода из лагеря. Обрывки сна ещё были свежи в её памяти, и лапы неприятно покалывало от навязчивого ощущения холодной чешуи....

Отредактировано Льняноглазка (2017-06-25 18:26:13)

+4

50

начало игры
Жизнь Вереска с возвращением в лагерь поделилась на "до" и "после". "До" - он бы скорбел по мёртвым вместе со всеми, как любой нормальный, не лишённый сердца, воин своего племени. Сейчас он сидел в стороне и задумчиво смотрел на тело бывшего глашатая. Полнейшее омертвение чувств, ничего, просто ещё одна потеря, но, несмотря на это, полосатый воин встал и подошёл к телу. Он попрощался с глашатым, мысленно попросив его передать привет Перепелу и Дикобразу. Отойдя от тела Белоуса, Вереск посмотрел вслед Лихозвёзду, мысленно посочувствовав предводителю. Несмотря на то, что пятнистый сейчас как никто другой мог понять Лихозвёзда, Вереск предпочитал не лезть в чужое личное пространство остался на месте. Он был склонен судить всех по себе, а сам для себя он желал тишины и покоя в такой момент. Сконцентрироваться, собрать самого себя по кускам... Трудоёмкая задача с которой такой сильный кот, как Лихозвёзд справиться и без чужих меховых боков и пустых слов.
Говорят, что всё, что нас не убивает, делает нас сильнее. Как можно стать сильнее не слыша за спиной звонкого смеха Перепела? А без Дика, который унаследовал уравновешенных характер их матери и всегда старался заменить им с Перепелом отца? Но правда такова, что ты действительно либо становишься сильнее, либо разбиваешься на части, обращаясь в ничто. Вереск старался выглядеть так, словно он принадлежит к первым. Ради матери, которую столь многочисленные потери довели до палатки старейшин, он готов был пойти на многое, чувствуя возросшую ответственность за её дальнейшую жизнь и счастье. Верный сын проводил с ней вечера и ясно видел то, как она угасает. Только ради неё Вереск улыбался, а его медовые глаза снова начинали источать тепло.
- Конечно, мама, у тебя будет много-много внуков...
Впрочем, Вереск был не до конца честен с матерью. Как минимум, он не любил котят и всегда надеялся на братьев в вопросах продолжения семейного рода. Но главной причиной был страх подпускать кого-то близко к себе. Новая привязанность рано или поздно перерастёт в новую боль. Но соблазн снова обжечься никуда не делся... Каждый раз, Вереск смотрел на Нарциссу и отмечал про себя, как она повзрослела. Он невольно останавливал взгляд на молодой воительнице, но тут же одёргивал себя. Она манила своей привлекательностью, но груз прошлого останавливал Вереска от решительных шагов. К тому же их последний разговор образовал между ними пропасть. Сейчас, предпочитал оставаться за кадром, Вереск как можно незаметней наблюдая за бывшей ученицей своего брата. Где-то глубоко внутри тлел давно забытый огонёк азарта. Смех, лёгкий флирт, комплименты... когда-то Вереск был тем ещё волокитой, а теперь он лишь отмалчивается в стороне, наблюдая за тем, как это делают другие.

