РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ
Ваш актив радует нас не по дням, а по часам - и голосование в июне получилось не менее жарким, чем погодка за окном. Спасибо за ваши голоса!

ПЯТЬ ВЕЧЕРОВ
Покоритель сердец, обладатель статуса самого ярого драчуна, обаяшка - Бурелом. Не стесняйтесь, выпытывайте самое сокровенное!

cw. дорога домой

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » племя ветра » палатка целителя


палатка целителя

Сообщений 41 страница 60 из 121

1


Целительская представляет собой небольшой туннель образованный двумя рядами пары густых кустов утёсников, в пространстве меж которых проживает сам целитель вместе со своим учеником. Палатка, как и многие другие, упирается в крутой склон, окружающий весь лагерь; таким образом, целительская будто имеет травянистую «стену» в конце, что находится напротив входа. Почва перемешана с насыпью камней, в щели меж которых целители складывают пучки запасов трав. Под склоном обычно лежит влажный мох для питья. По углам находятся подстилки целителя и его ученика, а далее, уже у боковых сторон палатки, образованных утёсником, располагаются подстилки для больных. Густые ветви кустарника образуют плотный полог над головами котов, что надежно защищает их от осадков.


0

41

Он не на шутку разозлил Мегеру. Ветрогон сидел рядом с Ибисом и слышал, как сзади что-то громко бурчало. Наверное, это была глотка одиночки, которая в данный момент извергала из себя угрожающее порыкивание. Целитель не отличался чистоплотностью, поэтому кошка ещё больше опешила, когда он к ней невзначай прикоснулся, выдёргивая из пасти лаванду. Разумеется, он бы этого даже не заметил, если бы не глаза рыжей бестии — огромные, застывшие от этого, как она, наверняка, посчитала, безобразия. Можно было даже сказать, что в её глазах стоял ужас, стоило его носу приблизиться к её мордашке. Вскоре Мегера пошуршала прочь из этой палатки. Кошки! Врачеватель закатил глаза. Надеюсь, что она не собирается далеко уходить. У нас столько дел. Не удивлюсь, если она пошла воровать кошачью мяту мне назло где-нибудь на наших границах. В таком случае, мне следует её ожидать в весёлом настроении, когда она вернётся.
Тем временем Ибис подтвердил, что Журавль отправился к реке. Хорошо.
- Не нужно, я усну. Как прошел Совет?
— Почти все племена обеспокоены загадочной болезнью, от которой коты мрут как мухи. Засыпают и всё — нет больше воителя, поэтому за тобой буду только так следить, — Ветрогон закопошился, задумался, отправился в сторону своей подстилки, а потом вспомнил, что не договорил до конца. — Чуть не забыл. В племенах то перемены. Грозозвёзд теперь возглавляет Грозовое племя, а глашатай у него теперь Ежевика. Принял в своё племя одиночку, чтобы та помогала Ореховнику. Его наставница Незабудка скончалась, оставив племя без выученного целителя, — он покачал головой. — Речное племя теперь возглавляет Серебро Звёзд со своим глашатаем Толстолобым, а у Звездошейки новый глашатай Кленовый. У одного лишь Когтезвёзда, по его словам, всё прекрасно. Его гордые усища, казалось, свисают с веток и назойливо покалывают остальные племена. А наш Штормогрив не сладил со Стрелолистом. Похоже, что у них была перепалка, но до драки, слава Звёздному племени, не дошло, — болтал целитель.

+4

42

Сухую пасть вязала горечь трав, а в попытке сглотнуть нещадно обдирало горло. Поведя хвостом по пыльному полу, Ибис покосился в сторону выхода. И без того горящее тело захлестнуло второй волной возражения. То ли травы действительно так быстро подействовали, то ли настолько было сильно самовнушение, но теперь он не просто чувствовал себя в силах покинуть лагерь, а видел в этом жгущую шкуру необходимость.
Мутный взгляд пытался сконцентрироваться на фигуре Ветрогона, рыжим пятном расплывающуюся причудливыми формами. Слова эхом отдались в голове и кот беззвучно фыркнул. Очередной вызов? Он приподнялся на подстилке, незаметно разминая мышцы, пытаясь не обращать внимания на их вялость.
Если целитель и находился в каких-то тяжелых думах, Ибис этого не заметил. Рассеянные мысли все никак не хотели собираться. Судя по шуму, начался дождь. Гомон на поляне - вероятно, собирают патруль. Мегера куда-то подевалась из палатки. Чертовы лапы, кажется, стали весить в три раза больше.
На какое-то время воитель замер, вглядываясь в морду Ветрогона и анализируя услышанное. Теперь у него будет о чем подумать бесонными днями.
- Спасибо, Ветрогон, - пряча разбитость за напускной серьезностью, Ибис кивнул целителю, бросая все силы на то, чтобы ровно подняться и выйти из лагеря  - прохлажусь снаружи.
Опустив морду, пряча взгляд от зорких голубых глаз, обернулся на арку прохода, позволив лишь несколько секунд заминки, в которые Ветрогон не должен успеть засечь неладное.
Каждый шаг был тверже предыдущего, чего бы ему это не стоило; неровность сглаживалась амплитудой, а подозрительность - привычным бесстрастным выражением морды.

▼ заросли вереска

+1

43

---> Главная поляна
В жилище отца оказалось на удивление прохладно. Штормогрив неуютно поёжился. "Да уж, после тёплой воинской палатки ночевать здесь - сомнительное удовольствие".
Плети, закрывающие вход, загадочно покачивались за его спиной, в самой палатке было темно. Однако в глубине её глашатай разглядел рыжую шерсть отца, и по этому ориентиру пошёл дальше.
- Ветрогон, это я, - сказал он, вставая над целителем и уважительно кивая ему. Отец выглядел немного растрепанным и нахохленным, как недовольный птенец. Штормогрив виновато потупил взгляд: возможно, целитель не успел как следует выспаться после тяжелого похода на Совет? Однако рано или поздно, так или иначе, ему в любом случае пришлось бы проснуться.
- Наложишь новую повязку? Эта уже совсем старая, - попросил он, поворачиваясь к целителю раненным боком. Для удобства Штормогрив надрезал повязку когтем, чтобы её было легче снять. К тому же, под всеми этими листьями бок жутко чесался, так что рыжий кот решил не пренебрегать возможностью немного ослабить неприятное жжение. Что-то упало на пол палатки.
- М? - удивленно произнёс Штормогрив, опуская взгляд и обнаруживая убегающего куда-то, очень жирного термита. - Кажется, они забрались под повязку, - констатировал глашатай, стараясь не двигаться и чувствуя, как нервный зуд распространяется по всему телу. Хотелось упасть на пол и кататься по нему, царапая себя когтями, кусая повязку в попытках вытрясти из своей шкуры всех зловредных паразитов. Но он удержался. Еле-еле.
- Вытащишь их оттуда? - печальным голосом спросил Штормогрив, понимая, что больше всего ему хочется снять шкуру, оставить в целительской палатке, а дальше идти уже без неё. - Ещё я хотел спросить... - Штормогрив замер и нахмурился, пытаясь понять, осталось ли в его голове что-то, кроме роя насекомых, навязчиво ползающих по потолку черепной коробки.
"Когда приду обратно в лагерь, выкину все подстилки", - подумал он, ощущая болезненное жжение в области лопаток. "Или вообще не буду спать в этой идиотской палатке. Р-р-р".
- Точно. Насчёт Совета. Как всё прошло? Другие целители не подсказали, как нам избавиться от термитов и этой мышеголовой болезни, которая подкосила столько здоровых котов?
Отчего-то Штормогриву казалось, что другие целители вряд ли сталкивались с подобным, поэтому Совет с точки зрения поиска средств от болезни и термитов был бессмыслен. К тому же, разве может кто-то разбираться в травах лучше, чем его отец?
Ветрогон проводит времени с травами едва ли не больше, чем со своими пациентами. Штормогрив видел, как с некоторыми он нежен, с другими более груб, будто они - настоящие личности, и сделал вывод, что отец очень увлечён своей работой.

