cw. дорога домой

Объявление

Добро пожаловать, путник!
Именно здесь коты-воители нашли дом, который всем был так нужен. Эта ролевая - одно из немногих мест, сохранивших дух книжных котов-воителей, и именно здесь вы сможете отдохнуть душой, оказаться в шкуре любимого персонажа и жить так, как того просит сердце.
Надеемся, ваша дорога домой не была долгой.
Почётный игрок
КЛЕНОВЫЙ
тонкий расчет
СЕРЕБРО ЗВЁЗД
на вершине Олимпа
ОЦЕЛОТКА
запоминающийся дебют
В игре
Новости
Ссылки
Реклама
погода
» сезон зеленых листьев

» +24, пасмурно, душно
В игре
Кашель отступил, но в лес нагрянули новые напасти.

В Сумрачном племени котята становятся оруженосцами, а Ольхогрив берёт себе новую ученицу, Ивушку. Однако не всё так безоблачно - на территории племени Двуногие начали расставлять капканы, от которых уже пострадали несколько котов. Тем временем внутри племени далеко не все коты довольны правлением Когтезвёзда - не является ли это предвестием скорой бури? Просто ли жара донимает земли племени, или это знак Звёздных предков о том, что что-то неладно?

Речное племя, наконец, смогло вернуться в свой лагерь, для этого даже не пришлось сражаться, но всё ли так просто? Едва отбившись от двуногих, разогнавших банду, Серебро Звёзд должен решить множество проблем, и первая из них - как смогут ужиться речные коты с теми, кто против своей воли оказался в лапах изгнанников? Все речные котята выросли вдали от родного племени - смогут ли они стать достойными речными воителями? И теперь, когда Клоповник покинул племя, ситуация стала ещё тяжелее.

Племя Ветра решает исследовать найденные туннели, но это оборачивается гибелью нескольких воителей. Кто-то смог спастись, но ходы вывели уцелевших на земли соседей, чему вовсе не обрадовались Грозовые коты. Не станет ли это причиной нового конфликта? Тем временем Ветрогон посвящает в ученицы целителя бывшую одиночку, Мегеру, но что будет с племенем, где ни целитель, ни его ученица не разговаривают с предками?

Грозовое племя наслаждается тем, что в их лагере наконец-то стало просторно, но все ли проблемы решены? Что делают на их территории коты из племени Ветра? Не станут ли туннели слабым местом в обороне Грозовых котов? Наконец, и самое мирное время не обходится без смертей - и одна из королев умирает, дав жизнь долгожданным котятам, однако и это не единственная смерть в племени.

Небесное племя отныне не так уж дружелюбно к одиночкам и прогоняет тех, кто пришёл присоединиться к нему. Но у Звездошейки есть и другие заботы - множество посвящений, защита племенных границ и в особенности - тех, что появились недавно благодаря захвату нейтральных территорий. Племя растёт и крепнет, но долго ли продлится такая стабильность, надолго ли хватит сил у самого молодого племени леса - особенно с учётом новой пропажи воителя?

Банда распалась благодаря Двуногим, совершившим нападение на лагерь. Часть её членов была захвачена, кто-то погиб... Некоторые смогли освободиться из плена, но теперь их судьба - в лапах Серебра Звёзд и бывших соплеменников, которые отнюдь не намерены прощать.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » нейтральные леса » родник


родник

Сообщений 1 страница 20 из 43

1

http://sh.uploads.ru/hagx7.png


Глубокий подземный источник пробился на поверхность близ покрытой мхом неглубокой ложбины: шустрый нисходящий родник бежит по извилистому каналу, обмывая камни и ветки на пути к Лунному Озеру, в которое впадает. Благодаря скорости течения, вода здесь удивительно чистая и приятная на вкус, а разница температур под землёй и на земле не даёт ему замёрзнуть даже зимой, обеспечивая котам круглогодичный доступ к воде.