+6

51

Вишнёвка ещё долго следила за малышами, но огонёк радости от затеи, которая казалось нереально хитрой и сладостной, постепенно гас. Чем дольше рыже-полосатая смотрела на малых, тем больше понимала, что может забыть о своём плане: котята заигрались так, что вряд ли от них чего-то ещё дождаться можно. Глядя на их тельца, беззаботно плюхающиеся то здесь, то там, можно было предположить, что они уже и вовсе забыли, что о чём-то договорились с Вишнёвкой.
Первая эмоция, которая всплыла в рыжей ученице в этот момент - какая-то разочарованность и небольшая обида. Она ведь собиралась показать им секрет! Да, она ещё сама не успела придумать, какой именно, но они ведь уже решили!.. Думается, в глазах её в тот момент поселилась небольшая раздражённость, но она пропала куда быстрее, чем думала Вишнёвка. Как-то сама собой. Одёрнув себя на этой же мысли, рыжая впала в задумчивый вид: это котята её так сильно умилили, что она решили на них не дуться, или  же... Ну неужели так взрослеют!?
Вишнёвку, немного запутавшуюся в своих самых привычных эмоциях, от размышлений прервал голос Лихозвёзда:
— Коты племени Ветра, «Ну вот, теперь и смысла идти следить нет...» - раздосадованно подумала Вишнёвка, отворачиваясь от малышей и подходя несколько ближе в ту сторону, куда предводитель обращал их внимание.
Большой кремовый кот продолжал свою речь на поляне, и практически сразу полосатая уловила его тон. И он ей не нравился. Слова предводителя довольно быстро дошли до сути дела, от которой встрепенулись даже некоторые взрослые, которые находились на поляне. Краем глаза Вишнёвка уже видела, кажется, где именно лежало неподвижное тело Белоуса, но не обращала весь взгляд к нему, а сперва окинула взглядом всех, кто тут присутствовал... В сердце эмоциональной и не взрослой кошки что-то ёкнуло, но рядом тут не было ни брата, ни Штормолапа, ни наставника. Пускай Койот и не успокоил бы её внутренние колыхания, то хотя бы был тут рядом.
Воители племени стали по очереди подходить к Белоусу. Предводитель, завершив свою речь, уступил им место: всем было нужно попрощаться с глашатым. Вишнёвка-то не знала его особо и никакой привязанности к нему не имела, потому первая и большая часть шагов в его сторону была сделана очень спокойно, но чуть позже... Кошка замедлилась.
От Белоуса веяло холодом. Это первое прощание с членом племени, которое полосатая проводила не под боком Колючки и не издалека: сегодня ей впервые и можно, и нужно подойти, сказать свои слова перед тем, как кот отправится в последнюю дорогу к Предкам.
Будет неверно сказать, что Вишнёвка испугалась: она была напряжена, и это читалось по её телу. Уши отвелись назад и прижались к голове, хвост не особо заметно, но дёргался в самом своём конце. Слева от себя Вишнёвка заметила уже нескольких, кто попрощался с Белоусом, но ближе всех была Льняноглазка: воительница только-только отходила от глашатая. На морде её Вишнёвка не нашла ничего необычного: омрачнённое потерей выражение поверх чуть заспанной морды. Между Белоусом и Вишнёвкой находилось одна она, и рыжая направила взгляд именно на неё. Что сказать, попросить или промолчать - кошка не особо понимала. Напряжение не сходило с её тела: холод, исходивший из стороны глашатая, только накалял его.
Рыжая дождалась момента, когда от Белоуса отойдут остальные: ей хотелось подойти к нему одной. Где-то позади всё ещё были и другие воители, но они не должны были слышать Вишнёвку. Подойдя так близко, как было нужно, рыжая только больше сжалась, а холод только больше окатил её.
- Тебя ждут там самые сочные мышки, - не придавая юмора своим словам, бормотала над шкурой глашатая рыжая, застеклённым взглядом всматриваясь в его морду, спокойную и даже сейчас мужественную, - И все-все другие... Они наверняка уже ждут, чтобы встретить тебя, и показать, как красивы Звёздные пастбища. Если бы Белоус мог её слышать - а такого хотелось Вишнёке сейчас, то её слова бы имели какой-то смысл. Впрочем, детское сердечко, вовлечённое в веру, ещё не обдумывало такой вопрос: слышит ли её кот сейчас, пусть даже и со Звёзд? Поэтому она лепетала, словно рассказывала что-то, не боясь, что другие будут недовольны таким долгим прощанием.
Впрочем, говорить много... Вишнёвка не знала, что. Но, перед тем, как окончательно развернуться, нашла, что добавить:
- Передай привет.., - рыжая замялась, вспоминая, как же именно звали того кота, - Колчелапому. Скажи, что у него замечательные внуки. Рыжей самой не было ещё, кому бы хотелось передать привет, и это только хорошо. Но передать весточку за Штормолапа ей показалось отличной идеей. Оставалось надеяться, что она верно вспомнила имя его дедушки.
В последний раз окинув всё тем же заледенелым взглядом Белоуса, ученица пошла обратно. На пути к центру лагеря ей снова встретилась Льняноглазка, к которой полосатая и подошла. Холод брал кошку сильнее, когда она подходила к Белоусу, но не отпускал на обратном пути. От Льняноглазки хоть теплом веяло, и поэтому Вишнёвка уселась подле неё, направив снизу вверх взгляд, явно нуждавшийся в какой-нибудь небольшой поддержке, пока рядом не было никого другого.

