cw. дорога домой

Объявление

Добро пожаловать, путник!
Именно здесь коты-воители нашли дом, который всем был так нужен. Эта ролевая - одно из немногих мест, сохранивших дух книжных котов-воителей, и именно здесь вы сможете отдохнуть душой, оказаться в шкуре любимого персонажа и жить так, как того просит сердце.
Надеемся, ваша дорога домой не была долгой.
Почётный игрок
БЕРКУТ
активный боец
ВЫСВЕРК
страдалец
КАМЕНЬ и АНЕМОНА
лучшие кот и кошка
В игре
Новости
Ссылки
Реклама
погода
» сезон зеленых листьев

» +17, ясно, безветренно
В игре
Наконец, воители смогли полностью оправиться после эпидемии Кашля и по-настоящему насладиться теплым солнцем Зеленых Листьев!

В Сумрачном все относительно спокойно. Подрастают многочисленные котята, болезнь не свирепствует, и даже целитель, Ольхогрив, идет на поправку. Патрульным отрядом был пойман бывший изгнанник, Василиск, и все племя замерло в ожидании исполнения страшного приказа Когтезвезда, который велел оруженосцам преподать урок на глазах всех сумрачных котов.

Тем временем, Грозовое племя принимает в своем лагере поверженных Речных воителей. Обстановка в лагере, наполненном котами двух племен, начинает накаляться. Грозовые воители теряют терпение, устав жить вместе с соседями, а Речные, в свою очередь, все больше тоскуют по дому. Речная и Грозовая воительницы привели в лагерь изгнанника из Небесного племени, Дербника, который изъявил желание помочь Речному племени вернуться на свои земли. Также на границах был пойман нарушитель, которого представили Грозозвезду для решения его дальнейшей судьбы. Больные идут на поправку, и болезнь наконец прекращает свирепствовать.

Одному из воителей, Высверку, является знак о том, что именно Клок Кометы должен возглавить обессиленное потерями племя Ветра. Бывший Соломник отправляется к Лунному Озеру и получает дар девяти жизней и благословение предков. Однако, вернувшись в лагерь и представ перед племенем в новом звании, Клок Кометы встретил не только одобрение, но и сопротивление: сможет ли он убедить соплеменников в законности своей власти? Поверят ли коты Ветра приказам "самозванца"? И куда ведут таинственные туннели, обнаруженные на территории племени?

Явившийся в Небесное племя Дербник после нескольких лун своих странствий не стал желанным гостем, и его, объявив предателем, отправили восвояси. Тем временем в лагере обитает воительница племени Ветра, Маковка, которую Торнадо привел в лагерь - больную и обессиленную. Выяснив от воительницы Ветра, что племя переживает упадок, Звездошейка принимает решение расширять границы только за счет нейтральных территорий. Между тем, в лагере появляется еще один неожиданный персонаж: Дизель, который владеет информацией о том, где находится пропажа-Железнобокая. Прохлада, имеющая некую связь с одиночкой, принимает на свои плечи тяжкий груз: именно от них с Дизелем зависит, как скоро небесная воительница сможет вернуться домой.

Жизнь Банды в лагере Речного племени оказалась не такой простой, как хотелось бы. Несогласованные, не объединенные, одиночки живут группировкой - каждый сам по себе. Нередко кто-то из банды смеет нарушать и племенные территории, совершенно не обращая внимания на границы. Мелкие стычки, непонимание - меньшие из проблем, которые могут поджидать речных изгнанников и примкнувших к ним одиночек. Быть может, их ожидает опасность извне?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » небесное племя » главная поляна


главная поляна

Сообщений 281 страница 300 из 484

1

http://s0.uploads.ru/5t2J0.png


Лагерь Небесного племени, расположенный ближе прочих к горам, испещрён серыми прожилками скал и камней, сохраняющих в сезон Зелёных листьев тепло до самого вечера. Окружённая высокими стволами могучих деревьев поляна скрыта от любопытных глаз, и лишь огромный дуб горделиво возвышается над окрестностями, предоставляя удобнейшую точку обзора. Посреди лагеря располагается каменный карниз, там же расположена и пещера предводителя. Сбоку, надёжно защищённые от непогоды каменистыми стенами и корнями сосен, тянутся остальные палатки: воинская, ученическая и детская. Пещера целителя расположена ближе к покоям предводителя, а в многочисленных расщелинах бережно хранятся всевозможные травы. Вход в лагерь защищён побегами жестковатого кустарника, на котором невнимательный захватчик может легко оставить всю свою шерсть.


0

281

К счастью, на гостей Небесные коты почти никак не среагировали. Все занимались своими делами, изредка бросая любопытные и настороженные взгляды на пришельцев. Приоткрыв один жёлто-зелёный глаз, Опарыш продолжал наблюдать, исторгая хриплые стоны из глотки для отвлечения внимания. Дизель под ним почти не шевелился, и всё же Опарыш с лёгким удивлением отметил, как массивных хвост бережно обнял его плечи, даря тепло почти голой коже буро-серого кота. Будь он чуть дружелюбнее, то непременно поблагодарил бы собрата, но не тут-то было: немного поворочавшись для большего удобства, Опарыш потёрся щекой о щёку Дизеля и с интересом уставился на чёрно-серую фигурку, ответившую на просьбу раненого одиночки.
- Я вот... попить, кажется, вы хотели, - пробормотала ученица, оставляя влажный кусок коры, и Опарыш едва ли не умилился столь беззастенчивому смущению юной кошечки. Приподняв голову и с неохотой скинув с себя хвост трёхцветного кота, он, слегка пошатываясь для убедительности, сделал один осторожный шаг в сторону Хладнолапки.
- Спасибо, очаровательное дитя, - галантно мурлыкнул одиночки, благодарно склоняя голову перед Небесной ученицей. – Знаешь, я бы назвал тебя ангелом, но не уверен, что вы жалуете Двуногих. Хочешь, расскажу об ангелах? – Невинно поинтересовался Опарыш, маслянистыми глазами ласково глядя на кошечку. Он знал много разных баек, и сейчас, видя недоверие полосатой ученицы, решил слегка растопить лёд: в будущем, он был уверен, это ему весьма и весьма пригодится.
Чинно обвив лапы хвостом и не делая больше попыток приблизиться к Хладнолапке, Опарыш интригующе улыбнулся, слегка склонил голову вперёд и воровато огляделся, будто доверял ученице большой секрет.
- Ангелы – это крылатые Двуногие, - пояснил он и, видя реакцию своей собеседницы, поспешил уточнить: – Нет-нет, сам я их никогда не видел, но когда жил у Двуногих – ещё будучи совсем котёнком, – то немного научился понимать их язык и видел много картинок с этими вот ангелами. Двуногие очень любят их: всех милых маленьких Двуногих котят и даже меня, - он лукаво улыбнулся, - называли ангелами. Кажется, для них это и впрямь значит что-то хорошее. Знаешь, - тон его голоса поменялся, в нём проступили нотки горечи и тоски. Сгорбившись под тяжестью грустных воспоминаний, Опарыш нерешительно ковырнул когтем снег, будто раздумывая, а стоит ли продолжать. – Мои Двуногие были добры ко мне. Я жил не зная печали, пока однажды… Они не заболели и не умерли – все в один день. И я оказался заперт с ними в их гнезде. Без воды, без пищи… Я не мог умереть с голоду, а потому делал ужасные вещи. – Скорбно склонив голову, одиночка тихо всхлипнул, заламывая лапы. – Нас нашли спустя пять дней. И когда другие Двуногие увидели, что стало с их собратьями, я… Я не могу их винить за то, что они попытались меня убить, но мне удалось бежать. Наверное, они решили, что своих хозяев убил я, но я не мог, я так их любил! – Большая слезинка скатилась по бурой щеке, и щуплое тельце задрожало от тихих рыданий. – Мне так их не хватает. У меня есть только Дизель, и сейчас ты оказала ему неоценимую помощь. Скажи, как мне отблагодарить тебя, - с горящими глазами вскинулся Опарыш и с воодушевлением ударил лысым хвостом по снегу. – Отныне я твой должник!