0

2

Лагерь Речного племени >>>>>>>>>>>>>>>>>>
Мох приятно ласкал подушечки лап, словно занимаясь самыми страстными нежностями между собой и ними. Такая поверхность была куда приятней, чем ковры из еловых иголок, ну или же, например, сухой травой, вечно натирающей чувствительные пяточки. Легко покачивая бёдрами, кошка не спеша и плавно двигалась вдоль деревьев по направлению к нейтральной территории, куда обычно приходили и соседи, дабы испить более прохладной и свежей воды. Всё объяснялось очень просто... Небольшие ручьи, бегущие под солнечными лучами, сильно нагревались за день, а здесь бил родник прямо из под земли, неся с собой глубинный холод, а так же потрясающую свежесть. Даже на вкус вода здесь была совсем иной, совсем не талой, без каких-то явных травяных или тинных примесей.
Принюхавшись, Неясыть удовлетворённо облизнулась и вильнула хвостом. Это было идеальным местом для сбора воды в такие жаркие дни, какие терзали землю последнее время.
Рядом с родником мох был уже сырой, успевший обдуться лесным ветерком и тоже потерять свою температуру. Выпустив когти, воительница аккуратно подцепила мох, росший на пне, гордо стоящем рядом с водой, а затем легко потянула, чтобы ненароком не порвать пласт. Мох в силу своей влажности отделялся очень мягко и легко, так что хватило на два крупных комка.
Чуть вспушив для объёма собранный трофей, палевая кошка аккуратно припала губами к воде, чтобы оценить искомое. Приятная холодная вода обожгла гортань, будоража всё тело. Восторженно заурчав, кошка высунула язык уже смелее и начала ловко зачёрпывать родниковую язычком, шустро двигая челюстями.
Хотелось ещё и ещё... выпить буквально весь родник целиком, чтобы утолить жажду как на грядущую ночь, так и на несколько дней вперёд. Остановилась воительница лишь тогда, когда стало уже подкатывать в голове странными ощущениями, словно заморозкой. Отряхнувшись, взметнув несколько капелек воды, кошка вновь вернулась к пушистым комочкам. Аккуратно подцепив первый моховичок, Неясыть опустила голову, щедро смочив ком в воде. Моментально обретя вес, клубок напитался, словно губка, надёжно удерживая в себе влагу. Второго ждала та же участь. Обретя свой истинный смысл в кошачей  жизни, комок тоже был напитан, а затем отправлен на большой лист лопуха, предусмотрительно разложенный рядом заранее. Такому трюку кошку научила в своё время одна из старейшин, часто ворчащая и сетовавшая на существенную потерю живительной влаги во время дороги до лагеря. Подцепив зубами лист, кошка было уже хотела отправится обратно, как зоркие глаза привлекло нечто пёстрое, маняще зазывающее. Прищурившись, Неясыть узнала в находке маленькое совиное пёрышко. Судя по размерам и нежному пуху, его предыдущий владелец был не слишком взрослого возраста... скорее... юношеского, еще не оформившегося до конца. Отчего-то перо не оставило равнодушным... То ли с отсылкой на собственное имя, то ли просто из-за редких нахождений, синеглазая воительница всё же подошла к предмету и осмотрела его. Целостность и гладкость не были нарушены, даже сырость и мох не успели испортить пушистую находку. Подцепив когтем пёрышко, кошка лёгким движением зацепила его в меху за ухом, намереваясь принести в лагерь. Удовлетворённо хмыкнув, Неясыть вернулась к собственной ноше. Ночь уже брала свои права, поэтому, следовало немного ускорится.
>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>> Главная Поляна РП