Отредактировано Вишнёвка (2017-06-26 11:20:17)

+9

52

Окутанная вяжущим дурманом сна, Льняноглазка из-под полуопущенных ресниц наблюдала, как коты один за другим подходят к глашатаю, чтобы проститься с ним. Горько было видеть его родных, которые в этот день наверняка потеряли часть себя и оплакивали свои разорванные сердца вместе с его холодным телом; теряли свою душу по крупицам, будто выпитые его мёртвым дыханием. Шумно выдохнув, молодая воительница поднялась на лапы, не желая больше находиться под гнётом всеобщей скорби и тоненького плача его подруги, навязчиво заглушающего все посторонние звуки, на которые можно было бы отвлечься.
Не было слышно певчих птиц, шелеста листьев и жужжания насекомых – весь мир, казалось, застыл в немой минуте скорби, сливаясь с котами племени Ветра в их всепоглощающей горечи утраты. Но ничего не произошло: воздух не сгустился, солнце не померкло, и небеса не упали на головы своих детей, но неприятный озноб всё же пробежал по спине бело-бурой воительницы, не предвещая ничего хорошего.
«Уйти бы… куда глаза глядят…» - тоскливо подсказало ноющее сердце, и с этими мыслями Льняноглазка уже собралась было покинуть лагерь, как вдруг ощутила на себе чей-то просительный печальный взгляд. Растерянно остановившись, не сделав и шага, она склонила голову набок и увидела Вишнёвку – юную подопечную Койота.
Кошечка была растеряна - это легко читалось в её не по-детски сосредоточенной мордочке и маленькой складочке, прочертившей лоб и слегка исказившей ровные линии её тёмных полос, но глаза… Может, во взгляде глубоких янтарных глаз Льняноглазке почудилось что-то сродни ей самой? Трудно сказать наверняка, но в этот момент, глядя на трогательное детское личико рыжей ученицы, воительница уже поняла, что приняла решение.
- Пойдём со мной, - неожиданно позвала её бело-бурая кошка, сама ещё до конца не зная, отчего вдруг решила поделиться чем-то тайным и сокровенным с Вишнёвкой, едва-едва покинувшей уютные стены детской.

- Заросли вереска

+2

53

Взгляд, довольно рассеянный и всё настолько же горестный, не сразу замер на Льняноглазке, к которой внимание пришло в самую первую очередь. Вишнёвка несколько раз обернулась по сторонам, но это ей ничего толком не дало: взгляд ловил только отдалённые и не очень силуэты воителей в разных частях поляны, а присматриваться к их мордам и не хотелось даже. Как-то под шкуркой Вишнёвка догадывалась, что её там ждёт. А видеть ещё больше скорби не хотелось... Было нужно что-то более радостное. Ткнуться мордой в плечо Колючки, например. Или же пройтись со Штормолапом... Но все они были где-то не здесь. Колючка, видимо, ещё не закончил тренировку, а Штормолап был наверняка чем-то важным занят.
Всё-таки бело-бурая кошка обратила внимание на Вишнёвку и сама. Словив её взгляд на себе, рыжая перестала вертеть головой и подошла ближе, явно ожидая какого-то разговора или просто слова от старшей. Давно уже так Вишнёвка себя не вела... Не подходила так ко взрослым, неся в своём выражении моськи молчаливую просьбу приголубить. Думала, что выросла уже из того возраста, а нет. Желание ткнуться лбом в чьё-то взрослое и тёплое плечо заиграло с новой силой.
- Пойдём со мной, - воительница позвала её сразу, даже не успев ни сказать, ни спросить ничего другого.
На рыжей морде вырисовалось заметное непонимание: куда это кошка её зовёт? Решила увести подальше от прощального места? Да, может... В этом и правда что-то было бы. Непонимание сменилось на небольшое расслабление: что угодно, не понятное ей, могло заинтересовать маленькую кошечку.
Вишнёвка немного помедлила, но смогла уговорить себя не осматриваться больше на поляне. Здесь по-прежнему веяло чем-то, что пронизывало нос и даже мурашки вызывало. Противное напряжение... Или предчувствие даже. Может, именно так: предчувствие того, что теперь она такое будет видеть снова и даже не один раз, волновало рыжую не меньше, чем сам факт смерти Белоуса.
Всё-таки полосатая поторопилась. Воительница уже довольно бодро шагала куда-то в сторону, скорее всего, подальше от лагеря, а Вишнёвка, так и так не быстро соображающая сейчас, не хотела потерять её из виду.
К зарослям