+4

44

Что ещё можно ожидать от воителей? Недовольно ворчал Ветрогон, копошась на своё месте. Едва только он успел договорить до конца, как Ибис усвиснул из палатки прочь, чтобы, по его словам, "прохладиться". Стоило только лекарству облегчить его болезнь, так он уже готов хоть в пляс податься или в патрулях шастать. Вот вернётся он, я ему уши надеру! Ишь они какие! Чуть полегче стало, так бежать отсюда. Травы на них свои перевожу.
— Вот так и живём мы, понимаешь, да? — грустно заскулил Ветрогон, обращаясь к полкам с лекарствами.
Зеленый, жухлый окопник прошелестел своими синими соцветиями:
— Подсыпь ему мак в лаванду, чтобы в следующий раз не упрыгал!
— Ты как никогда прав, мой друг, — обреченно вздохнул целитель, устраиваясь в подстилку, напоминая один сплошной нерасчесанный рыжий ком.
— Никогда они не поймут твоей доли целителя, — обронил кто-то с полки. Скорее всего, это была мята.
— Ты словно мысли читаешь, — прогудел рыжик. — Тебе сегодня хорошо досталось. Надо бы укоротить нос Мегере. Может быть подсыпать на полки душистый перец?
Размышлял вслух врачеватель, задумчиво бурча. Но тут послышался шум со стороны входа в палатку. Кот поднял голову.
- Ветрогон, это я, — это был Штормогрив. Ветрогон с радостью поднялся на лапы и искренне улыбнулся, глядя на совсем возмужавшего сынка. - Наложишь новую повязку? Эта уже совсем старая.
— Конечно-конечно. Дурная моя голова совсем забыла. Молодец, что пришёл, а то некоторых сюда и не загонишь, — продолжал обижаться на Ибиса целитель, вышагивая из подстилки и заботливо беря в клыки золотарник. Кот подошёл к сыну, который надрезал свою старую повязку. Начали копошиться термиты. Ветрогон нахмурился и перед обработкой раны решил прочесать полностью шерсть Штормогрива, вылавливая кусачью гадость.
- Точно. Насчёт Совета. Как всё прошло? Другие целители не подсказали, как нам избавиться от термитов и этой мышеголовой болезни, которая подкосила столько здоровых котов? — тем временем спросил глашатай, когда Ветрогон плавно снял с бока повязку.
— Хмм, — целитель оценивающе оглядел рану. — Рана быстро заживает, — радостно мурлыкнул врачеватель и нанёс свежую порцию золотарника для лучшего заживления, а затем заботливо прихлопнул всю паутиной. — Ещё пару деньков и будешь как новенький! — кот отнёс золотарник на место и взял оттуда же петрушку и желчь. — Целители подсказали мне хороший способ избавиться от этих кровососов. Раз ты заявился сюда первым, то начну экспериментировать на тебе, — засиял целитель. —Ну-ка, заткни нос и наслаждайся. Надеюсь, что больше эти гады к тебе не притронутся.
Ветрогон сделал кашицу из петрушки, добавил туда желчь и с явным интересом начал втирать эту горькую смесь в шкуру Штормогрива.
— Сделай себе новую подстилку и скажи, чтобы наши дорогие соплеменники не бежали от меня, как от огня, если я захочу изгнать их кровопийц данными препаратами. Сегодня начну крушить дома термитов, но для этого мне нужны лапы, но вот беда... я выгнал отсюда Мегеру. Она тут развлекалась с мятой и лавандой, пока меня не было, — ворчал рыжик, — но без её лап я быстро не справлюсь, поэтому, если увидишь её, пусть летит ко мне. У нас много работы, ты не представляешь! — Ветрогон очень воодушевился и старался как можно больше рассказать Штомрогриву, так как вот так вот с глазу на глаз поболтать с сыном уже удавалось нечасто.
— Кстати, скорее всего скоро Грозозвёзду понадобится наша помощь, — предупредил целитель, вспоминая недавний разговор. — Незабудка умерла, оставив Ореховника, а он ещё не слишком сведущ в целительских знаниях. Конечно, Грозозвёзд приставил к нему принятую одиночку, но не думаю, что она знает столько же, сколько знала погибшая или любой другой целитель. Мы же не откажем в помощи юному Ореховнику, верно?

+3

45

Когда морду отца озарила радость, Штормогрив не смог не улыбнуться в ответ. Он не фамильярничал с Ветрогоном и порой обращался даже слишком официально, но всё равно любил отца и волновался за него. Раньше Ветрогон казался таким высоким, статным, могучим. Теперь же, Штормогрив невольно вздрагивает, видя, что шерсть отца местами растрепана, да и сам он имеет вид ушедшего от мира чудака, а не мощного воина. Но для Штормогрива Ветрогон всё равно остаётся самым лучшим отцом и настоящим глашатаем.
Он постарался устроиться так, чтобы целителю удобно было обрабатывать его шкуру, и полностью доверился рыжему коту. Тот выловил из его шерсти термитов поштучно, и Штормогрив всякий раз жмурился от счастья, когда слышал щелчки, с которыми Ветрогон давил вредных букашек.
- Спасибо, Ветрогон, - с облегчением выдохнул глашатай, наблюдая за тем, как отец сооружает повязку уже на вычищенном от термитов меху. Несмотря на положительный прогноз целителя, вид раны не очень понравился Штормогриву. Длинная, розовато-красная, довольно широкая полоса без меха прочертила его бок от спины до живота. Края раны вроде как склеились, но всё равно выглядели влажноватыми. Штормогрив подумал, что будет неприятно, если он надорвёт рану во время какого-нибудь крутого кульбита, который будет демонстрировать Пшеничке.
Когда отец решил испробовать на нём какое-то новое лекарство от термитов, Штормогрив засиял вместе с отцом и с готовностью подставил шерсть. "Всё, что угодно, если оно поможет мне и остальным пожить спокойно без этих гадов".
Почуяв горький запах желчи, Штормогрив понял, что с лекарством всё будет не так уж просто. Тем не менее, спокойно выдержал процедуру, одновременно с этим слушая отца и всё больше хмурясь.
- Эта Мегара... Мегера... тьфу, ну что за имя, - Штормогрив недовольно фыркнул. - Она что, портит твои травы? Только скажи, и я проведу с ней воспитательную беседу. Она ещё не готова к тому, чтобы получить воительское имя?
Он вспомнил странные истории и эмоциональную мордочку бродяги. Первое время Штормогрив боялся, что кто-нибудь нечаянно пришибёт её, приняв за рыжего барсучка, непонятно как пробравшегося в лагерь котов Ветра. Однако опасения были напрасны: Мегера неплохо прижилась, несмотря на косые взгляды соплеменников в её сторону.
"Но если она позволяет себе играться с травами в отсутствии Ветрогона, необходимо наказать её за непозволительное поведение".
Информация насчёт Грозозвёзда, Ореховника и некой одиночки, тоже не шибко понравилась глашатаю.
- Так, предположим, насчёт Ореховника я всё понимаю, ему может потребоваться наша помощь. Но причём тут какая-то одиночка? - рыжий воитель подозрительно прищурился. - Не нравится мне всё это. Грозозвёзд терять своего не будет, чего доброго, и одиночку нам попытается сбагрить. Ты уверен, что тебе необходимо это сборище в твоей палатке? Что-то мне подсказывает, что Грозозвёзд, выучив своих целителей, может спокойно приказать им перегрызть тебе горло как-нибудь ночью.
Штормогрив нахмурился ещё сильнее и задумчиво поскреб лапой подбородок. "Что, если грозовые заметили следы укусов на телах воинов? Решили воспользоваться тем, что наше племя ослаблено, чтобы извлечь из этого выгоду, обучив своих целителей, а потом разгромив наше племя?"
- Я верю, что ты силён, Ветрогон. Но коварный укус в горло может убить даже тебя. Думаю, Звездолёт позволит прийти в племя и Ореховнику, и одиночке. А вот у меня они совсем не вызывают доверия. После войны с Небесным племенем Грозовому потребуется как можно больше ресурсов, чтобы восстановить силы. Почему бы им не отобрать их у племени Ветра? Убить целителя - сердце племени, которое может в случае чего подлатать воинов, разве не гениальный план? Ореховник вряд ли на такое решится, но одиночки - существа коварные. Одно твоё слово, и ни одного грозового кота в этой палатке не будет.
Последние слова Штормогрив произнёс со злым оскалом. Он готов был рассориться с Грозовым племенем, но защитить своего отца. Ему хватит красноречия, чтобы убедить Звездолёта в своей правоте. Но словом первой важности в этом вопросе, очевидно, явится слово Ветрогона, как целителя, которому предстоит обучать ученика-засланца.
Неожиданно черты Штормогрива стали мягче.
- Тебе здесь не одиноко? Я стараюсь заходить почаще, но сам видишь, когда я стал глашатаем, столько дел навалилось. Извини меня. С тех пор, как вы разошлись с мамой, я не могу перестать волноваться за тебя. И не хочу, чтобы ты скучал здесь в одиночестве.

+4

46

Штормогрив недовольно зафырчал:
- Она что, портит твои травы? Только скажи, и я проведу с ней воспитательную беседу. Она ещё не готова к тому, чтобы получить воительское имя?
Ветрогон улыбнулся тому, каким важным стал его сынок-глашатай.
— Мне кажется, она сама пока не знает чего хочет, — он пожал плечами. — Разве что быть сытой и иметь крышу над головой. Она должна понимать, что ей придётся не только получать, но и отдавать, вкладывать свои усилия. Но пока она где-то погуливает вся на меня обиженная, я не смогу научить её чем-нибудь новому, как велело мне Звёздное племя, — кот помедлил и шепнул: — Если честно, я надеялся получить в ученицы кого-нибудь более послушного, нежели сварливую кошку в лунах. Ту же Льняноглазку. Думаю, она стала бы прекрасной целительницей, но, увы, похоже, что ей уготован свой путь, — и он выжидающе глянул на сынка.
Но разговор о Грозозвёзде сменил тон их разговора, переведя его в деловой. Ветрогону было даже жаль, что он не смог выпытать из сына его отношения к этой миленькой воительнице, заставляя его краснеть.
Штормогрив высказал недоверие. Да, ещё одна одиночка будет в нашем лагере, если Грозозвёзд её приведёт.
— Что-то мне подсказывает, что Грозозвёзд, выучив своих целителей, может спокойно приказать им перегрызть тебе горло как-нибудь ночью. ‹...› Убить целителя - сердце племени, которое может в случае чего подлатать воинов, разве не гениальный план? Ореховник вряд ли на такое решится, но одиночки - существа коварные. Одно твоё слово, и ни одного грозового кота в этой палатке не будет.
— Грозовое племя не похоже на нечестных бродяг, которые смогут подло поступить, убив целителя. Такое Звёздное племя не прощает. Если Грозозвёзд доверяет этой одиночке, то придётся и нам ему доверится. Если тебя это так беспокоит, то можно выставлять охрану возле моей палатки в первое время, — он улыбнулся, глядя в глаза Штормогрива. — Обещаю, что не дам себя в обиду.
Ветрогон взял в охапку петрушку и отнёс её на ближайшую полку. Лист с желчью отволок в ту же сторону. Занимаясь повседневными делами, он внимательно слушал слова сына, и тепло разлилось по его душе. В этот момент он почувствовал себя необходимым не только как целитель, но и как отец.
— Я рад видеть тебя в любое время. И, поверь, мне здесь совсем нескучно. Ко мне постоянно заглядывают то с ранами на весь бок, — он стрельнул глазами в сторону сына, — то с колючками в лапах, то, вот, Ибис, ужасный негодник, пришёл с температурой, а чуть легче стало, так выбежал погулять, — вновь позлился Ветрогон, не упуская случая похулить соплеменника. — Надеюсь, что тебе нравится быть глашатаем. Ты хорошо держишься.