0

3

ссылка на дайсы охоты

Палатка на дереве →

Пойти обратно в сторону ручья было бы проще, но Крапива больше любила убивать нескольких крыс одним ударом. У неё было много времени: Пепел спал, в ближайшие часы он её не хватится, а другие дела её не ждут. Ночь только опускалась на незнакомый лес, и слух услаждали приятные шорохи просыпающейся дичи. Она обязательно поохотится, но чуть позднее. Для начала нужно отойти дальше от логова.
Сумерки густо лежали над скупо поросшей травой каменистой почвой. Равнина здесь резко пошла под откос, деревья редели. Крапива не придерживалась определенной тропы, тем более что их здесь протаптывали разве что полевки, и просто спускалась вниз, следуя заранее прикинутому маршруту. В какой-то момент кошка насторожила уши, явственно услышав плеск воды. Он едва пробивался сквозь звуки леса, но ушам своим кошка привыкла доверять безоговорочно.
Звук вывел её на совсем открытое пространство. Дальше был резкий спуск вниз, за которым, вдалеке, виднелись спокойные воды озера. Но туда идти она пока не собиралась. Достаточно и этих территорий, тем более, что источник журчания оказался совсем рядом. Родник выбивался прямо из-под камней. Нагнувшись, Крапива придирчиво обнюхала воду, затем попробовала и осталась довольна. Вода оказалась не только пригодной для питья, но и очень вкусной, и источник следовало взять на заметку.
Пройдя немного вдоль воды, кошка снова углубилась в заросли, на этот раз для того, чтобы поохотиться. Она рассчитывала поймать ранний завтрак для себя и друга. Грызунов здесь было хоть отбавляй. Правда, с первой полёвкой ей не повезло - заметила. Зато на второй когтистые лапы кошки сомкнулись вполне ловко. Что ж, себе она поймает завтрак позже.
Помимо еды, а может, даже и больше, Пеплу определенно нужна была вода. Если к её возвращению жар не спадёт, спускаться по ступеням из логова для кота будет попросту опасно. Оступится - полетит вниз. Поэтому Крапива спустилась к роднику и окунула в него кусочек мха. Дождавшись, пока вода пропитает его полностью, кошка завернула мох в крупный жесткий лист, плававший прямо  на воде у кромки берега и державшийся за него корнями-нитями, и направилась обратно.

→ Палатка на дереве

Отредактировано Крапива (2017-10-22 17:41:23)

0

4

»заброшенное гнездо Двуногих


Левиафан слышал за собой шаги Призрака, но ни разу не обернулся глянуть на брата: чёрт знает, отчего тот решил идти за ними, но, раз решил, пусть себе идёт молча и особо не отвлекает внимание лидера отряда от дел насущных. В первую очередь, изгнанника заботила ситуация с теми, кто сгрудился вокруг них с Лютоволком и отчего-то решил покорно следовать мстить тем, кого они видели впервые в жизни. Двигала ими исключительно выгода, это понятно и новорождённому котёнку. Но если им всё удастся, как долго страх будет держать самых отчаянных смутьянов под их лапами? Они повторят судьбу Бурозвёзда, в этом разноглазый не сомневался. И он уйдёт раньше, чем это случится.
— Я и забыл, как прекрасна вода, если она не отравлена людьми, — в самых романтичных настроениях вздохнул изгнанник, обводя, между тем, припорошенные снегом заросли взглядом. Мало ли, кто захочет напасть на них со спины? Лютоволк наверняка уже обнаружил себя перед Речным племенем, поэтому встреча с ними была лишь вопросом времени. Приблизившись к берегу, кот с отвращением глянул на поблескивающую неестественно-ядовитыми цветами лужу, — накаркал.
Внимательно оглядев зловонную субстанцию, кот повернулся обратно к берегу родника и взмахом хвоста велел спутникам следовать за ним. Вглядевшись в прозрачную водяную гладь, Левиафан довольно улыбнулся: в глубине мелькала серебристая чешуя, обещавшая им сытный приём пищи. Медленно, словно вспоминая, как именно это делается, белый кот вошёл в ледяную воду, а затем и вовсе поплыл, загребая воду сильными лапами. Его интересовало несколько камней, высившихся среди родника - там наверняка будет удобно наловить достаточно, чтобы хватило ему и Обскуре. А Призрак... а Призрак пусть заботится о себе сам, заодно и вспомнит, каково это, мочить шкуру зимой.