Отредактировано Опарыш (2018-01-19 12:35:11)

+6

282

Тихий голос коснулся ушей и он дернул ими, нацепив кисточкой смолистую иголку с ветки. Любое движение шеей приносило боль, Дизель чуть приподнял голову, опираясь массивным подбородком на свою лапу и пятная ее кровавыми разводами. Опарыш оставил вмятину на щеке и здоровяк с готовностью подался навстречу, ткнувшись носом в области черного уха. Он уже отчаялся отличить искреннее поведение товарища от тонкой игры и решил принимать за чистую монету все без разбора, что происходит с их самого прихода в лагерь, думая, что так лучше вживется в роль.

  — Спасибо, - выдохнув, он поднял на ученицу горячий благодарный взгляд, с глубоким сочувствием глядя на то, как сильно та желает оказаться подальше от них. Смущенно распушив усы, рваным движением Дизель подвинул плашку снега ближе, окуная в холодный ворох массивный подбородок и исподлобья поглядывая на поджарую фигурку кошечки, кою уже вовсю обрабатывал Опарыш. Катая во рту холодные комочки, он рассматривал ее гладкую, роскошную шерстку и невольно чувствовал себя на этом фоне настоящим, шаблонным диким бродягой. Благо хоть Опарыш, как истинный отец, немного его причесал и облагородил перед племенным населением.

Дизель и сам не заметил, как заслушался историей курчавого, так и не сводя взгляда с полосатой кошечки, разве что пасть не раскрыл. Отчего-то хотелось обнять Опарыша, зажать его сухенькое тельце между лапами и никуда не отпускать. Привычно сдержавшись, здоровяк лишь скользнул по названному отцу сочувствующим взглядом и, вновь подняв глаза на небесную, медленно моргнул, едва заметно поведя тяжелыми плечами - вот такой вот у меня родитель, но я все равно его очень люблю. Он и на самом деле немного засмущался, непривыкший быть любимым сыном и попросту не понимающий как поступать в такой ситуации. Расставив лапы пошире, Дизель был готов при случае поймать в свои объятия разошедшегося одиночку - на большее его фантазии не хватило.

+4

283

Болезненный кот почти сразу отреагировал на слова Хладнолапки, он поднялся и шагнул к ней, и ученица сделала над собой усилие, чтобы не шарахнуться в сторону. Он выглядел не очень страшно, да и враждебности во взгляде никакой, но боязнь перед странной заразой, жившей в его теле, поселилась в сердце кошки. Да ладно, этот же не облез, хотя они довольно близки... кажется.
Одиночка заговорил, и манера его речи немного успокоила Хладнолапку. Вроде как в здравом уме.
- Хочешь, расскажу об ангелах?
- Я... э... ну... - пока ученица пыталась совладать со своим языком, гость Небесных котов уже начал рассказ.
Поначалу кошка вообще не понимала, о чём тот говорит, но постепенно в его словах начала прослеживаться связь. У Двуногих бывают крылья? И что вот прямо... летают? Но никто никогда не рассказывал о таких Двуногих. Может, спросить у Морозника... Воспоминания об отце и его похождениях заставили Хладнолапку поморщиться, она попыталась поскорее отогнать негативные воспоминания. Значит, этот... кот жил у Двуногих. Был домашней киской. В голове ученицы возникало всё больше вопросов. Она привыкла, что домашних кисок описывали как отъевшихся пушистых увальней. Чужак не подходил под это описание от слова совсем. Может, Двуногие выгнали его из-за болезни? Но она слушала рассказ дальше.
- Знаешь, мои Двуногие были добры ко мне. Я жил не зная печали, пока однажды… Они не заболели и не умерли – все в один день.
Так это всё-таки болезнь Двуногих? Отчего-то эмоции кота заставляли Хладнолапку всё меньше думать о его странном внешнем виде и его причинах и всё больше проникаться историей, даже сочувствовать ему. Была в голосе одиночки какая-то... тоска, скорбь, которая нарастала. Будто трагедия этого рассказа совсем не в смерти его хозяев.
- Я не мог умереть с голоду, а потому делал ужасные вещи.
Ученица выжидающе глядела на кота, распахнув глаза. Что за ужасные вещи? Она нервно переминалась с лапы на лапу. Когда одиночка вновь заговорил, до неё, наконец, дошло. Без пищи. Пять дней. Двуногие. Великое Звёздное племя! Хладнолапка от удивления резко захлопнула приоткрывшуюся пасть и быстро-быстро заморгала, стараясь не смотреть на собеседника. Какой ужас... Это же... А ему... понравилось? Подсознательно кошка понимала, что не хочет знать ответ на этот вопрос.
А одиночка плакал. Ученица спохватилась, увидев, как тот дрожит. Она не знала, что следует сделать в такой ситуации и вообще следует ли. Он так переживает из-за Двуногих? Но это же всего лишь... Двуногие. Врождённая неприязнь к этим существам не позволяла проникнуться горем одиночки, но всё же ей было его жалко. Потому что сейчас кот здесь, в лагере Небесных котов, со своим другом, и, может, Двуногие были его семьёй. Может, они захотят обрести семью в племени? Хладнолапка пыталась подавить в себе жалость к этому облезлому коту и его измождённому другу, но мягкое сострадающее сердце было сильнее разума в этот момент. История чужака её тронула.
– Мне так их не хватает. У меня есть только Дизель, и сейчас ты оказала ему неоценимую помощь. Скажи, как мне отблагодарить тебя. Отныне я твой должник!
Хладнолапка перевела взгляд на пёстрого кота. Дизель. У одиночек странные имена, она знала это. Дизелю, кажется, стало лучше, он пришёл в себя и теперь уже сознательным взглядом смотрел на Небесную ученицу.
- Нет, я... я просто помогла, - кошка всё ещё терялась в словах, не зная, как относиться к одиночкам и в каком статусе они находятся здесь - пленников или гостей, - я рада, что вам лучше.
Она метнула быстрый пугливый взгляд на Дизеля, будто удостоверяясь, что ему действительно лучше, и медленно кивнула на благодарность.
- Мне жаль, что получилось так... с вашими Двуногими. А как... вас зовут? - нужно признать, что Хладнолапка не была асом в спонтанных знакомствах, но она точно знала, что для начала нужно узнать имя собеседника. Глаза кошки смущённо поднимались на морду облезлого кота, но сию же секунду опускались снова на чёрно-белые лапы, будто она видели их в первый раз.