+4

47

Прислушиваясь к отцу, Штормогрив ожидал ещё больше нелестных слов о Мегере, но был удивлён тем, что Ветрогон отнёсся к ней на удивление тепло. Через призму ворчания Штормогрив легко увидел и беспокойство, и некую привязанность, уже проявившуюся в словах отца. Глашатай знал: Ветрогон никогда не станет говорить так о том, кого считает врагом.
"Это может быть ошибкой. Вдруг Ветрогон доверится ей, а она окажется предательницей? Предки могут ошибаться. Да что там, само решение выбрать целителем какую-то бродягу кажется абсурдным. Чем она может помочь племени? А в предков она верит? Целитель - второй главный воитель в племени после предводителя, пусть об этом не всегда говорят вслух. Достойна ли она такой чести? И к какому исходу её решения приведут племя Ветра? Эти вопросы терзают меня, их становится всё больше, а вот ответов нет. И не будет. Что, если она добавит смерть-ягоды в травы путников, когда кто-то из нас пойдёт к Лунному Озеру? В её глазах змеиная хитрость. Эти глаза насторожили меня уже тогда, когда я увидел её в первый раз. Могу ли я быть снисходителен к ней? Она может заворожить Ветрогона, но я должен во что бы то ни стало сохранить разум, чтобы защитить его. Предки тоже допускали ошибки. Они благословляли на власть убийц и тиранов, позволяли змее проникнуть в сердце племени и укрепиться там. Поэтому, что бы ни сказали Ветрогон со Звездолётом, я буду настороже. Она могла одурманить их".
Помимо ворчания в сторону Мегеры, Ветрогон упомянул и Льняноглазку, от чьего имени у Штормогрива болезненно сжалось сердце. "Накричала на меня и убежала", - в мыслях вновь появился образ кошки, стоящей так близко, как никогда раньше. "Строптивая. Она всё сделает по-своему. А я останусь в дураках. Уже сейчас от одной мысли о том, что надо бы поговорить с ней, возможно, извиниться за нечаянную обиду, я чувствую, как мои челюсти каменеют и сжимаются, не позволяя выдавить ни слова. Как она сделала такое со мной? Врагам стоило бы перенять эту тактику".
- Я вижу Льняноглазку только воительницей, - упрямо мотнул головой Штормогрив. - В ней нет ничего от целителя. Поверь, с ней пришлось бы куда сложнее, чем с какой-нибудь одиночкой. Кровь Ветра проявилась в Льняноглазке куда сильнее, чем во многих наших соплеменниках. Гордыня, вспыльчивость, резкость - всё лучшее, что нам досталось от предков. А одиночка... ты можешь перевоспитать её, как двуногие воспитывают своих белых, пушистых зверей. В ней нет той крови, которая делает воителя необузданным. Она как кусок глины - оставь на нём след своей лапы, он высохнет и окаменеет.
Штормогрив никогда не был рьяным противником нечистокровных, но всё-таки придавал чистой крови значение. Он не стал бы никого притеснять, но и не одобрял этот прилив одиночек в племена. Если племя Ветра будет якшаться с одиночками и мешать с ними свою кровь, будет ли это племя Ветра? Что останется от гордых покорителей пустошей?
Мысли об одиночках плавно перетекли к мыслям об одиночке конкретном: том самом, которого Грозовое племя может впарить племени Ветра.
- Старейшины могут сколько угодно воспевать Грозовое племя в легендах, - прищурившись, сказал Штормогрив. - Но я им просто так доверять не стану. Мы приняли одиночку под своё крыло, потому что такова была воля предков. Но почему бродяга появился и в их племени? Совпадение? Я так не думаю. Кто знает, может быть, Грозовое племя якшается с бродягами, и у них сейчас пол лагеря отборных головорезов с какой-нибудь Гнили? Предки не всегда говорят нам о подступающих бедах. Они не предупредили о болезни, которая убила лучших. Могли не предупредить и о том, что Грозовое племя перестало блюсти Воинский Закон.
Штормогрив вздохнул. Он всегда был довольно подозрительным и агрессивным по отношению к намерениям соседей, но когда дело касалось его родного отца, он тем более не мог быть спокоен и раздражался с удвоенной силой. У Ветрогона нет девяти жизней. Достаточно одного удара когтей по незащищенному горлу, чтобы убить его. Что будет делать Штормогрив, если отца не станет? Как он переживёт потерю одного из двух самых близких котов в своей жизни? И что скажет Вьюговею? Что он, крутой глашатай, пустил в лагерь предателей? Не уберёг Ветрогона, полезнейшего для племени кота? Это будет слишком большая ошибка. Поэтому она недопустима.
Ветрогон немного рассказал о своей жизни, и Штормогрив почувствовал себя виноватым: отцу приходится целыми днями возиться с вредными больными, с ворохом трав, лишаясь нормальной жизни, бега по пустошам. Луны назад ему хотелось, чтобы у Ветрогона появился ученик, ведь отпускать отца одного в поход за травами опасно: с его покалеченной ногой далеко от собаки не убежишь. Но Мегера... такой ли это ученик, какой нужен Ветрогону? Вместо того, чтобы спасти отца от собаки, она наверняка стремглав убежит прочь, бросив целителя на растерзание зверю. "Когда собака напала на наш патруль, она спокойно смотрела, что будет", - с ужасом вспомнил Штормогрив. "И только когда мы победили, подошла, чтобы обработать наши раны. Воспользовалась ситуацией. Что помешает ей скормить Ветрогона собакам, чтобы стать единственным целителем в племени и перетравить нас всех? Может, Мегера вообще лазутчик из Грозового племени?"
Штормогрив едва удержался от нервного смеха. Ветрогон усомнился в том, что рыжему коту нравится быть глашатаем, но понадеялся на это.
- Нравится, - не думая, сказал Штормогрив. - Это мой долг.
К сожалению, в его словах не прозвучало той позитивной нотки, какая была, когда Штормогрив, будучи котёнком, мечтал быть глашатаем и предводителем. Теперь эти слова прозвучали в низком тоне, с мрачной уверенностью, которую было бы сложно оспорить.
- Ветрогон, не нужно быть каким-то особенным, чтобы почувствовать: ветер пахнет приближающейся бурей. Болезнь, которая истребила часть котов во всех племенах. Тайны, которые так неуклюже охраняет Сумрачное племя. Предки призывают одиночек вступать в племена, подбрасывают котят к нашим лагерям. Что-то происходит, и мне это совсем не нравится. Если эта буря затронет племена, я хочу, чтобы наше племя выбралось из неё целым и невредимым. А остальные пусть справляются сами. Скажи мне, предки не говорили с тобой? Не посылали новых пророчеств, знамений? Было бы неплохо услышать от них что-то, кроме пожелания сделать целительницей странную одиночку.

+7

48

Штормогрив заступился за Льняноглазку, сказав, что из неё выйдет исключительно воительница, но никак не целительница. Гордыня, вспыльчивость, резкость? Почему-то при упоминании этой воительницы у Ветрогона в голове сразу же воссоздавался образ милой воительницы с добрыми, нежными глазами. Быть может, у него было к ней слишком предвзятое отношение, и сын действительно прав. Наверное, я просчитался. Было бы глупо думать, что было бы, а если бы... Слишком много "бы". Льняноглазке уготована другая судьба. Ужасно видеть знаки там, где их на деле нет. Нужно быть более хладнокровным, когда принимаешь решения...
После Штормогрив сравнил Мегеру с глиной, которую он сможет вылепить. Ветрогон лишь хмыкнул, вспоминая широко распахнутые глаза одиночки, в которых то мелькал ужас, когда он случайно ткнул её носом, то гнев. Слишком вспыльчивая, горячая кошка. И как мне за такой углядеть? Как слепить из неё настоящую целительницу? Да и захочет ли она это делать?
— Кто знает, может быть, Грозовое племя якшается с бродягами, и у них сейчас пол лагеря отборных головорезов с какой-нибудь Гнили?
— Штормогрив, — мягко улыбнулся Ветрогон, — не стоит видеть врага во всех тех, кто не принадлежит племени Ветра. Я знаю, что ты беспокоишься о моём благе и благе соплеменников. С тобой целое племя, и мы справимся с любой напастью. И никакая кровожадная одиночка нам не будет страшна, пока мы будем все вместе.
По крайней мере, моему сыну нравится быть глашатаем. Целитель подумал об этом с удовлетворением, вспоминая свои деньки в этой должности. Тогда он себя чувствовал ужасно неловко, но, похоже, что Штормогрив отлично вжился в роль.
— Если эта буря затронет племена, я хочу, чтобы наше племя выбралось из неё целым и невредимым. А остальные пусть справляются сами. Скажи мне, предки не говорили с тобой? Не посылали новых пророчеств, знамений?
Ветрогон задумался и тяжело вздохнул. Все ждут от целителей того, что с ними днями напролёт будут разговаривать предки. Словно под моими лапами рассыпаются звёзды, и кто-то постоянно нашёптывает на ухо подсказки. Жаль, что это не так.
— Даже Звёздным предкам не всё под силу. Никто больше не приходил ко мне во снах. Если они молчат, то значит уверены, что у нас есть силы, чтобы справляться самим, и я уверен, что у нас всё получится. Не волнуйся Штормогрив, — и он бережно прикоснулся лапой к лапе сына, пытаясь того подбодрить.