Ожидания не обманули изгнанника, и вскоре он уже плыл обратно, зажав в зубах несколько некрупных, но очевидно сытых рыбин. Отряхнувшись, Левиафан приблизился к своей спутнице и положил одну перед золотисто-рыжими лапами.
— Аккуратнее с костями, — негромко предупредил он, поворачиваясь к своей части пищи и задумчиво приподнимая рыбу над землёй, зацепив когтями за жабры. Что ни говори, а нежное мясо не шло ни в какое сравнение с теми помоями, которыми они были вынуждены питаться ранее. Именно поэтому, когда он и сам приступил к трапезе, то невольно растянул её, с наслаждением ощущая, как рыба таяла у него во рту. Если кто-то из котов отказывался от неё, то был сущим глупцом. — эту дрянь, которая скопилась в луже, — Левиафан кивнул на зловонную жижу, которую они обошли ранее, — нужно как-то использовать. Не хочется почём зря терять такое добро, когда мы разом можем отравить чей-нибудь источник питьевой воды, — задумчиво протянул кот, глядя на Призрака. Разумеется, яда совершенно не хватит на целую реку, но какой-нибудь небольшой ручей очень быстро превратится из живой воды в мёртвую, неся с собой страшные боли и смерть. Отличная перспектива.

+3

5

------------->Заброшенное гнездо Двуногих
Обскура, быстро перебирая лапами, следовала за своим лидером. После недавней драки со смольно-черным одиночкой у кошки саднила щека. Но эта боль казалась настолько приятной и долгожданной, что внутри все рокотало от восторга. Они там давно с Левиафаном не ввязывались в подобного рода драки, что даже мышцы с непривычки сейчас слегка покалывало, а в горле пересохло от брызнувшего в кровь адреналина. Золотистая одиночка ни на шаг не отступала от разноглазого вожака, но постоянно оглядывалась на Призрака - идет ли он за ними. Впрочем, ей было все равно, будет ли брат Левиафана участвовать в очередной переделке, но Обскура чувствовала себя куда более скованна в присутствии кого-то еще кроме белоснежного изгнанника. И пусть Призрак не вызывал в одиночке никакого чувства неприятия и нервозности, она до сих пор не была уверена - поддержит ли он ее странноватый характер и примет ли такой какая она есть?
Ветер приносил за собой незнакомые, резкие запахи. Обскура поморщилась и отфыркнулась.
"Что за гадость?" - не унимался внутренний голос. Смешение запахов то ли племенных котов, то ли Двуногого били в ноздри и обжигали легкие. Коричневая одиночка не стала говорить Левиафану о своих подозрениях, считая, что бывшеплеменной лучше разбирается в посторонних запахах.
Я и забыл, как прекрасна вода, если она не отравлена людьми,- Обскура холодно взглянула на водную гладь, а затем иронично взмахнула хвостом. Ну вот же! Не ошиблась! Прямо под лапами Левиафана красовалась непонятная жижа, источающая всю гамму омерзительной вони, словно только что перед котами воздвиглась огромная свалка Двуногих - накаркал.
Обскура сверкнула своими янтарными глазами и совсем несерьезно взглянула на разноглазого:
Да, - коротко констатировала факт кошечка и плавными движениями обогнула вонючую лужу. До этой субстанции ей не было и дела. Пусть другие думают, что с ней делать, а сейчас желудок просил еды. Хвост ее резко дернулся, а голова чуть свисла на бок. Неон всеми жестами давала понять, что она голодна и ожидает своей награды за исправную "службу".
Левиафан не заставил ждать. Без особых эмоций лидер залез в ледяную воду и принялся за охоту. Обскура выжидающе села на краю берега озера и без особо интереса наблюдала за каждым действием Левиафана. Что не говори, а все равно нужно запоминать и учиться навыкам охоты. Кто его знает, что ждет эту троицу впереди. И в случае чего, Обскура должна будет себя прокормить. От одной только мысли по телу кошечки пробежались мурашки, но всем видом она "говорила", что абсолютно уверена в следующем дне и не желает другой жизни. Но глаза инстинктивно выхватывали каждый кусочек информации. Надо же чем-то забить голову, в конце концов. Придумывать коварные планы невероятно скучно. Можно просто жить в свое удовольствие ни в чем себе не отказывая.
Наконец Левиафан подплыл к замерзшему, покрытому легким снегом берегу. Выйдя из воды, изгнанник манерно отряхнулся от воды. Пара капель попала на морду Обскуры, но она не подала и виду. Вода ей была сродни заточению у Двуногих, но ради такой "крыши над головой" можно потерпеть эти незначительные факторы. Разноглазый осторожно положил свежепойманную рыбу возле передних лап кошки.
Аккуратнее с костями, - о, подобное поведение белоснежного кота всегда приводило Обскуру в восторг. Она чувствовала себя важной и нужной. И он - единственный, кто мог довести одиночку до такого состояния.
Коротко кивнул, кошка благодарно мурлыкнула и блаженно впилась клыками в мокрую чешую. Она не так часто ела рыбу, да что уж говорить - пару раз. Но по сравнению с городскими помоями эта рыбина казалась самой ароматной и желанной пищей за последнее время. То и дело отплевываясь от чешуек, одиночка медленно расправлялась с едой, растягивая удовольствие.
Когда с едой было кончено, Обскура довольно облизнулась и нараспев протянула:
Спасибо, - плавно обвив хвостом передние лапы, Обскура бросила взгляд сначала на лидера, потом на его брата. Обскуре нравилось свое положение, определенно. Несмотря на то, что Призрак - родная кровь Левиафана, разноглазый даже и не подумал принести рыбку своему брату. Зато Обскура, какая-то городская, забитая социумом одиночка, удостоена огромного, но молчаливого внимания. Словно так было всю жизнь.
Левиафан приступил к делу. Эта зловонная лужа таки пойдет в ход. Обскуре было откровенно наплевать на эти мелочи. Ее дело - защищать Левиафана, а как и куда использовать...
"Если понадоблюсь - прикажет", - спокойно подумала Неон и задумчиво перевела взгляд на Призрака. Пока братья будут договариваться, можно оценить обстановку. Все-таки на чужой территории опасность могла подстерегать троицу за каждым кустом. Поэтому золотистая начала втягивать носом воздух, пытаясь уловить хоть какой-то запах, кроме вонючей лужи.