+4

284

Чувство, словно бы он сможет поладить с этим маленьким шилопопом Беляшиком, исчезло с третьим комком снега, попавшим в бок одиночке. Он глубоко вздохнул, чтобы подавить гнев, и встряхнулся. Все же некоторую помощь рыжий оказал ему, и теперь коту осталось лишь налепить на стену всё то, что раскидал вокруг котёнок.
  Ты просто не должен обращать внимания на него, и он перестанет егозить, - объяснял себе кот, сидя возле стены и вылизываясь. Мокрая холодная шерсть больше всего неприятных ощущений доставляла между мякишами пальцев, покалывая их резкими ледяными иголками. Он пытался привести себя в порядок после труда, чтобы потом передвинуться и заняться другим участком стены.
  За игрой котят серый следил, слушая их звонкие голоса. Пока их слышно - они рядом, а значит, всё более-менее нормально. Тут в лагерь вернулся патруль, и Пепел нахмурился. Выходит, прошло уже достаточно много времени, должна бы и Звёздошейка вернуться скоро. Патрульные вернулись с двумя котами, которые явно не принадлежали их племени, судя по реакции остальных небесных котов.
- Пасмурный? - окликнул его Пепел, и, решив, что вышло слишком тихо, подошёл к воителю ближе, повторяя. - Пасмурный,
эти одиночки напали на вас?
- он недоверчиво посмотрел на "братьев по образу жизни", и чихнул, выражая своё отношение к ним. Тот кот, у которого почти не было меха, явно не мог родиться и вырасти в лесу. Он был домашним любимцем. И что же эти двое забыли здесь, в племени? В его племени?
  Ты как глупый котёнок! Неужели ты ревнуешь? Мол, я первый нашёл это племя, как они могут у меня отнимать мою добычу?..
  Пепел повернулся к стене, со стороны оценивая свой труд, и прикинул, что до заката успел бы ещё поправить стену напротив. Особенно, если его никто не будет в процессе посыпать снегом. Но сейчас он хотел передохнуть, и, возможно, умерить своё беспокойство насчёт этих двоих.
  А что, если у них дурные намерения? Или они будут грубы? Меня же будут судить так же, как их. Они могут испортить мне всё, - Пепел хмурился, глядя на Дизеля, а хвост его барабанил по снегу.

+3

285

Довольный произведённым эффектом, Опарыш едва ли не лучился от удовольствия, но по-прежнему скрывал своё торжество личиной заморенного замухрышки. Скорбно склонив голову, он признательно улыбнулся Хладнолапке и неторопливо вернулся к Дизелю. Взгромоздившись на трёхцветного великана, одиночка положил подбородок ему на макушку и довольно замурлыкал, во все глаза продолжая таращиться на Небесную ученицу.
- Меня зовут Опарыш, - с достоинством под стать самому предводителю, несмотря на своё несколько комичное положение, представился серо-бурый котик. – А тебя, ангелочек? Если хочешь, можешь прокатиться на моём друге. Он не кусается, - пряча смешливость, предложил Опарыш и демонстративно хлопнул лысым хвостом по боку Дизеля, будто и впрямь предлагая полосатой кошечке разделить с ним столь неожиданное приключение. Он был уверен, что она засмущается и откажется, ну а если нет… Что же, такого опыта общения с противоположным полом у плешивого кота не имелось, но он не прочь был попробовать, пуская пыль в глаза ещё совсем молодой и неразборчивой Хладнолапке.

+3

286

→ с земель небесного племени.

— Да вы издеваетесь, — Тминушке было даже любопытно слегка помучить намедни принятого одиночку с вполне лесным именем Пепел о его жизни до такого опрометчивого решения, как приход в племя. И о причинах, собственно, этого самого прихода. Вопрос «зачем» вообще был краеугольным камнем (хорошо, что не нагретым. А то не избежать оравы вредных рыболовов-соседей) жизни миниатюрного котика. Однако увидев вокруг «храбреца с большой тропы» толпу не менее любопытных соплеменников, сероглазый отступил. Вот уж нет. Общение более, чем с пятью мордами в день вызывало желание немилосердно в эти самые морды послать пару-тройку нелестных эпитетов. Собственно, именно по этой причине, завидев исчезающие фигуры лидеров племени, Тминушка из лагеря поспешно удалился. Занятые котятами Звездошейки, старшие по поляне мелькнувший кончик чёрного хвоста не заметили. А сейчас сей хвост изволил вернуться. И застал почти такую же картину, будто не пропадал он в сугробах вовсе – одиночки. На этот раз двое.

— Неужто вам настолько голодно зимой, — монотонно пробухтел юнец, обходя парочку котов по широкой дуге и одновременно высматривая удобный неприметный угол для наблюдения. Как-никак, персонажи были интересные – только вот радостно бежать общаться черношкурый не спешил. Странное иррациональное отторжение холодными когтями впилось в тонкие лапы, останавливая ученика. И ведь дело было даже не в том, что перед ним одиночки (про себя Тминушка вообще особую разницу между ними и племенными пока усмотреть никак не мог), а в том, что придётся ведь общаться. Что-то рассказывать. Пытаться наладить контакт. В глаза смотреть. А так, сидя поодаль – можно увидеть гораздо больше без всего этого. Обычно за «быстро втереться в доверие ослепительной ухмылочкой» отвечал Торнадо. Кстати о. — «И к какому же прекрасному залетела тяга под его хвост на этот раз?», — Тминушка тихо фыркнул, совершенно отстранившись от происходящего и вспоминая. — «Та-ак. Когда я уходил, этого перепушистого обалдуя уже не было в лагере. Слишком долго»

Отредактировано Тминушка (2018-01-23 20:53:27)

+3

287

Опарыш, похоже, его невербальные знаки воспринял совсем буквально и здоровяку пришлось стиснуть зубы, ощущая как тоненькие лапки тычутся под ребра и скользят по пушистым прядям, дергая их у основания. Ничем не выдав своего недовольства, он резко завел уши назад, когда черненький заговорил. Почем Дизелю знать, может без этого никак не обойтись, для того, чтобы довершить образ приемного сына.
Развернув лапы поудобнее, трёхцветный положил на них отяжелевшую морду, так, чтобы не слишком сильно беспокоить шрамы. Опарыш расположился в области плеч и теперь косматое тело обрело дополнительный вес, еще сильнее впиваясь в еловые ветки. По крайней мере курчавый не мешал ему нормально дышать, да и на жизненноважные органы не давил, видать не первый раз забирался на более крупного товарища.