+3

54

Я же даже не всем весом, чего он так кряхтит, будто пень трухлявый. Белый сел и вопросительно уставился на Высверка: нужно же убедится, что тот ничего не сломал. Что Щавель ничего томуу не сломал, если быть точнее.
- Эм, хорошо, в следующий раз обязательно предупрежу, наверное. - последнее слово кот пробубнил себе под нос, дружелюбно улыбаясь. - Видишь Нарцисса, всё с ним хорошо, думаю ему даже полезно было размять косточки. Слышала, как они хрустели? Одного раза может даже и не хватить! - с энтузиазмом проговорил зеленоглазый, направляясь к Высверку, но подруга вдруг заметно погрустнела и отчёта немного в сторону.
- Ты чего? - Щавель сел, оставив в покое бедного любителя васильков и с тревогой посмотрел на Нарциссу.
- Все мы волнуемся, и никто, кроме Звёздных предков не сможет ему помочь, - печально и в тоже время как-то отстранённо постарался поддержать подругу Щавель, смотря на голубое небо, и кивая на последующие слова Высверка.
- Ой! - молодец, Высверк, угадал. Лихозвёзд вынес на поляну глашатая, и сообщил очевидную, но от того не менее печальную новость: племя Ветра осталось без глашатая. Все коты по очереди стали подходить и прощаться с Белоусом, Щавель переминался с ноги на ногу, не зная, что можно сказать глчашатаю, отправляющемуся в последний путь. Вишнёвка, маленькая ражая кошечка-оруженосец задержалась у неподвижного тела долеше всех, шупча что-то себе под нос. Дождавшись, пока она закончит Щавель подошёл к Белоусу, посмотрев пару секунд на морду кота он наклонился к плечу глашатая и, последний раз, втянул в себя запах его шерсти. Он был ещё не совсем холодным, но вблизи казалось, что Белоус закоченел. Будто в Звёздном племени настолько жарко, что перед тем как попасть туда, нужно превратиться в ледышку, иначе ты просто спаришься. Примерно так, если сократить до одного предложения, думал Щавель. Почти не касаясь шерсти белый провёл носом от плеча до уха глашатая и прошептал первые пришедшие на ум слова.
- Удачной охоты, Белоус - вот и всё, вот и попращались. Пока он, пятясь назад, отступал от глашатая, Щавеою в голову пришла совсем не подходящая к случаю мысль. Водятся о в Звёздном племени термиты? А кусают ли они там котов? Вздохнув и тряхнув головой кот сел рядом с Высверком, и уставился снебе на лапы.

+2

55

- Палатка целителя

Они вынесли тело глашатая и уложили его в центр поляны. Ветрогон напоследок натёр кота травами, чтобы отпугнуть запах смерти. Когда ритуал был закончен, целитель отошел в сторону своей палатки, внимательно слушая голос Лихозвёзда.
— Попрощайтесь с ним, а назову нового глашатая до восхода луны. Мне... я всем вам соболезную.
Толкнув речь, предводитель отошёл в сторону. Остальное племя подтягивалось и прощалось с умершим. Ветрогон глядел на всех со стороны, попутно оглядываясь ища сыновей. Их не было. Наверное, патруль, в котором они находились, задерживался. У целителя защекотали нервишки. Натолкнулись на логово кроликов, а сейчас ловят их там всех, - успокаивал себя врачеватель, то выпуская, то втягивая когти, царапая ими холодную землю.
Кот попытался отвлечься мыслью о том, что совсем скоро ему придётся тащиться на встречу к остальным целителям. Свяжется ли со мной Звёздное племя? Подскажет ли? Кот знал, что стал целителем только потому, что хотел помочь племени, а не волочиться в стариках. Быть может из-за того, что я не избран звёздами, меня и игнорируют наши предки? В общем, отвлечься от грустных мыслей у него не получилось, поэтому, сгорбившись, Ветрогон едва ли не ткнулся носом в землю, внимательно что-то разглядывая.