+5

49

Пожалуй, отец был даже слишком спокоен, что не могло понравиться Штормогриву. Он, бывало, даже любил, когда ситуация вызывает волнение, а потом оказывается пустяковой. По крайней мере, это лучше, чем быть безмятежным, а потом получить неожиданный удар, будучи к нему не подготовленным.
- Если бы речь шла о какой-нибудь ерунде, я не стал бы подозревать грозовых, - упрямо мотнул головой Штормогрив. - Но, поверь, это не ерунда. Это двое чужих котов в твоей палатке, не считая Мегеры. Они могут подговорить и её, пообещав ей защиту в Грозовом племени. И, если они перережут тебе горло как-нибудь тихой ночью, целое племя ничем не сможет помочь.
Штормогрив не понимал, куда пропал прежний дух Ветрогона. Неужели он готов так просто взять и впустить в своё жилище троих чужаков? Такое поведение глашатай мог объяснить только одиночеством Ветрогона, к которому бывший воин вряд ли успел привыкнуть даже за столько лун. "Признай, Штормогрив, Ветрогону тоже хочется покрасоваться перед другими, как сейчас красуешься ты".
Но эгоистичное желание сберечь отца не хотело отступать. Что и говорить, Штормогрив действительно готов был рассориться с Грозовым племенем ради призрачной надежды защитить Ветрогона от опасности. А нужна ли Ветрогону его защита? Быть может, отец сам хочет умереть героической смертью? Штормогрив вздохнул. Ветрогон потерял брата, сестру, родителей. Кроме Вьюговея со Штормогривом у него никого и не осталось. Вот только достаточно ли двух сыновей для того, чтобы желать жить дальше?
Штормогрив почувствовал лапу Ветрогона на своей и поднял на него взгляд. "А смогу ли выстоять я, если Ветрогон с Вьюговеем погибнут? Отец продолжает служить племени и, порой, ведет себя так, будто ничего не случилось. Его стойкость достойна уважения. А я начинаю волноваться уже от одной вероятности того, что могу потерять кого-то из них. Ведь если они попадут в настоящую беду, я не смогу им помочь. Всё, что я могу, как глашатай - попытаться пресечь возникновение опасной ситуации. Но если она возникнет... что же я сделаю?"
- Что ж, значит, предки продолжают молчать, - постарался улыбнуться Штормогрив. - Да и ладно, твоя правда, справимся и без их поддержки. Насчёт одиночек, всё же, подумай. А с Мегерой я поговорю, если её встречу. Объясню ей негласные правила обитания в нашем племени получше. Она уже не маленький котёнок, должна понять.
Краем уха Штормогрив услышал крики с поляны и пару-тройку мгновений прислушивался к ним. Похоже, Звездолёт созвал собрание. Глашатай не мог не догадаться, по какому поводу, но на всякий случай нахмурился и сказал Ветрогону:
- Собрание. Пойду посмотрю, что там происходит.
Неохотно отстранившись от отца, он повернулся к выходу.
- Спасибо за повязку. Я ещё зайду, - погрустневшим голосом проговорил рыжий кот, последний раз оглядываясь на Ветрогона и выходя из палатки.
Там его ждало собрание племени, свежие новости. Кроме того, Штормогрив обещал Маковке прогулку с весьма смутными целями. Но мыслями молодой глашатай, всё же, остался в палатке отца. "Я до сих пор не знаю, как он пережил все эти смерти", - с внезапной ясностью понял Штормогрив.
---> Главная поляна

+5

50

Штормогрив всё равно не унимался, и Ветрогон лишь слабо улыбнулся, почувствовав себя важным и нужным для такого взрослого сына. Значит, он всё ещё был ему небезразличен. Многие дети, вырастая, уже не видят особой необходимости в своих родителях и воспринимают их как обычных соплеменников, но Штормогриву он был важен. Целитель расцвел, даже получив удовольствие от излишней подозрительности глашатая. Хорошего мы с тобой, Кремка, сына вырастили. И Вьюговей у нас такой хороший получился.
- Да и ладно, твоя правда, справимся и без их поддержки. Насчёт одиночек, всё же, подумай. А с Мегерой я поговорю, если её встречу. Объясню ей негласные правила обитания в нашем племени получше. Она уже не маленький котёнок, должна понять.
— Спасибо, Штормогрив, — благодарно кивнул Ветрогон. — Надеюсь, она поймет, насколько важно отдавать всю себя и свои силы, живя в племени и защищая его. Может, хоть тебя послушается, — целитель не сомневался в красноречии сына, хотя даже громкие слова Штормогрива могут запнуться о колючий язык рыжей одиночки.
Ветрогон услышал возглас Звездолёта на поляне. Собрание.
- Собрание. Пойду посмотрю, что там происходит, — подтвердил его мысли Штормогрив.
Пообещав навестить его ещё раз, сын скрылся из палатки. Ветрогон вновь остался один. Разговор с глашатаем хоть на пару мгновений помог ему развеяться и привести в чувства. Голова была чиста, и травы опять молчали, как в молодые годы. Ветрогон вдохнул полной грудью, наслаждаясь полнейшей тишиной, которую скоро вновь нарушат болезненные мысли.
Целитель почувствовал усталость и решил немного вздремнуть, чтобы восстановить силы. Уже сегодня ему предстояла дорога к Лунному Озеру. Быть может предки хоть там смогут его навестить и успокоить?

Очнулся он посвежевшим. Ветрогон потянулся, напрягая мышцы, а затем выбрался из палатки. Сначала предки, а потом разборки с термитами!

- Главная поляна

+2

51

<<< -------------------- главная поляна

- Шептун-Шептун, - посетовала Мегера, - неужели ты настолько мне не доверяешь? - риторически поинтересовалась Рыжая и скользнула внутрь палатки. Племенные коты как-то очень вяло отреагировали на её историю - не то что Торнадо. Видимо, только он один и достоин внимать ей.
- Так-так-так-так-с, - пропела кошка, обнаружив пустую поляну. Ветрогон однозначно смотался куда-то надолго, потому что запах уже успел остыть и стать стареньким. Это именно то, что ей и нужно.
Шмыгнув в расселину с травами, странница быстро нашла то, что нужно было для лечения Торнадо и Шептуна. Конечно, запас не пополнился теми травами, что тогда предлагала Мегера для бока Штормогрива, потому что в этой каменной нише всё ещё главенствовал рыжий племенной целитель, но всё же одиночка стала потихоньку привыкать к тому, что приходится заменять привычные ей травы на их аналоги.
Свернув в пучок набранные целительские снадобья, кошка отошла ко входу, где спрятала их под голыми ветками колючих кустов, а затем вернулась к месту, где обычно располагалась подстилка Ветрогона. Помахивая хвостом от возбуждения, Мегера забралась в неё и принялась когтить, выискивая запас кошачьей мяты. Славно уложенная учениками племени Ветра (между прочим, дельное достижение племенной жизни) подстилка очень скоро приобрела вид неухоженный и неаккуратный, а Мегера с всё большим остервенением копошилась в её остатках. Только когда она превратилась в неприятный на первый (и все последующий тоже) взгляд ком неясно чего, странница, фыркнув, принялась скрестись когтями вокруг, выискивая полую ямку в земле.
- Ну давай, - порыкивала Мегера, - я же знаю, что завёлся ты не просто так. Давай, Гошенька, давай, открывай мне свои секреты, - одиночка втиснулась в голые кусты и принялась подкапывать корни.
- Да чёрт тебя дери! - рыкнула кошка, безуспешно ковыряя когтями мёрзлую землю. Пришлось выбираться из кустарника и терять драгоценные волоски нежнейшей и прекраснейшей шерсти на его ветках. - Ёжика тебе в рот, пеликана на голову, карася тебе ... - целительница встряхнулась и, бросив недовольный взгляд на каменную расщелину, за которой бдил Ветрогон, потрусила к выходу.
Так, ладно, это была пусть бесплодная, но попытка. Очень скоро она сумеет вывести его на чистую воду. Очень скоро.