Снизу-вверх Дизель смотрел на небесную ученицу, что совсем не знала куда себя деть. Она так часто смотрела на собственные лапы, что изгнанник уж было начал сомневаться в собственном внешнем виде: неужели они ей настолько неприятны?
  — Не бойся, - он попытался ободряюше улыбнуться, но угрюмая морда выдала какой-то полу-оскал - я не обижу, - пощекотав бок Опарышу, здоровяк открыто заглянул ей в глаза, с пониманием, с сочувствием.
Невольно проводилась аналогия с Глушиной, должно быть, эта малышка была одного с ней возраста. Интересно, обрадуется ли отец, приведи они к нему еще и эту кошечку?

+1

288

- Кра! - уверенно заявил ворон, хлопая крыльями и перебираясь в воздушном потоке повыше. Ответное хлопанье крыльями и сомнительное «Кра?» тут же послышалось позади. Что ж поделать, пришлось повторить.
- Кра! - одногодка авторитетно каркнул и вдовесок кувыркнулся вокруг себя в воздухе.
Дело в том, что двое однолеток на зимнем голодном пайке старательно выискивали любую падаль, что могла бы сгодиться в качестве пищи. Только не совсем, в лёд, замёрзшую - клюв ломать в попытках вырвать кишки не хотелось бы. А сейчас на горизонте образовался приличный вариант - дохлый кот с плешивой шерстью, только вокруг него ходили и остальные живые коты. Сумев всё же договорится на том, что перед ними самое настоящее «Кра!», теперь предстоял между молодыми да горячими птичьими головами новый спор - выяснить, чего котов потянуло на дохлятину.
- Карр - Каррр, - встревоженно-раскатисто заявил «последователь» - более мелкий и менее смекалистый ворон. Пришлось ставить неразумного на место, выписывая в воздухе мёртвые петли и прочие фигуры высшего пилотажа, - второму оставалось лишь растерянно хлопать крыльями, держась на одной высоте, не в силах повторить всё за своим лидером.
- Карр - карр кра? - всё же не побоялся уточнить напоследок, косясь на далёкую землю чёрным глазом.
- Кра! Кра карр! - большой однолетка игриво, но ощутимо схватил второго за хвостовое перо клювом, заставляя себя слушаться. Защита должна оплачиваться сторицей со стороны защищаемого.
И всё же вороны неуверенно стали снижаться - круг за кругом, взмах за взмахом крыла. Они ещё присматривались к котам, которые явно были живы и могли их сцапать, но меж тем дело было уже решено - кошачьи когти ничто против тяжёлых и мощных вороньих клювов. Да им даже орлы не страшны, и у волков они часто добычу крали, карр!
Сложив крылья, оба начали быстрее пикировать вниз, наметившись на желанную цель. Тут главное - быстрота и сила. Оба они ею обладали, карр - карр.
Хлопая крыльями, лидер задержался наверху, прямо над лежащим котом, а второй ворон поменьше приземлился на спину Опарыша и с силой клюнул его в рёбра, зацепив клювом шерсть и кожу.
[NIC]Ворон[/NIC][STA]карр - карр[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/Ybxdc.jpg[/AVA]

+3

289

- Меня зовут Опарыш.
Хладнолапка покривила губы в вежливой улыбке. Опарыш зачем-то залез на Дизеля, и ученица всё никак не могла взять в толк, что за отношения между двумя этими котами. Она перевела неуверенный взгляд на трёхцветного одиночку, будто он мог ей ответить на немой вопрос.
– А тебя, ангелочек? Если хочешь, можешь прокатиться на моём друге. Он не кусается.
- Хладнолапка, - узнав имена гостей, она почувствовала себя увереннее, хотя во взгляде ученицы всё ещё проскальзывало удивление, даже лёгкий шок, от действий облезлого кота. Хладнолапка мотнула головой: - я думаю, не стоит так нагружать Дизеля... он ведь ещё не оправился.
Кошечка как-то нервно усмехнулась. Эти одиночки вызывали в ней слишком противоречивые чувства. Она понимала, что разговаривать с ними дольше не нужно, незачем просто, но отчего-то она не могла попрощаться и уйти в свою палатку, хотя лапы так и гудели после долгой тренировки в долине. Может, она чувствовала, что коты не так и плохи, а может, это была лишь жалость к Опарышу и его пёстрому другу.
— Не бойся.
Открытый взгляд Дизеля лишь упрочил положительное впечатление ученицы. Звездошейка же не вышвырнет их сразу? Может... Опарыш расскажет ещё историю. Или лучше Дизель, как он оказался здесь? Тоже был домашним?
Сверху послышалось громкое карканье. И что только вороны забыли под утро здесь? Хладнолапка подняла рассеянный взгляд наверх, когда карканье стало совсем уж назойливым и громким. И тут же отскочила, как ошпаренная, на пару хвостов назад.
Ворон приземлился прямо на спину Опарышу, а чёрно-белая ученица ещё пару мгновений пребывала в шоке. Предки, что это за...
Птица решила атаковать облезлого кота, и её наглость и ярое стремление оторвать клочок Опарыша несколько выбили Хладнолапку из колеи. Никогда она ещё не видела подобного. А часто на него вообще вороны нападают? Может, Дизель - его своеобразный защитник от пернатых?
Буквально пару секунд поразмыслив, ученица вся подобралась, прицелилась и выпрыгнула вперёд, намереваясь сбить ворона со спины Опарыша на землю.

офф

бросать дайс? по какому принципу?