+2

56

«— Надо отвлечься, — в голову лезут всякие мысли, пока Лихозвёзд ведёт лобастой головой в поисках напарника для охоты, — просто стоит отвлечься от всего».

Вовремя, прежде чем скрыться в густых зарослях высокой травы, выжженной палящим летним солнцем, кот останавливается, дёрнув головой:
— Вереск, — достаточно громко окликивает предводитель, прежде чем нахмуриться, глядя по очереди на каждого кота племени, — пойдём, — не менее уверенно, несмотря на свой внутренне потрёпанный вид, произносит кот, прежде чем рассечь хвостом воздух, — нужно отвлечься от всего этого, — уже тише добавляет Лихозвёзд, стоит только пятнистому коту подойти ближе, чтобы никто не услышал мыслей предводителя вслух.

Молчание своего товарища Лихозвёзд не комментирует. Смерть брата надломила Вереска пополам и сейчас он казался... не чем иным, как камнем, с большим Лихозвёзд просто не был в силах сравнить. Вся эта боль проявляется не сразу. Первоначально тяжелее всего смириться с тем, что тот, кого привык видеть перед собой, рядом с собой каждый день, уже никогда не откроет глаза и не сделает важный вдох. И всё это настолько побивало, резало изнутри но только спустя н-ное количество времени, когда начинает казаться, что ты уже давно со всем смирился.

Берег озера

+2

57

Смерть... Она вновь летала над лагерем племени Ветра, призвав к себе на сей раз глашатая... Казалось, что сама судьба хочет показать котам, что им нужно делать, убирая с дороги котов, круто поворачивая события... Землей явно кто-то управлял. Кот, хмуро сдвинув брови, сидела на церемонии прощания, наблюдая за тем, как выносят тело бывшего глашатая. На его морде не было отражена эмоция страдания, нет. Скорее... Какое-то умиротворение и спокойствие, что он покинул более тяжёлый и бренный мир, нежели тот, в который попал. Ветрогон постарался на славу, обработав душистыми травами шерсть Белоуса, дабы отогнать всё и всех, что могло бы помешать соплеменникам попрощаться с уходящим. Несмотря на то, что в общем-то Простор был атеистом, он явно ощущал, что душа Белоуса до сих пор витает где-то рядом, наблюдая за котами. Что её до сих пор здесь держало? Сложно было сказать. Возможно, горе котов. А может быть - воля Звёздных Предков, заставляющая какое-то время смотреть на землю другими глазами. Быть может для того, чтобы прощать последние обиды... А, возможно, указывает на твои собственные ошибки, анализируя их напоследок перед вечным покоем.
Предводитель привычно озвучивал последние прощальные слова, а племя потихоньку подтягивалось к центру событий. Первыми стали подходить старшие воины. Простор поднялся на лапы и неспешно двинулся к телу, дабы отдать дань уважения в последний раз...
Последний раз... Белоус не был таким уж стариком... А значит, слова "последний раз" были для него ничего не значащими... До этого самого раза. Странное дело, молодые и горячие коты никогда не думают об этом, даже не допуская малейшей мысли, искренне считая, что расстояние между ними и "последними разами" равносильно пропасти, конца и края которой не видно глазу. Даже Простор, отжив уже целых 50 лун, был мыслями настолько далёк от этого...
Подойдя к телу, Простор склонил голову и, широко расставив лапы, потянулся к холодной шерсти. С этой неестественной холодностью... да ещё и специфическим, ни на что не похожим, составом различных трав, создавалась какая-то властная и удручающая атмосфера. Чуть прищурив глаза, Простор молча потёрся носом о прохладную шкуру, а затем, чуть приоткрыв пасть, клацнул зубами и тихо прогудел.
- Прощай, друг. Я горжусь тем, что имел честь проживать твои лучшие боевые луны рядом с тобой.
Напряжение и скорбь, окутывающие сзади, заставили оторваться от Белоуса и отойти в сторону, дабы дать попрощаться и другим.
Мрачная фигура старшего воина ещё немного молча постояла, наблюдая за прощанием, а затем, неопределённо качнув хвостом, развернулась и двинулась к сгорбленному Ветрогону. Вид целителя был таким убитым и затравленным, что хотелось дать ему по спине, хотя бы для того, чтобы выпрямился и хотя бы попытался взять себя в лапы.
Бесшумно ступая крупными лапами, Простор обошёл вокруг врачевателя, а затем аккуратно присел рядом. Сейчас они смотрелись довольно комично. Хоть Ветрогон был не из низкорослых, всё-таки он был меньше, чем Простор. А сейчас, уткнувшись носом в почву, был совсем крохотным. Чуть закатив глаза, не теряя контроля над поляной, чёрно-белый воин вкрадчиво прошелестел:
- Вижу, что тебя что-то сильно гнетёт.