-------------------- >>> главная поляна

+2

52

<<< ------------------- главная поляна

- Вьюговей, брось Шептуна, - гаркнула Мегера, входя внутрь. - А ты ложись прямо здесь. От входа только отойди, - приказала Штормогриву и скользнула в расселину, где сохранила с давних пор тимьян. Ветрогон его не признавал, но для Мегеры то было верное средство привести в порядок потрёпанные нервы больного кота.
Скользнув наружу, она бросила листки приятно пахнущего тимьяна перед носом Штормогрива.
- У тебя шок, - коротко пояснила. От былой неспешности, с которой она лечила Шептуна с Торнадо и только что осматривала глашатая, не осталось и следа. По зрачкам и тону рыжего больного было ясно, что отсчёт снова начался.
- Вьюговей, слушай меня внимательно, - Мегера даже распушилась от напряжения, - сейчас ты ляжешь на задние лапы Штормогрива и так вопьёшься когтями в эту землю, как будто иначе тебя торнадо снесёт. Сейчас Штормогрив будет орать и биться под тобой, кусаться, вертеться и царапаться, но ты будешь лежать трупом и не давать ему дёргаться. Всё ясно? - Мегера и сама немного переживала. Лично она к такой операции прибегала первый раз, но однажды случалось ей видеть нечто подобное с другим котом, вогнавшим в лапу железный штырь. Рыжая кошка сосредоточенно нахмурилась, отгоняя от себя неприятное окончание истории.
Она снова метнулась в расщелину, доставая запас целебных трав, которыми будет останавливать кровь. Выйдя, уставилась на Маковку - ещё один важный элемент грядущей операции по извлечению палки.
- Слушай сюда, - от острастки голос Мегеры по-злому огрубел, но продолжал всё так же зычно звучать в палатке, так что все оставшиеся снаружи легко могли узнать, что происходит внутри, - у тебя очень важная задача. Я буду держать передние лапы Штормогрива, поэтому сама вытащить палку не смогу. Ты ухватишься за неё зубами, когда будешь готова, - предупредила кошка, - если раньше - можешь загнать её глубже и причинить больше боли Штормогриву. Так что только когда будешь готова, ясно? А затем потянешь. Резко, с силой, на себя. Вот так, - Мегера наклонила голову набок, обхватила зубами воздух и резко дёрнула головой вверх.
- Получиться может не сразу, - к её счастью, голос не дрогнул - лишь ещё больше огрубел. Мегера вообще не была особой эмоциональной в плане какого-либо страха, или нерешительности там, но, имея за плечами схожий безуспешный опыт, что-то всё-таки щёлкнуло в голове.
- Пойдёт кровь, - она нахмурилась, - Вьюговей, слышишь? Надо будет полежать на его лапах ещё немного после того, как Маковка выдернет палку. Я тоже буду держать его. Только потом смогу начать лечение, - Мегера попыталась вспомнить что-нибудь ещё, но голова была пуста.
Тогда кошка приблизилась к Штормогриву, про которого до этого "забыла", и приблизила морду к палке. Он сказал, что она как будто зацепилась изнутри. Но если палка вошла с сучками, значит, она уже разодрала ему шкуру и мышцы по своей форме.
«Она могла провернуться уже внутри и застрять», - поняла Мегера. И в тот же миг поняла, что ещё не предусмотрела.
Отойдя от кота, она нервно принялась метаться взад-вперёд, раздумывая, как облегчить страдания Штормогриву. Меж тем мурлыкала сквозь зубы что-то, не особо обрабатываемое в её голове, лишь в силу говорливой привычки.
- Интересный экземпляр ты... Камень?.. А, кто б знал... Когтями придётся, когтями... Или лопух взять? Где ж сейчас найдёшь лист хотя бы, хоть к человеку иди... Тайник-то, может?..
Наконец, приняв одной ей известное решение, Мегера остановилась и с решительностью подошла к Штормогриву.
- Будет очень больно. Очень, - она кивнула, будто эта фраза и была той, что она так долго обдумывала, но затем снова спряталась в расщелине и, игнорируя сладковатый запах мяты, вытрясла из маковой коробочки несколько семян. Вернувшись, положила перед котом.
- Слизни. Ты не уснёшь, потому что мы должны будем понять, всё ли из тебя вытащили. И, Штормогрив... крепись, - она не стала дотрагиваться до разгорячённого тела лапами, - попробуй сам держать себя в лапах. Если Маковка обломит палку прямо у основания или, хуже того, оставит хоть что-то в ране... В общем, удачи, - она обошла кота со стороны, перешагнула и встала над ним, предлагая остальным занять свои позиции.
- Маковка?.. - вопросительно обратилась Мегера и осторожно легла на бок Штормогрива, прижимая его к земле своим весом, подминая передние лапы под себя же. Сейчас раненые мышцы должны вопить от боли и дёргать его тело.

Отредактировано Мегера (2018-01-08 16:09:37)

+5

53

Начало игры.

Отоспаться после ночного бдения за лагерем не очень-то удалось. Постоянно кто-то шлялся около палатки, заходил внутрь, будил намеренно или случайно, что-то спрашивал, а потом так же громко уходил. Потеряв надежду на приобретение объятий Морфея естественным путём, Пролеска всё-таки заставила себя встать и доползти до палатки целителей.
- Маковые зёрна... Нужно больше маковых зёрен...
Отчаянно закатывая глаза и шумно вздыхая от усталости, чёрно-белая кошка добралась до обителей врачевателей, параллельно пытаясь не соблазняться мыслью вообще остаться спать там же. Больничная подстилка или нет, но всё же... народу там было намного меньше, а значит, априори атмосфера была тише и спокойней. Хлопая синими глазищами, кошка остановилась у входа, принюхавшись. Внутри был кто-то раненный... Судя по запаху, кровь была свежая, сегодняшняя, но уже слегка успевшая чуть запечься... Нахмурившись, Пролеска замешкалась. Стоило ли являться к целителям в такой момент, когда там может быть тяжело раненный? Наверное, её дело могло бы и подождать... Хотя было уже дёрнуться в обратную сторону, кошка ощутила неприятную боль в виске от недосыпа, а так же очередную волну свинцовой тяжести, навалившейся на плечи. Нет. Без мака всё-таки не обойтись.
Ещё раз вздохнув, Пролеска вся подобралась и тихо скользнула в целебную обитель, словно тень, стараясь не особо привлекать к себе внимание...
На счёт напруженности она-таки ошиблась. Здесь успели нарисоваться Шептун, Вьюговей и Штормогрив. Такое количество мужчин на одном клочке земли было слишком велико, синеглазая лишь сверкнула глазами и что-то муркнула себе под нос. Мегере удавалось довольно ловко крутить всеми тремя, а они, как ни странно, были послушны, словно дети. Один лёг там, другой сел здесь, а третий вообще был с палкой в плече. Картина была, скажем так, не для слабонервных. Внушительного вида палка торчала прямо из тела Штормогрива, вид которого тоже не вызывал бурного веселья. Сочувственно закусив губу, чёрно-белая застыла в углу, отведя глаза. Разворачиваться и уходить было уже и глупо, и поздно. Всё действо по оперативному извлечению инородного предмета было в самом разгаре, так что... ей ничего не осталось, как сделать вид, что она тут вообще лицо стороннее, ждущее своей очереди.

+3

54

главная поляна>>>

- Слушай сюда.
Маковка почти влетела в палатку, вздрогнув от зычного голоса Мегеры. Она никогда не видела бывшую одиночку такой серьёзной и сосредоточенной. Видимо, дело было совсем плохо. Воительница попыталась направить своё внимание на врачевательницу, но набившиеся в палатку коты, запах крови, прилипавший к глотке, тяжёлое дыхание Штормогрива, заглушавшее для кошки другие звуки, и волнение мешали ей отчётливо вникать в слова.
- Я буду держать передние лапы Штормогрива, поэтому сама вытащить палку не смогу. Ты ухватишься за неё зубами, когда будешь готова.
Маковка сделала над собой усилие, глубоко вдохнув и несколько отрешившись от лишних шумов и запахов, и стала повторять про себя всё, сказанное Мегерой. Только она может спасти Штормогрива. Нельзя подвести его, всё племя Ветра.
- Если раньше - можешь загнать её глубже и причинить больше боли Штормогриву.
Что-о-о? Палевая нервно сглотнула слюну. Она не могла точно припомнить делала ли когда-то нечто такое же важное, опасное, необходимое. То, что зависело лишь от неё. Скорее всего, нет. Предки, да Маковка вообще никогда не испытывала такого чувства ответственности! Но ответственность за чужую жизнь была невероятно тяжела.
Воительница медленно кивнула и перевела взгляд на рыжего глашатая. Доверяет ли он ей? Но ведь Мегера доверяет. И я доверяю себе. Значит, всё получится.
Маковка внимательно проследила за движениями Мегеры и мысленно представила, как вцепится в палку и выдернет её. Как из глубокой раны будет сочиться кровь, очень много крови. А ещё там наверняка остались суки. А если что-то... оборвётся. Вздрогнув, кошка попыталась отогнать от себя подобные мысли. Сейчас нельзя даже думать о подобном. Возьми и сделай, Маковка, это всего лишь палка, ты запросто справишься.
Мегера что-то искала, затем дала Штормогриву маковые семена и заговорила с ним. Палевая воительница вдруг отчётливо поняла, что не хочет причинять ему боль, ей страшно. Страх ошибиться заставлял неровно дышать и в упор смотреть глашатаю в глаза, как будто он мог её обнадёжить.
- ...Если Маковка обломит палку прямо у основания или, хуже того, оставит хоть что-то в ране...
Да как так можно? Кошка невольно выпустила когти после слов врачевательницы. Маковка, глядя на Штормогрива, медленно отрицательно покачала головой. Этого не случится. Верь мне. Это главное.
Кошка осторожно приблизилась к глашатаю и легонько коснулась носом его макушки, тут же отстранившись. Совсем немного потерпи, Штормогрив. Мы поможем тебе.
Мегера и Вьюговей заняли свои позиции, удерживая рыжего кота. Собираться с силами больше было некогда, действовать нужно быстро и чётко, с каждым мгновением у глашатая всё меньше шансов. Маковка внимательным взглядом окинула палку, прикидывая, как лучше схватиться, чтобы не причинить лишней боли и вытянуть её аккуратнее. Звёзды, надеюсь, там нет громадных сучьев.
Кошка ухватилась зубами за палку, некрепко, пробуя понять её положение в теле соплеменника. И тут же поняла, что ветку не вытащить просто так, она непрямая, а может просто на ней действительно имелся сучок. Великое Звёздное племя, помоги мне... Всё тело воительницы было напряжено, она не знала верно ли поступает и не станет ли её ошибка фатальной. Сердце колотилось как у испуганной мыши, грозясь вырваться из грудной клетки и ускакать далеко на пустоши.
Маковка крепче сжала палку, почувствовав, как она шевельнулась в теле Штормогрива, и прижала уши к затылку, не желая слышать его крики и шипение. Раз. Два. Три. Самую малость повернув её, кошка потянула ветку на себя. Сначала она решила, что попытка оказалась неудачной, но тут же движение пошло. Почувствовав, что никаких препятствий нет, Маковка быстро дёрнула палку на себя, отступив на шаг назад.
Получилось. В её зубах была отвратительная окровавленная ветка с небольшим, почти незаметным сучком на одной стороне. Маковка выронила палку и в ужасе скривилась, пятясь от неё. Она не выглядела опасной, даже вполне ровной, но сама мысль о том, что это могло убить Штормогрива вызывала головокружение. Кошка подняла полные страха глаза на глашатая, всё ещё боясь увидеть его без сознания. Мёртвым, в луже крови, бьющегося в судорогах. Пожалуйста, Штормогрив.