+3

290

Быть может, Опарыш и пах, как дохлятина, соответствуя своему имени, и выглядел отнюдь не пышущим здоровьем, но то, что на него слетится вороньё, он ожидать никак не мог. Определённо немужественно взвизгнув, когда громкое хлопанье крыльев сменилось на болезненный толчок острым клювом под рёбра, одиночка скатился со спины Дизеля и, чувствуя, как тонкая струйка чего-то горячего стекает по задним лапам, истерично зарычал и, вскинув растопыренную когтистую лапу, налетел на обидчиков.
- Не дождётесь, крысы летающие, я вас всех переживу! – злобно заверещал Опарыш, но, вспомнив о своём навеянном образе грустного, немного сентиментального странника, мгновенно понурил голову и тоскливо завыл: - О, горе мне, недостойному! Вейся-вейся, ворон, над моею голово-о-о-ою, - протянул одиночка, уже спрятав когти и раскачиваясь из стороны в сторону в такт своим завываниям. Его несуразно большая голова болталась на хилой шейке, вот-вот готовая отломиться, точно от тонкого стебелька, и покатиться к лапам гарцующих воронов.
Опарыша и прежде использовали в качестве приманки для помойных крыс и ворон, но, признаться, серо-бурый кот ожидал, что после смерти прежнего лидера эти унижения будут похоронены вместе с его зловонным трупом. Как бы не так.
«Что-то никогда не меняется», - со смесью презрения и нервозности подумал плешивый одиночка, с опаской косясь на крупных птиц и ожидая, что смелые и боевитые воители Небесного племени вступятся за своего гостя: самому марать лапы и лезть в очередную склоку не хотелось, так почему бы не позволить другим сделать всю грязную работу за него?
Съёжившись и тихо заскулив якобы от страха, Опарыш бочком подполз к Дизелю и зарылся носом в его косматый бок, искоса поглядывая на Пасмурного и прочих собравшихся. Стремительная атака Хладнолапки была встречена им одобрительным мычанием.
«Давайте, скорее спасайте меня, мышеголовые болваны», - с раздражением думал одиночка, недовольно топорща усы и непроизвольно щекоча ими бок напарника.

+3

291

Забота юной кошечки его трогала. Отрицательно махнув лобастой головой, он призывно похлопал рядом с собой хвостом. Раз уж Опарыш что-то предложил, нужно было выполнять тщательно.
  — Порядок, - подвернув одну из передних лап, он навалился на нее, искривляя наклон тела и чувствуя, как хлипкой мармеладкой на его плечах покачивается Опарыш - только эта рана чутка болит, - ткнувшись мордой в грудь, Дизель попытался достать носом до собственной шеи, усиленно скашивая глаза, чтобы разглядеть ранение. Выглядело презабавно - главное, чтобы не было заражения, - бесхитростно пробасил, возвращая взгляд к кошечке - будучи одиночкой, любая гниль на твое теле - смерть, дышащая в затылок. Он пожал плечами, не обращая внимания на круживших рядом ворон. Каркают себе и каркают, что теперь.
Звук хлопанья крыльев приближался, пока не зашелестел прямо над ухом. Здоровяк почувствовал шевеление, но не мог задействовать травмированную шею, чтобы оглядеться. Лишь только когда Опарыш скатился с массивного тела, Дизель лениво развернулся на передних лапах, все также молчаливо оглядывая обстановку.

  — О.. Отец! - вытянув лапу в сторону товарища, он прижал черненького к своей груди, пряча где-то между подмышкой и животом. Длинная шерсть скрывала большую часть одиночки, Дизель напряг мышцы, отталкиваясь от земли одной лапой и пытаясь зацепить ворона когтями на другой. Хладнолапка, на удивление изгнанника, не осталась в стороне. Убедившись, что один из назойливых противников был устранен и он теперь мог сконцентрироваться на одном-единственном, Дизель напружинил налившееся свинцом тело. Потратив несколько мгновений на выцеливание пташки, он резко подорвался, распрямляясь на задних лапах и выбрасывая вверх передние. Несколько черных перышек упало ему на морду, когти чиркнули по хрупкому телу, но, все же, зацепились за хвост. Решительным движением Дизель рванул ворона на себя, оглушая птаху о землю и добивая небрежным укусом. Выпад получился очень смазанным, но, возможно, оно и к лучшему: так ни у кого не вызовут подозрений его истинные умения.

  — Холера, - выгнувшись, он заглянул под лапы, высматривая Опарыша и обнаруживая свежую кровь - и у меня рубец опять разошелся..

+2

292

Сойка прищурилась, задорно взглянув на Пепла и лукаво ответила:
У меня такой же голос противный как у соек? — но поспешила рассмеяться, показывая, что это всего лишь шутка.
Кивнув брату, кошка поспешила заняться делом, лишние лапы никогда не помешают. Снег крошился, что было проблемой для обустройства лагеря, но воительница спокойно продолжала прикреплять какие-то ветви на стену лагеря, забрасывая это снегом. Жаль, что сейчас холодно, снег не липнет, да и дичи мало. Поежившись, Сойка отвлеклась на зуд у лопатки, недовольно заворчала и принялась яростно вылизывать место раздражения.

В лагерь проникла Хладнолапка, удивленно посмотрев по сторонам, она принялась обедать пойманной мышью. Сойка взъерошила шерсть и, хотела было продолжить заниматься делом, как в лагерь проникла Душица, а следом еще и двое одиночек. Нахмурившись, воительница наблюдала за тем, как уставшие коты располагаются в сторонке. У одного из них была странная курчавая шерсть, а другой был трехцветным, прямо как Кленовый. Любопытство пересилило Сойку, и она стала медленно приближаться к гостям, стараясь выглядеть как можно спокойнее.
Но Хладнолапка обогнала ее, предложив воды незнакомцам, а странный кот принялся рассказывать сестре про каких-то «ангелов». Фыркнув, кошка помедлила, оглянувшись на соплеменников, но все были заняты делом и лишь изредка косились на одиночек.

Недовольное карканье резало слух, и Сойка недовольно вскинула голову к небу, где кружилась стая воронов. Один из них внезапно спикировал на темного кота, впиваясь в него когтями и клювом, а остальные последовали его примеру. Ого, это так Звездные предки встречают гостей? – удивленно подумала воительница.
Хладнолапка вступилась за одиночку, и втроем коты прогнали внезапно взбесившихся воронов восвояси. Потоптавшись на месте, кошка все же приблизилась к гостям.

Добро пожаловать, а вы кто? — склонив голову набок поинтересовалась Сойка. Наверное, приветствие вышло не слишком вежливым, но кошке было все равно.