+3

58

Вереск и сам хотел поскорее покинуть место всеобщей скорби, но что-то его удерживало. Его бесстрастный взгляд остановился на Цисси и так там и остался. Где-то внутри он знал, что стоит оставить прошлое позади, как мир оживёт новыми красками. Ведь Вереск так любил жизнь... и любит, но отчего то медлит. Боится раскрутить колесо жизни вновь, предпочитая оставаться сторонним наблюдателем. Тут, в его герметичном личном пространстве, ничто не может его ранить.
Голос предводителя отрезвил Вереска как раз вовремя. Этот его взгляд концентрировался на Нарциссе уже до неприличия долго, впрочем, пятнистому вовсе не было стыдно от этого. Он даже не вздрогнул. Спокойно, плавно встал и развернулся, следуя за хвостом предводителя. Вот оно. Спасение. Выбраться из этого места и больше не видеть всего этого. Правды о жизни. О том, что несмотря на холодное тело, шоу должно продолжаться.
Вереск тенью следовал за предводителем. Он стоял на своём, предпочитая не внедряться в чужое личное пространство, и поэтому просто безропотно шёл. На охоту. Развеется. Да, пускай после смерти Перепела Вереск не любил ходить на охоту в паре с кем-либо, но какой дурак отказывает в таком деле предводителю?
Молчание было прекрасным провожатым для этих двоих.

-> берег озера

+2

59

Ветрогон всё сидел, внимательно разглядывая почву. Кот с заинтересованным блеском в глазах смотрел на каждый острый зеленый стебелёк: такой гладкий, но в тоже время заостренный на конце. Хм... Порезаться об вас легко.
- Вы только моих соплеменников не царапайте. У нас итак напастей много, - неловко обратился кот к стебелькам, нарушая их покой. Интересно, как часто они выслушивают такие просьбы? Может быть они поэтому и молчаливы с остальными, потому что те даже не смотрят под свои лапы? Бедняги. Обиделись, наверное, на всех, поэтому и могут подушечки порезать. Я бы тоже разозлился, если бы на меня внимание не обращали. Только ходили бы по мне.
Рыжий кот представил себя совсем крошечным и, чтобы слиться с растительностью, ещё более приник к земле. Его грудь вздымалась, прикасаясь к стебелькам.
- А может быть вы мне подскажите, как разобраться с термитами? - внезапное воодушевление.
По траве пробежался ветерок и стебельки заколыхались, явно приготовившись что-то ему рассказать.
- Вижу, что тебя что-то сильно гнетёт.
Ветрогон резко поднял голову, и свет ослепил его. Он поморщился и с негодованием увидел возле себя Простора.
- Ну вот. Что ты наделал?! - буркнул бывший глашатай. - Они мне хотели рассказать средство борьбы с термитами. Может быть ты его знаешь, раз посмел меня отвлечь от важных переговоров? - заворчал врачеватель и демонстративно закатил глаза.
А затем выпрямился, отряхнулся вновь глянул на старшего воителя.
- Ну ладно. Поговорить я всегда могу. Не буду на тебя злиться и подсыпать мак в кролика, - сделал одолжение целитель. - Да.
Беспокоит. Звёздные предки молчат. Вот, что меня беспокоит. А тем временем всех кусают. Тебя не кусают? Меня вот кусают. Ты видел их рога? Здоровенные такие.