+3

55

---> Главная поляна

Недовольно шипя от прикосновений Мегеры к ветке, Штормогрив вместе с процессией зашел в целительскую палатку. Корчевать пни из плодородной почвы глашатайской плоти пришло такое изрядное количество соплеменников, что ему даже стало немного неловко.
Он приметил взглядом находящуюся в палатке воительницу.
- Мягких мышек, Пролеска, - мурлыкнул Штормогрив. - Тоже что-то болит?
Как глашатай, он привык заботиться о соплеменниках, поэтому спросить о здоровье для него не было чем-то зазорным. Ему важно знать, как себя чувствует Пролеска и другие. Пусть он и не целитель, чтобы вылечить, зато может на пару дней освободить от патрулей, дав возможность отоспаться в палатке.
Штормогрив успокаивающе коснулся здоровым плечом плеча Вьюговея. Смерть Грохота Звёзд ошарашила брата не меньше, чем его самого. А он, недоумок рыжий, ещё и новыми ранами пугает.
Мегера вела себя в палатке очень по-свойски, но Штормогрив не чувствовал ни сил, ни желания её осуждать. В каком-то смысле, теперь это её территория. По крайней мере, пока не придёт Ветрогон и не пропишет воспитательного леща. Или пока сам Штормогрив не будет достаточно здоров и свободен, чтобы подробнее объяснить Мегере, чем живут воители.
Мегера дала ему маковых семян, и Штормогрив не глядя слизнул их. Он усмехнулся, давая понять, что несмотря на боль, не боится того, что будет.
- Ещё бы я уснул, когда вы будете выдирать из меня это заживо, - промурчал глашатай, уходя вглубь палатки и осторожно роясь среди вещей Ветрогона. Вытащив наиболее крепкую палку с щербинами чужих зубов, он вернулся и покорно лёг на пол палатки. Вьюговей и Мегера прижали его лапы, словно он какой-то дикий зверь и неспособен держать себя под контролем. Подмигнув подошедшей Маковке, Штормогрив покрепче сжал палку зубами. Когда кошка начала дёргать ветвь, застрявшую внутри плеча, глашатай почувствовал, как боль накрыла его с головой. От этой боли у него перехватило дыхание, так что он не то, что заорать, вдохнуть нормально не мог. Он задёргался, словно его удерживали под водой, лишенного спасительного воздуха. Причём про существование задних лап Штормогрив практически забыл, так что Вьюговею досталась лёгкая задачка. В отличие от Мегеры, которой достался озверелый взгляд глашатая. Почти под самый конец процедуры он вырвал когтистую лапу из её хватки и замахнулся, словно хотел сбрить целительнице когтями, по меньшей мере, половину мордочки. Но каким-то образом у него получилось овладеть собой, и Штормогрив воткнул когти во вторую лапу, пониже почти вытащенной ветки. Когда ветвь, кривая и сучковатая, была вытащена, он невольно взглянул на свою рану: крестообразную дыру, из которой тут же потекла густая красно-бурая жижа. Нахмурившись, Штормогрив накрыл рану лапой, чтобы хоть немного задержать ток крови, пока Мегера не наложит повязку. Когда целительница начала осматривать рану, он убрал лапу, давая ей волю делать то, что она хочет. Боль всё ещё кружила ему голову, но отчего-то, как только ветка оказалась вне плеча, он почувствовал себя гораздо спокойнее. Выплюнув палку, Штормогрив устроился поудобнее и, глубоко вдохнув, выдохнул тёплый воздух. Прикрыл глаза.
- Вяжи потуже и покрепче, у меня сегодня ещё есть дела, - пониженным от усталости тоном попросил он. Переведя взгляд на испуганную Маковку, Штормогрив тепло улыбнулся.
- Спасибо, Маковка. Тяжела судьба глашатая. Если хочешь, в следующий раз подарю тебе целый букет таких веток.
Несмотря на тяжесть ситуации, Штормогрив умудрялся шутить, понимая, что если при всей этой боли ещё и поддастся хандре, то увязнет в ней совсем. Он потёрся щекой о морду освободившего его задние лапы Вьюговея.
- Вместе мы со всем справимся, - благодарно мурлыкнул глашатай, понимая, что каждый из троих приложил лапу к его спасению. Когда Мегера закончила с обработкой его раны, он осторожно поднялся, стараясь не тревожить плечо.
- А теперь, нам нужно поговорить о Грохоте Звёзд, - заключил глашатай, осматривая собравшихся: Маковка, Вьюговей, Шептун, Пролеска, Мегера. - Я думал, что он давно уже умер, но, похоже, не так уж и давно. На его губах зелёная пена от травы, а зубы странно сколоты. По-моему, он пытался откопать из-под снега какие-то травы. Его глодала болезнь и, вероятно, Грохот Звёзд обезумел. Он не мог в одиночку так долго справляться с ней, поэтому можно предположить, что после ухода из племени у него оставалась не одна жизнь, которые он тратил на борьбу с болезнью. И, подводя к главному, - Штормогрив вздохнул, поднимая взгляд на стену палатки. - Это может означать, что Звездолёт не получил девяти жизней от звёздных предков. Его нет в лагере, хотя уже ночь. Он ушёл один, или с патрулём? Нужно что-то решать. Я не хочу посылать поисковой отряд в темноту и снежную бурю, но и Звездолёта нам необходимо отыскать.
Кто-то мог сказать, что Штормогрив слишком вольно говорит о предводителе, но в палатке собрались воины, которым он доверял. Ни у кого из них, по мнению глашатая, не возникнет желания перерезать глотку предводителю. Тем более, ему нужна их помощь, ведь все они - одна большая семья, и могут просить помощи друг у друга.

+4

56

главная поляна.