+2

293

Все внимание Пасмурного было поглощено беседой Хладнолапки и одиночек. Поведение  последних немало встревожило серого воина. Казалось, что, очутившись в лагере небесных котов, Опарыш и Дизель чудесным образом исцелились, перестали беспокоиться о ранах и выглядели уставшими, но не умирающими. "Не привел ли я в лагерь двух горных львов?!" - с ужасом подумал серебристый, представив, как чужеземцы вдруг превращаются в свирепых и безжалостных хищников и начинают уничтожать все вокруг, сея горе и смерть. Видение было таким реалистичным, что Пасмурный, зажмурившись и потряся головой, огляделся по сторонам, готовясь к самому худшему. Но в лагере царило относительное спокойствие, соплеменники занимались своими обычными делами, изредка посматривая на новоприбывших. "Все нормально. Это всего лишь мои фантазии, не более," - как мог, успокаивал себя серебристый. С неожиданной ясностью он понял, что не может доверять котам, что сейчас нежились в лучах заходящего солнца на краю поляны. Их странные слова тревожили его, а сердце отказывалось им верить. Воин видел как затуманивались глаза юной Хладнолапки, пока курчавый одиночка, словно паук, оплетал ее паутиной своих слов, сочащихся медом и ядом. Первым порывом Пасмурного было подскочить к серо-бурому и, схватив того за загривок, трясти из стороны в сторону противное тельце до тех пор, пока мерзкий дух, принявший кошачью личину, не покинет его.
Однако серый воин не был тщедушным юнцом, и ему хватило силы и опыта, чтобы задушить внутри страх, тонкими щупальцами охвативший разум, пригладить шерсть на загривке и вернуть себе самый что ни на есть спокойный и строгий вид. С грациозностью настоящего небесного кота он поднялся с заснеженной земли, с удивлением замечая воронов, нацелившихся на тощий бок Опарыша. Хищные птицы чрезвычайно редко предпринимали попытки нападения на здоровых и сильных лесных воителей, и хриплое карканье не вызвало беспокойство ни у одного из соплеменников Пасмурного, включая и его самого. Поэтому тонкий, полный боли, визг, перекрывающий громкость звуков, издаваемых черноперыми, оказался полной неожиданностью. Время будто замедлилось, и брызги крови, черной как душа атакуемого одиночки, слишком долго висели в воздухе, прежде чем окропить примятый снег. Небесный с деланой поспешностью бросился в сторону наиболее наглого ворона, но был опережен. Птицы ретировались так же быстро, как и появились, и о их недавнем присутствии говорили лишь перья, плавно покачивающиеся над самой поверхностью.
- Все в порядке? - скорее для порядка, чем из острой необходимости вопросил воин. В ушах звенели ругательства Опарыша, которыми тот отреагировал на нападение. Исполненные ярости и истинной силы, они лишь укрепили недоверие Пасмурного. Вознамерившись непременно обсудить свои сомнения с Звездошейкой по ее возвращении, серебристый пока выказывал то сдержанное дружелюбие, с которым обращался к Пеплу. Который, кстати, уже довольно давно и безуспешно пытался обратить на себя внимание.
- Эти одиночки поджидали нас неподалеку от границ. Случайно, не узнаешь кого-нибудь из них? - "проявил милость" небесный. Со свойственным любопытством, он ждал малейших деталей, которые пролили бы хоть толику света на истинную сущность Опарыша и Дизеля, пока не стало слишком поздно.
С опозданием мелькнула мысль о Воркотунье и котятах, скрытых в глубинах детской. Пасмурный виновато покосился бы на неприметную палатку, не столпись рядом множество кошачьих. Он был вечно занятым отцом, чем напоминал своего родителя, стремился быть в гуще дел и надеялся на продвижение по службе. Членство в кругу старших воителей, не уступавших по весу глашатаю, например, и имеющих влияние на внешнюю и внутреннюю политику клана, являлось основной целью серебристого, не желавшего просто трудиться, просто охотиться и сражаться. Его влекли чужие устои, желание разобраться в том, как жили лесные племена до прихода пятого на их земли. И все же он старался уделять семье должное внимание.
Но сейчас он должен оставаться на поляне и ждать возвращения патруля. Ожидание, надо сказать, затягивалось.

+3

294

Кра оказалась всё же совсем не кра. Плешивый кот, походивший на кра, вдруг зашевелил своими странными кра-нечностями, а находящиеся рядом однозначно живые коты зашевелись. Ворон в отчаянии захлопал крыльями, поднимаясь обратно в воздух к своему собрату, который каркал сверху, призывая вернуться на высоту, но он мучительно медленно хлопал крыльями. Соответственно, удара было не избежать.
Невидимый ранее противник вдруг взвился на задних лапах, вытягивая передние и хватая ворона за хвост. Он зацепил его, сбивая с курса, и ворон, каркая, резко опустился на землю, сбитый крепким ударом кота. В следующий миг, вывернув голову, он попытался клюнуть врага в глаз, чтобы ослепить и не дать себя убить, но ворон всего лишь полураскрытым клювом задел трёхцветного по касательной. И после этого мучительного позора бы окончательно повержен.
Второй ворон, поднявшись повыше и до этого криками поддерживающий своего омегу, замолчал, выгадывая теперь момент и место своей мести. Он плавно закружился, поймав воздушный поток, и сделал вид, что удаляется от заведомо точно кра, почему-то оказавшейся ложной. Конечно, можно было спуститься и клюнуть его ещё раз, он-то, альфа, уж смог бы увернуться да улететь себе с миром на поиски неподдельной кра, но уж, по правде говоря, больно боязно было.
Завернув ещё вираж, ворон спустился пониже, летая практически над кошачьими головами и всё же в пределах их досягаемости. И, прицелившись, выстрелил струйкой помёта, удачно пометившей каждого из трёх котов - ложную кра, большого трёхцветного и мелкого полосатого чёрно-белого. Сочтя траурный долг выполненным, ворон хрипло закаркал - рассмеялся - и, взмахнув крыльями, поднялся и полетел выискивать себе новый ужин.
[NIC]Ворон[/NIC][STA]карр - карр[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/Ybxdc.jpg[/AVA]

+3

295

Сбив ворона на землю, Хладнолапка не знала, что дальше с ним делать. Секунда промедления - и птица взвилась в воздух. Но Дизель тут же присоединился к мести за своего обиженного собрата. Сам Опарыш в бой не вступил, предпочтя отсидеться за широкой спиной друга, крича оттуда напутствия. Пара ударов одиночки отбили у птиц желание продолжать это заведомо проигрышное для них сражение. Единственный уцелевший ворон поднялся ввысь, а ученица быстро засеменила к бродягам.
- Вы как? Всё хорошо?
- Холера, и у меня рубец опять разошелся..
Хладнолапка испуганно оглядывала новых знакомых, не зная, что делать в такой ситуации. Но, к её счастью, эта стремительная странная атака воронов привлекла внимание соплеменников. Пасмурный приблизился, сухо поинтересовавшись о состоянии гостей. Кошечка ожидала, что тот окажет им какую-то помощь, но старший воитель тут же удалился. Предки, да где же Слепозмейка?
- Нужно дождаться целителей, - неуверенно пробормотала Хладнолапка, вскидывая взгляд на подоспевшую сестрицу. - Они помогут вам.
Ученица попятилась назад. Теперь не было необходимости говорить с одиночками, когда к ним подошёл кто-то из воинов. К тому же, это наверняка выглядело бы подозрительно, если бы Хладнолапка говорила с гостями слишком долго. Но это были скорее предубеждения, ибо эти двое уже не казались такими пугающими и вызывающими недоверие у молодой кошки. Они не похожи на обычных бродяг. А если бы вороны напали на кого-то из нас, они бы вступились? Ну, Опарыш точно нет... А Дизель? Хладнолапка вдруг улыбнулась, представив, как трёхцветный кот обороняется вместе с воителями, а Опарыш подбадривает его из укрытия.
Но тут же её мысли прервало прощальное карканье. Что-то шмякнулось на плечо Хладнолапки, и она подскочила от неожиданности.
- Мышиный помёт! - но помёт на её плече был вовсе не мышиным.
Чувствую подкатившее к горлу отвращение, Хладнолапка в два прыжка достигла ближайшего сугроба и окунулась в него передней частью туловища. Снег счистил позорное пятно, но кошка всё ещё была сконфужена и возвращаться к компании не спешила. Она стыдливо прижала уши, стряхивая снег с шерсти. Какая... гадость.