+5

60

Нарцисса обернулась на Высверка, собираясь ответить на его фразу, но в то же мгновение увидела в глазах кота удивление, и медленно повернулась, наблюдая за выходящим из палатки Ветрогона предводителем. Вместе с целителем Лихозвёзд нёс тело Белоуса к центру поляны, бережно опустив его на землю, кот произнёс траурные слова. Никогда ранее кошка не видела молодого, энергичного и лучистого предводителя в таком состоянии. Он был ошарашен, озадачен, его морда вытянулась а блеск глаз потух. Голос Лихозвёзда был тихим и безучастным.

Воительница замерла, не в силах пошевелиться и тронутся с места. Беладонна и Невидимая вышли к телу Белоуса из палатки воинов. Старшая сестра озадаченно оглядывала поляну, пока наконец, её пронзительный и колкий взгляд не остановился на Нарциссе. Безусловно, Беладонна задаст кучу вопросов о том, где Цисси была всё утро. Безусловно, светлая кошечка как всегда опустит взгляд и буркнет невнятное извини. Безусловно, Беладонне будет этого мало и она надавит сильней.

Нарцисса делает робкую попытку подняться на лапы, встаёт, переминаясь, поднимает мордочку, и чуть ли не носом утыкается в ретирующегося Лихозвёзда. С секунды она оглядывает его свалявшийся от постоянных расчёсов мех, замечает некоторые ранки на лапах, робко заглядывает в его тёмные глаза. Предводитель, что был ранее, даже в самые ненастные дни, сравним с солнцем или самой ослепительной звездой, сейчас потух. Его голос раскатистый, мягкий, но уже не журчащий или искрящийся. Всё в нём в мгновение исчезло, умерло. Нарцисса едва сдерживая слёзы посмотрела в глаза кота, она не видела, ощущала как коты и кошки племени подходили к телу глашатая, дабы отдать тому последние почести. Нарцисса же не могла отвести глаз от Лихозвёзда, она шерстью, кожей чувствовала его боль, но помочь ему она не могла. У кошки не было сил вновь падать в омут серо-черных мыслей, не было никакого желания возрождаться самой и помогать это сделать другим. Их племя переживало худшие времена, и это нужно было просто принять и переждать. Кремовый кот опустил взгляд и прошёл мимо воительницы, что-то неразборчиво прошептав. Кошка даже не попыталась расслышать сказанное, она будто погрузилась на мгновение в кокон, что должен был укрыть её от всех невзгод.

Беладонна стояла позади прощавшихся с Белоусом соплеменников. Нарцисса не хотела даже приближаться к сестре, слишком тяжёлым стало её присутствие за последние луны. Казалось что во всей этой тихой, звенящей тишине, Цисси всё же чувствовала громкий, рассекающий и ломающий воздух взгляд сестры. Таковой и была она, Беладонна. Её можно было только любить, но даже эти эмоции давались Нарциссе тяжело. Ей приходилось доказывать свою любовь к сестре, к матери, к семье, к племени буквально каждый день. Возможно, она уже была не способна отдавать любовь. Возможно, отдавать уже и нечего там, глубоко внутри?

Нарцисса коснулась кончиком носа загривка глашатая, стараясь не дышать, не втягивать носиком запах страха и смерти, что разил от кота за несколько метров.

С тобой уходят те светлые времена, что были у нас до... нынешних дней. Теперь ты будешь счастлив там, со своими и с нашими родными. Там будет легче дышаться, и не будет никаких пожаров. Приглядывай за нами сверху, ладно?

Кошечка поспешно развернулась, стараясь избежать встречи с сестрой, которую как раз отвлёк кто-то из соплеменников. Краем глаза Цисси заметила выскользнувшего из лагеря Вереска. Тяжело было даже произносить в мыслях его имя, не то что видеть его. Кот стал для воительницы воплощением той счастливой жизни, которой уже никогда ни у кого из них не будет. Так ей казалось в эти леденящие душу минуты. Она была настоящей наивной дурочкой ещё пару лун назад. Верила, что могла спасти его. Но, как оказалось, некоторые отчаянно боятся быть спасёнными.

Заняв место почти у выхода из лагеря, Нарцисса попыталась максимально слиться с местностью, став практически прозрачной для всего окружающего мира.

+4


Вы здесь » cw. дорога домой » племя ветра » главная поляна