Буквально сразу после того, Вьюговей оказался в целительской палатке, он почувствовал аромат пьянящих трав. Палевый частенько пребывал в палатке целителя, но совсем не потому, что он болел какими-то странными болезнями. Просто именно здесь его отец, Ветрогон, проводил всё своё время. И Вьюговей, чувствуя потребность находиться рядом с целителем, иногда заходил просто так, а иногда по делу, беспокоясь о состоянии отца. Да и, чего уж тут скрывать, беспокоился Вьюговей и до сих пор, то и дело поднимая уши и прислушиваясь – не слышно ли тяжелых шагов Ветрогона, нет ли его громкого ласкового голоса, что-то сообщающего котам на поляне? Нет. Тихий шум, доносящийся из-за спины, издавали лишь соплеменники, потрясённые внезапной «находкой» Штормогрива.
Воителю стоило сделать ещё пару шагов, поддерживая Шептуна, как до ушей донёсся оглушающе громкий голос Мегеры. Машинально прижав уши к голове, Вьюговей вскинул голову и обеспокоенно посмотрел на рыжую кошку. Ему было тяжело доверять ей, но другого выхода не оставалось: возможно, стоит еще немного помедлить, и Штормогрив опустится на землю, подрагивая, начнёт неистово кричать, а под конец замолкнет и не встанет уже никогда. Эта самая палка, торчащая из плеча, могла быть рассадников заболеваний любого рода, и палевый кот не мог не волноваться за жизнь огненного глашатая. Кивнув на фразу Мегеры, Вьюговей сделал небольшой шаг в сторону, чтобы убедиться, что состояние Шептуна стабильное, и его не пошатывает. Лишь потом Вьюговей подошел поближе, во все уши слушая то, что ему скажет рыжая кошка. Возможно, Вьюговей и не видел в ней такого мастерства как у Ветрогона, но по-своему уважал Мегеру – не каждый одиночка сможет сберечь свою шкуру, не сойти с ума и присоединиться к племени. Конечно, мысли о том, что Мегера в любой удобный момент может воткнуть когти в спину, не покидали палевого кота, но, тем не менее, воитель прекрасно понимал, что именно сейчас она старается на благо племени. Понимал и, кажется, начинал менять мнение о той. Наблюдая за каждым движением Мегеры, кот Ветра хмурился, отмечал, с какой уверенностью ученица Ветрогона вытаскивала необходимые травы и как себя вела. От прежней Мегеры, что была на поляне, не осталось и следа.
Кот вздрогнул, едва рыжая назвала его по имени, заглянул в ее глаза и кивнул. Воителю не надо было повторять дважды. С полной уверенностью того, что всё, что он делает – делает правильно, Вьюговей успокаивающе ткнулся мокрым носом в спину Штормогрива, как раз туда, где между горой мышц и среди пушистой шерсти ощущался позвоночник. На мгновение Вьюговей прикрыл глаза и вдохнул родной племенной запах, отдающий, кажется, примесью пряного вереска и стужи, еще не смешавшийся с ароматом трав целительской палатки, а потом отпрянул и лёг на лапы. Как раз так, как ему сказала Мегера. Когда Вьюговей убедился, что не поломает лапы Штормогрива, кот надавил своим весом, затем впился когтями в промёрзлую землю и замер, готовясь к худшему.
«Я рядом»
И, тем не менее, кот продолжал наблюдать за всей процедурой, будучи скорей сторонним наблюдателем, чем помощником врачевателя.
- Слышу, - отозвался он тихо на очередное наставление Мегеры, а затем, подтвердив свои слова, кивнул, - Если я поднимусь сразу после того, как палка окажется, кгхм, вне его плеча, то он может вскочить, обезумевший от боли.
Возможно, стоило полежать на лапах Штормогрива еще чуть, в то самое время, когда Мегера начнет лечить раны. Кто знает, может быть, плечо, онемевшее после инородного объекта, заболит с новой силой, и прикосновения лекарств окажутся более болезненными.  Тем не менее, рот свой не стал открывать понапрасну, лишь прикусил язык да стал выжидать.
А ждать оставалось недолго. Маковка довольно быстро подошла к Штормогриву как раз с той стороны, откуда торчала огромная ветка. Вьюговей с сочувствием посмотрел на нее, отмечая, что самая тяжелая работа безоговорочно досталась Маковке. Если он с Мегерой должны удерживать лапы, кряхтя под движениями брыкающегося Штормогрива, то палевой кошке требовалось аккуратно и резко вытащить палку из живого кота, при этом, не обломав её. Сломает - Штормогриву останется жить недолго. Оставит кусок - та же история. Не сможет вытянуть - глашатай может умереть.
Закусив губу, кот кивнул воительнице, тем самым пожелав удачи. А затем, напрягся. На удивление, Штормогрив не брыкался задними лапами, поэтому Вьюговей мог выдохнуть с облегчением – все же, он знал, сколько сил у глашатая племени, и как сильно могло попасть Вьюговею, сконцентрируй его брат всю свою мощь в задних лапах. Не повезло третьей из «целителей» - Мегере. Палевый заметил, как Штормогрив поднимает лапу, будто бы хочет ударить рыжую кошку. Если бы Вьюговей мог, то он тотчас рванул бы к ученице целителя, загородил её собой, но он не мог. Во-первых, если бы воитель встал с задних лап кота-пожара, то это дало бы преимущество разъяренному глашатаю. А во-вторых, хоть у Штормогрива и было пылающее сердце, оно не только направляло огненного брата в битву, но еще и согревало теплом остальных. Поэтому, казалось Вьюговею, Штормогрив смог воспротивиться инстинкту и пересилить себя. Ощущая теплящуюся внутри себя гордость за брата, Вьюговей тихо замурлыкал и прижался головой к задним лапам, надеясь, что огненный кот почувствует едва-едва уловимую вибрацию – жест одобрения от младшего.
Он тотчас вскинул голову тогда, когда палка со звуком упала на землю. Настороженно посмотрев на кровавое оружие почти-убийства, Вьюговей перевел глаза на Маковку, а затем, когда почувствовал более «благоприятное» шевеление со стороны брата, подошел к палевой воительнице и ободряюще боднул её в бок. Молча.
Правда, Вьюговей тотчас дёрнулся от слов Штормогрива и, точно недовольная мать, посмотрел на брата:
- Никаких больше веток, Штормогрив. Ни в плече, ни в боках. Не надо.
Страх и волнение окутали тело палевого воителя, парализовали его. Шмыгнув носом, словно от холода, Вьюговей продолжал понуро рассматривать огненного кота, отмечая те места, на которых когда-то красовались ожоги, рваные раны и, теперь, крестовидный шрам, - На тебе еще осталось живое место?
Палевый воитель волновался за здоровье своего брата, и это четко прослеживалось в его поведении, голосе и взгляде. Правда, всё довольно быстро утихло, едва Штормогрив заговорил об еще одной насущной проблеме, о теле Грохота Звёзд. Вьюговей медленно перевел взгляд, а затем и вовсе повернул голову к выходу из палатки, будто ожидал, что прямо сейчас сюда войдёт тот самый Грохот Звёзд и сообщит о том, что это всё обман, фарс. И на самом деле он живой, и Звездолёт в порядке, просто прячется. Если бы так случилось на самом деле, Вьюговей выдохнул бы с облегчением и кинулся в объятия рыжего кота, мгновенно забывая обо всех перенесённых трудностях. Но этого не было, равно как не было слышно и голоса черно-белого предводителя.
- Я думаю, что собрать поисковый отряд всё же надо. Пока снег совсем не укрыл следы Звездолёта, а ведь он еще не укрыл? – словно опомнившись, поинтересовался Вьюговей у брата, отмечая, что последним через снегопад прошел именно кот-пожар, и он должен был знать, какая обстановка царила на территориях племени.
- Если не укрыл, - сбившись с мысли, Вьюговей тотчас поймал её за хвост, подхватил и продолжил: - Надо найти хотя бы ту территорию, куда следы уходят. Звездолёт не глупый кот, он найдёт место, где можно спрятаться от непогоды. Главное, чтобы опасность не поджидала его там. Сейчас любое место небезопасно.
«Будь то даже наш лагерь»

+2

57

Мегера безотрывно следила за Маковкой, которая сначала тоже осторожно попробовала положение палки в теле Штормогрива. А этому рыжему хоть бы хны - шок, верно. Вон, пожалуйста, сам страдает от палки в собственном теле, сам же откуда-то достал ещё одну, подмигивания раздаёт направо да налево и лежит под ней с братом мирно себе и тихо. Ну не шок ли это?
Наконец, Маковка ухватилась крепко. Тело раненого воина, лежавшего под Мегерой, напряглось, кошка чувствовала, как двигаются мышцы, крепящие лапы к туловищу, как он старается вырвать их из-под неё и кого-нибудь огреть когтями, чтобы они все перестали его мучить.
- Смирно лежи, - раздражённо зашипела Рыжая, больше переживая за хрупкую Маковку, которая итак готовилась в обморок грохнуться, чем за страдальца с огненной шерстью. Однако та сумела выдернуть палку из плеча, на её месте остался огромный колодец хлещущей крови, а Штормогрив выпростал-таки одну из передних лап и даже пытался надавать Мегере по ушам, но каким-то чудом задел только собственную лапу. Бедный, от боли, видать, совсем не различает силуэты живых существ, её великолепную дубово-золотую лапку от своей рыжей лапищи не сумел отличить.
За Маковкой больше Мегера не смотрела - она задержалась на боку глашатая, сдерживая его ослабевающие потуги и передёргивания тела, затем вскочила, подтянула поближе подготовленный набор целебных трав и принялась за рану, которую соблаговолил приоткрыть Штормогрив. Молодец какой, сам пытался остановить кровь себе.
А та и правда хлестала, как жгучий тягучий затяжной ливень. Огромный моток паутины - благо её запасы у Ветрогона неисчерпаемы, особенно в его грязной свалявшей шерсти, - моментально вымок, но всё же остался в ране подобие плотины, мешающей крови переливаться через рваный край с прежней скоростью. Дикая разжевала стебли крапивы, смешала с золотарником и резво обработала края раны, затем наложила на неё саму, нечленораздельно огрызнулась на Штормогрива, требующего повязок больше и туже, прикрыла жгучими листьями крапивы, сверху - новый моток паутины, скрепляющий повязку, и только тогда удовлетворённо хмыкнула. Ткнулась носом под повязку, проверяя шерсть кота, не намокла ли снова от крови - очень скоро так и будет, - но пока всё держалось крепко и лечило да жгло тело рыжего пациента.
На этом, естественно, внимание с Мегеры было переключено на более важные проблемы. Обиженно хмыкнув, кошка удалилась на то, что звалось её собственной подстилкой, и устроилась там поудобнее, полуприкрытыми глазами глядя на племенных котов. Половина хромые, половина кошки. И ведь всех знают, где собака зарыта, точнее - где припрятаны травы Ветрогона. Звёздные предки, девять жизней - кроличье шушуканье опять началось вокруг. Закатив глаза, одиночка принялась вылизывать лапы, очищая их от целебного сока растений и чужой крови, но сдержаться от желания встрять в разговор всё же не могла.
- Глупый или не глупый - тут наши взгляды разнятся, - со своего места твёрдо заявила Мегера, - каждый одиночка умеет выживать даже в метель. С одной жизнью, между прочим. Так что сидите здесь, у меня на глазах, вам повязки скоро менять, - она кивнула Шептуну и Штормогриву. - Кстати, - из ранее потраченного сбора трав на лечение глашатая в лопухе осталось пара маковых семян, - Маковка, надо отрезвиться. Слизни одно, - путница повелительно ткнула лапой в зёрнышко и уставилась золотыми глазами на Пролеску. Кто здесь ещё не обратил на неё внимания?