+4

296

Громкое хлопанье крыльев, кошачьи крики, посвист выпущенных когтей – всё это слилось в одну неразборчивую мешанину, бесполезно сотрясающую студёный воздух всполошившегося лагеря. Прячась за спиной Дизеля, Опарыш ожидал затишья и, пользуясь всеобщей заминкой, торопливо скользил проницательным взглядом по лагерю, отмечая, какие палатки коты бросились защищать в первую очередь, в то время как их соратники боролись с птицами. Но время ускользало, точно рыбий хвост из широко расставленных кошачьих лап.
Всё закончилось слишком быстро, но не для курчавого одиночки, заприметившего неподвижно стоящего Пасмурного. Тот и когтем не пошевелил, чтобы прийти им на помощь, и Опарыш это заметил, запомнил, запечатлел на лаковой поверхности грязно-зелёных глаз, чтобы однажды вынуть из вороха точно таких же картинок-воспоминаний и ударить под дых, когда обидчик будет меньше всего этого ожидать. Встряхнувшись и тем самым размазав птичий помёт по спине ещё сильнее, одиночка целенаправленно подошёл к Пасмурному и, коротко облизнувшись, вдруг поднялся на цыпочки и приблизил свою морду к его.
- Спасибо, что привёл нас сюда, - насмешливо осклабился Опарыш, опаляя зловонным дыханием и запахом вороньих нечистот вибриссы статного кота и бросая красноречивый взгляд за спину Пасмурному, туда, где нежились соплеменники последнего, не зная, что их серебристый друг благими намерениями вымостил им дорогу в Тёмный лес, отравил их чистую кровь скверной, помойной заразой, так ловко и незаметно прилипающей к лапам и губам чёрными метками; туда, где была куча с дичью, где беззащитно виднелся беззубым провалом вход в палатку предводителя; тянулся своим нечистым взглядом и мыслями туда, куда теперь был доступ и его замаранным кровью невинных лапам – в самое сердце Небесного племени. – «И ты ничего не сможешь с этим сделать», - откровенно издевался Опарыш, надменно скалясь в глубине души и выплёскивая грубую насмешку мутным маревом на дне выпуклых круглых глаз. Но тут же, будто опомнившись, точно и не было этого минутного порыва, этого свистящего шёпота и разгорячённого ненавистью дыхания, одиночка торопливо подскочил и бросился к Дизелю.
- Сын! Что же ты так!.. Тебе же нельзя, ох! – вздыхая и увиваясь вокруг трёхцветного исполина, едва ли не плакал одиночка, а затем ткнулся носом в открывшуюся рану Дизеля и принялся бережно её вылизывать, не прекращая заботливо ворковать. – Хладнолапка, и ты иди сюда, мой ангел! Как ты смело бросилась на этих поганцев, в жизни не видел такой храброй юной кошечки, ну иди же, не бойся, я ведь уже дважды твой должник, - обаятельно улыбаясь и лучась неприкрытой приязнью, мяукнул Опарыш и застенчиво опустил взгляд, чтобы вновь – искоса и резко, точно уколов ледяной иглой под дых, - метнуть острый взгляд в сторону Пасмурного. Этот мышеголовый явно не был столь радушен, как остальные, от него могло быть много проблем, и Опарыш не собирался оставлять это просто так. Тягостно вздохнув, он уткнулся лбом в плечо Дизелю и слегка погладил кончиком хвоста бок Хладнолапки, сохраняя приличествующую случаю дистанцию.
- Больно? – участливо спросил он, нарочно не замечая, как из его раненого бока скользят редкие багряные капли.
- Добро пожаловать, а вы кто? - А вот и новые действующие лица. Опарыш лишь удовлетворённо выдохнул себе под нос, но, подняв чуть взлохмаченную голову, с достоинством склонился и припал на одну лапу, делая утончённый поклон.
- Здравствуй. Всего лишь два путника, волею судьбы занесённые на ваши земли, - пожал плечами одиночка, распрямляясь и открыто глядя на крапчатую кошечку. Она была весьма недурна, хоть и слишком костлява, на вкус Опарыша. – Меня зовут Опарыш, а моего сына – Дизель. Рад знакомству. Ваш соплеменник – Пасмурный, - ещё один неуловимый ехидный взгляд в сторону серебристого воина, - оказал нам честь, сопроводив сюда. И мы ему весьма и весьма благодарны, - многозначительно понизив голос, бархатно мурлыкнул курчавый кот, вновь возвращая своё внимание Сойке. – Признаюсь, не ожидал увидеть столько гостеприимства, но я, безусловно, польщен и ошеломлён таким вниманием к моей скромной персоне. – Склонив голову набок, Опарыш кончиком языка скользнул по верхнему клыку и хитро сощурился, принимая невинный и в чём-то даже притягательный вид. – А как твоё имя?

Отредактировано Опарыш (2018-02-04 23:55:01)

+3

297

обгоревший платан ---->

Дорога домой заняла куда больше времени, чем путь к племени Теней. Уставшие, почти обессиленные, поддерживаемые одной лишь мыслью о победе и грядущей безопасности племени, небесные шли домой, и Звездошейка как могла гордо держала тонкую, светло-песчаную шею. Чем ближе был уже родной лагерь, тем выше приподнимался подбородок гордой предводительницы, ведь именно её воители стали переломным моментом, необходимой Сумрачным котам силой, чтобы победить гадкую рысь.
Лишний раз вознеся благодарность предкам за то, что ни один ее соплеменник не пострадал от когтей хищницы, палевая сама себе тихонько улыбнулась, украдкой оглядывая своих и чувствуя, как внутри её распирает от гордости и переполняющей любви к каждому, кто зовется Небесным котом.
По пути домой Звездошейка успела обдумать многое, а также вернуться мыслями к той сладкой, щемящей грусти, которой так требовало сердце: она видела своих погибших малышей.
Даже мысленно назвать их погибшими было как-то неправильно! Украдкой подняв глаза к небу, предводительница улыбнулась: стоило отдать жизнь ради того, чтобы увидеть Ураганчика и Камушка, таких маленьких и озорных малышей. Едва только допустив мысль, что у нее могло быть целых четыре сына, Звездошейка резко мотнула головой, отгоняя терзания и окропляя снег мелкими алыми каплями: нельзя. Нельзя даже думать о таком, ведь там, дома, её ждут Орленок с Беляшиком, и материнское сердце было куда сильнее, чем измученное битвой и смертью тело.
"Еще немного", - подбадривала себя кошка, прихрамывая как-то бодрее, - "еще чуть-чуть, и я буду с ними".
А там, среди звезд, с малышами был Дымохвост, и палевая не представляла, какой благодарности заслуживает бывший глашатай.
Показались знакомые заросли, стены лагеря - и у Звездошейки словно крылья выросли. Чуть обгонав свой отряд, она почти опрометью бросилась, вывалилась на поляну, замерев: взгляд проигнорировал две чужие фигуры, пока не нашел маленьких светлых клубочков меха. Тихо, утробно заурчав, Звездошейка позволила себе оттаять.
Буквально на мгновение.
Вмиг посуровевший взгляд, отведенные назад уши. Вытянув шею, кошка властным взглядом осмотрела поляну на предмет той, на кого оставила лагерь, но Север не увидела; вместо этого палевая уставилась на лохматого трехцветного кота и худощавое серое недоразумение, чувствуя, что закипает почти как Чащобник.
Стальные серые глаза остановились на Пасмурном, хвост вопросительно изогнулся: предводительница ждала объяснений.

+3

298

Дизель перевел взгляд на ученицу, с которой они несколько мгновений назад так неплохо сработались. Сказать честно, он сомневался в том, что целители будут рады прийти на помощь, а учитывая общее радушие, которым так лживо хвастало небесное издалека, трёхцветный и вовсе подыскивал хорошие пути отхода. Он больше не был речным воителем, а значит этим скалолазам ничего не помешает его прикончить при удачно подвернувшемся случае.

Прищурившись в сторону Пасмурного, исполин нервно изогнул хвост, но ничего не сказал, смиренно дожидаясь названного отца, коротая время за ощипыванием птицы. Дизель не собирался делиться едой с племенными, что даже и когтем не пошевелили для спасения "предобморочного" одиночки и его доходяжного друга. За исключением Хладнолапки, разумеется.
Смачный шлепок отвлек трёхцветного от старательных дум. В первый раз за все присутствие с небесными помрачнев, Дизель представлял своей квадратной мордой явление весьма и весьма угрожающее. Утробно рыкнув, он тут же старательно утрамбовал недовольство, окуная лапу в снег и усердно ее отшаркивая.

К ним таки подтянулись еще племенные. Бросив короткий взгляд на кремовую кошечку, он вновь обратился к Хладнолапке, что почему-то стояла в сторонке.
  — Вы используете перышки? - призывно махнув пушистым хвостом, он оторвал нехилый кусок от тушки, кладя его рядом с собой - Тяжело выживать в снег, но птичий пух нас всегда спасал.
Задумчиво нажав когтем на стержень пера, Дизель поднял глаза, ожидая когда ученица таки уляжется рядом.
  — Угощайся. Вместе же поймали.

Отредактировано Дизель (2018-02-07 02:48:08)

+1

299

- Эти одиночки поджидали нас неподалеку от границ. Случайно, не узнаешь кого-нибудь из них? - спросил Пасмурный, наконец, и Пепел бросил очередной взгляд на бродяг. Он встречал за свою жизнь такое количество котов, и многих настолько на непродолжительное время, что всех упомнить не мог.
- Я не помню их, или не узнаю, - наконец ответил серый, заканчивая пялиться на Опарыша и Дизеля. Внутри него играли необычные чувства. Встретив этих котов на свободных землях, он, вероятно, мило поздоровался бы с ними и продолжил путь, не считая их врагами. Но это место пробуждало у него желание защищать и оборонять дом. Кота не смущало даже, что это не его собственный дом, он всё равно ощущал их здесь чужаками и желал, чтобы они скорее оказались от него по другую сторону снежной стены.
  Наверное дело в том, что раньше нигде не было столько "своих", чтобы самому себе казаться таковым. Разве что в доме матери, много лун назад. Но тогда он был скорее рад каждому новому встречному, чем подозрителен к нему.
  У входа в лагерь вновь послышалась какая-то суета, и Пепел высоко поднял голову, чтобы разглядеть предводительницу, входящую в лагерь. За ней следовал её отряд - одиночка вгляделся в них, пытаясь понять, все ли они вернулись. И его подсчеты вроде сошлись. Вид отряд имел несколько потрепанный, но вполне довольный жизнью. Серый высоко поднял пушистый хвост, приветствуя победителей, но потом смутился и хвост его стал знаком вопроса, а затем и вовсе улегся на землю. Ещё немного и предводительница займётся своими обязанностями, будет говорить с чужаками, и кто знает, каковы будут её слова? Серый уныло вздохнул и направился к своему гнезду, уже закиданному снегу то ли от ветра, то ли от шалости котят. Обновив ямку, он улёгся в неё, наблюдая за предводительницей.
Жива. Хорошо. Жива

+1

300

→ обгоревший платан

— Интересно, путь от Теней всегда был таким долгим или это пожелание хорошей дорожки от Когтезвёзда его увеличивает? — весело поинтересовался Кленовый, мягко касаясь кончиком хвоста плеча идущей рядом Железной. Коварные снежинки умудрились оперативно перелететь с пёстрой шерсти на серую, и глашатай тут же изобразил морду, мол, я не при делах, но выглядит это дело просто великолепно.

Казалось бы – идёшь, едва ли не на отдельные шерстинки рысью разобран, а всё равно сохраняешь бодрость духа. Но тут, как говорится, каждый справляется со всякими событиями в своей манере. — Надеюсь увидеть один вход в лагерь, а не два или три. А то, по-моему, сугробов многовато, — Кленовый чуть пошатнулся, тут же восстанавливая уверенный шаг. Похоже веселье для ранений даром не проходит. — Дом, милый дом, — трёхцветный тихо фыркнул, завидев очертания лагеря. Кот даже не осознавал, как беспокоился за оставленных соплеменников, пока не ступил на поляну.

Собственно, поводы для беспокойства имелись. Целых два. С ушами и хвостами.

— Однако здравствуйте. Неужто гостеприимность Небесного племени успела сложиться в легенду у одиночек? — стараясь не обращать внимание на раны, глашатай дёрнул ухом и хитро прищурился, поглядывая то на пушистую груду меха и гораздо менее пушистую груду косточек, то на спокойного Пасмурного. Так-так-так.

— Интере-есно. Похоже, этим котам тоже от кого-то досталось. Иначе в наше отсутствие их бы просто не привели в племя. И, по счастливой случайности, рядом проходил патруль. Н-да, многовато совпадений, но выводы делать рано. Быть может, действительно просто заблудшие души, — трёхцветный тихо вздохнул, отгоняя навязчивое ощущение усталости и вместе со своей предводительницей ожидая объяснений. Рано ему уходить лечить бок с плечом, ой рано.

+1


Вы здесь » cw. дорога домой » небесное племя » главная поляна