Отредактировано Мегера (2018-01-22 14:31:30)

+2

58

Главная Поляна ------->

Самое отвратительное чувство, это чувство беспомощности. Когда все вокруг бегут, суетятся, а самое полезное, что можешь сделать ты в данной конкретной ситуации, это отойти в сторону, чтобы занимать меньше пространства. Шептун сделал шаг в сторону и кивнул Вьюговею. Мол, "иди, ты там нужен". Всем были розданы указания, и всё, что мог делать пятнистый сейчас - это ждать и надеяться на Мегеру. Можно ещё, конечно, Предкам помолиться, но Предки мольб простых воителей не слушают.
Так что внимание и вера пятнистого именно сейчас были сосредоточены на одной крайне шумной, но умелой рыжей кошке. Сейчас она неплохо так заменяла собой чудо Предков своим опытом и спокойствием. Возможно, возможно она была не так безнадёжна.
Воитель встретился взглядом с внезапно оказавшейся здесь Пролеской. Одними губами прошептав приветствие, воитель сел неподалёку, оставив между собой и чёрно-белой воительницей небольшое пространство.
Самая страшная часть операции была отдана Маковке. Так вот, зачем её позвали с собой... Шептун хотел было вызваться на замену - но сможет ли он с раненой задней лапой хорошо упереться в землю, приложить все силы в рывок? Боль может отвлечь, ослабить его хватку и сделать только хуже. Здесь стоит взвесить, и понять, что жизнь рыжего воителя намного дороже переживаний за юную кошку. Она справится. А если нет?
Шептун сжал с силой зубы и посмотрел на Штормогрива, который даже на пороге смерти умудрялся шутить. Тот выглядел спокойно, неприятно спокойно. Он будто уже всё принял. Мегера и её помощники заняли позиции. Сейчас. Сейчас оно будет.
Честно, на это не хотелось смотреть. Но если что-то пойдёт не так - он должен успеть среагировать. Как-нибудь.
Как это часто бывает, мгновения перед моментом Х тянулись, казалось, сезонами, в то время как сама операция произошла до неприличия быстро. Шептун встал на лапы, вытянул шею, с беспокойством смотря на Штормогрива - и облегчённо вздохнул, видя, что Мегера не паникует и что рыжий воитель дышит.
- Спасибо, Маковка. Тяжела судьба глашатая. Если хочешь, в следующий раз подарю тебе целый букет таких веток.
- Никаких больше веток, Штормогрив. Ни в плече, ни в боках. Не надо.
Воитель не смог не улыбнуться этим фразам. Вот ведь братья-кролики... Хах... Воитель сел на землю, полуприкрытыми глазами следя за рыжими воителями. Слава Предкам. Слава... Хах. Маковке с Мегерой.
- А теперь, нам нужно поговорить о Грохоте Звёзд, - воитель открыл глаза и навострил уши. Его, в конце концов, позвали сюда за этим. - Я думал, что он давно уже умер, но, похоже, не так уж и давно. На его губах зелёная пена от травы, а зубы странно сколоты. По-моему, он пытался откопать из-под снега какие-то травы. Его глодала болезнь и, вероятно, Грохот Звёзд обезумел. Он не мог в одиночку так долго справляться с ней, поэтому можно предположить, что после ухода из племени у него оставалась не одна жизнь, которые он тратил на борьбу с болезнью. И, подводя к главному... Это может означать, что Звездолёт не получил девяти жизней от звёздных предков.
- Что?! - Шептун нахмурился, от улыбки не осталось не следа. - С-скаж-жи, что ты...
- Его нет в лагере, хотя уже ночь. Он ушёл один, или с патрулём? Нужно что-то решать. Я не хочу посылать поисковой отряд в темноту и снежную бурю, но и Звездолёта нам необходимо отыскать.
- Ты долж-жен быть очень уверен, чтобы говорить такое о предводителе, Ш-штормогрив. - Тихо сказал Шептун, едва сдерживая... рычание?
В его словах есть смысл, очень много смысла. Неужели Звездолёт... Ветрогон. Неужели они врали нам всё это время?! Как мы расскажем об этом Племени? Начал ли кто-то ещё догадываться?!.. Кот отвёл взгляд в сторону. Нет. Не торопись, Шептун. Стоит найти Звездолёта, спросить его об этом.
- Не с-стоит забывать про Торнадо, не ос-ставлять же его на ночь в лагере, - кот хмуро посмотрел в глаза Штормогриву, в чьи слова ему очень не хотелось верить. - Те территории долж-жны быть безопас-сны, двуногий с тварью уш-шли, а они редко появляютс-ся в одном и том же мес-сте дважды. Но поис-сковый отряд долж-жен быть ос-сторожен. Они были не одни, а с... "Громом".

+6

59

- Лунное озеро

Ветрогон словно вспомнил, за что получил собственное имя, так как нёсся на всех парах, даже на мгновение забыв о покалеченной лапе, которая часто неловко спотыкалась и тащилась за остальными тремя, не поспевая за темпом. В общем, подходя к лагерю, целитель чувствовал себя абсолютно измотанным. Но он сразу понял, что что-то явно произошло за время его отсутствия. Для начала здесь отчетливо витал запах Небесного кота и, войдя в лагерь, Ветрогон первым делом заметил наглого соседского оруженосца. Недовольно зыркнув на того, кот перевёл взгляд на середину поляны и увидел тело. Тело их прошлого предводителя. Тогда морда целителя уж точно недоуменно перекосилась. Грохот Звёзд. Тысячи вопросов, завертевшиеся у него в голове, словно пчёлы в домике, заглушили поток разумных мыслей. Откуда? Как? Что здесь вообще произошло?
Целитель недоуменно бросал взгляды на соплеменников, которые что-то сказали про Штормогрива "палконосца", покусанного Шептуна и Мегеру, которая сейчас всем заправляла. У врачевателя сердце упало, и он двинулся в сторону собственной палатки, из которой отчетливо несло запахом крови.

А здесь было полным полном народу. В первую очередь он наткнулся на Пролеску, стоящую рядом со входом. Не ранена.
— Что здесь, куст меня дери, происходит? — нетерпеливо выругался Ветрогон, проходя внутрь палатки. — На поляне резвится Небесный оруженосец, а в центре лежит почивший Грохот Звёзд, а здесь... — он перевёл взгляд на Шептуна, на которого наложили повязки и чья жизнь была уже вне опасности. — Штормогрив, — глаза округлились в немом вопросе, когда он увидел большую повязку на его плече, из которой пробивалась кровавая жижа. Здесь ещё находилась Маковка, которая приготовилась слизать маковое семя и Вьюговей, заботливо сидящий возле брата. — Я покинул вас всего на одну ночь, а тут... что происходит?

+4

60

- Живое место? Ещё остался нетронутый бок, плечо, лапы и целая спина. Жизни меня ещё трепать и трепать, - мурлыкнул он в мех брата, прежде чем начать рассказывать о Грохоте Звёзд.
Чувствуя тяжесть каждого из сказанных им слов, Штормогрив понимал, что сказать их, всё-таки, нужно было. Вьюговей счёл, что отправить поисковой отряд, всё же, надо. Глашатай подозревал, что его брат даже готов возглавить отряд, разреши он ему это. Вьюговей всегда был заботлив и внимателен по отношению к соплеменникам. Штормогрив благосклонно кивнул брату, принимая во внимание его точку зрения. Тут же вклинилась Мегера со своими сравнениями.
- Одиночкам плевать друг на друга, а нам не плевать на нашего предводителя, - отрезал он, неодобрительно хмуря брови. - Это вопрос принципа. Будь я в опасности, Звездолёт без промедления отправился бы мне на выручку. Мне, Шептуну, Вьюговею или даже тебе, Мегера. Это и делает нас племенем. Двуногий и псина, которых встретил Шептун, ещё могут быть поблизости.
Племя Ветра давно живёт по соседству с кожистыми двуногими и почти научилось избегать их, но псы, в отличие от двуногих, обладают нюхом и быстрыми лапами. "Если у Звездолёта получится спрятаться в снегу, будет хорошо".
Он повёл ухом, слушая тихий голос Шептуна. Сейчас ему хотелось послушать как можно большее количество соплеменников. Когда глашатай видел, что они такие же неуверенные и огорошенные происходящим, как он сам, ему становилось спокойнее. Он не один такой, словно камнем огретый.
- Я могу только предполагать, Шептун, - вздохнул он, понимая, что не хочет огорчать старшего воина. - Любой, взглянув на тело Грохота Звёзд, может сделать выводы, подобные моим. А может, какие-нибудь другие. Звездолёт никогда не говорил мне, сколько у него осталось жизней. И ни разу не умирал при мне. Даже если у него одна жизнь, это означает лишь то, что мы должны лучше защищать его и наше племя.
Шептун напомнил ему об оруженосце и поведал о том, что у двуногих был "Гром". Штормогрив нахмурился, а потом подумал, что воин имеет ввиду блестящую чёрную палку, которую двуногие носят с собой. Этими грохочущими палками они убивают кроликов, да так неаккуратно, что на земле остаётся кровавый след. Наверняка дичь, которую они приносят в свои лагеря, суховатая и невкусная из-за вытекшей крови. Глупые двуногие, даже кролика правильно убить не могут.
- Тащить его в ночь, да ещё и через территории Грозового племени, тоже нет смысла, - подумав, ответил глашатай. - Пусть ложится в одной из палаток, скажем, в воинской. Позже решим, что с ним делать. Нельзя допустить, чтобы каждый желающий разгуливал по нашей территории безнаказанно.
Он уважительно кивнул старшему воину, благодаря за информацию.
- Спасибо, Шептун.
Вернувшийся пораньше Ветрогон влетел в палатку, словно рыжий вихрь, и тут же накинулся на соплеменников с руганью и расспросами. Штормогрив устало вздохнул и, подойдя к отцу, коснулся носом его лба.
- Оруженосец пересёк наши границы и набрёл на игрушку двуногого, а Шептун спас его от гибели. Грохота Звёзд я нашёл в снегу. После ночи бдения мы перенесём его на кладбище. "И подумаем, как получше упрятать его в снег, чтобы к Юным Листьям похоронить в земле, как полагается". Но говорить последнего вслух Штормогрив не стал, ему не хотелось. Он любил своего наставника и помнил таким, каким он был при жизни. Грохот Звёзд для него - сильный, жесткий и могучий кот, а не тело, лежащее в середине поляны.
Услышав шум, Штормогрив выглянул из палатки и увидел возвращающийся патруль. Он облизнул губы, чтобы лучше почувствовать запах.
- Пахнет свежей кровью, - мрачно подытожил он, выходя из палатки и давая оставшимся там соплеменникам самим принять решение: следовать за ним или остаться внутри. Штормогрив знал, что целители тоже учуяли раненных, поэтому выберутся, чтобы помочь им дойти до целебной палатки.
---> Главная поляна

Отредактировано Штормогрив (2018-01-25 18:08:35)

+2


Вы здесь » cw. дорога домой » племя ветра » палатка целителя