+3

6

Призрак молчаливо скользил за товарищами, сверля взглядом их спины. Братец, как и ожидалось, даже не посмотрел на него, а вот Обскура то и дело поглядывала за спину. Изгнанник не сводил с неё тяжелого взгляда.
Они прошли отравленную лужу. Кот почувствовал отвращение. Он знал, насколько сильно всё живое существо зависит от воды, а если та отравлена, то конец может быть удручающим. Пройдя ещё дальше, Левиафан решил плюхнуться в воду, подняв кучу брызг. Призрак отдернулся, когда капли пролетели мимо него. Даже с берега он чувствовал, насколько там пронизывающе холодно. Уйдя из племени, воитель редко лакомился рыбой и, соответственно, понимал, что теперь на то, чтобы высохнуть, уйдет гораздо больше времени. Подул холодный ветер, который ещё раз подтвердил его нежелание купаться. Он пронизывал до костей. Одна рыба, даже если я её и поймаю, не сможет восстановить столько энергии, сколько я затрачу.
Хорошенько взвесив все за и против, Призрак развернулся и направился в ближайшие заросли за мышкой или птичкой. Лучше он полакомится ими, чем будет дрожать от холода в столь холодный сезон. Его никто не вылежит и не согреет, а свои силы стоит беречь.

Призрак вернулся тогда, когда братец уже заботливо поделился с Обскурой рыбиной и сам приступил к трапезе. Изгнанник молчаливо улёгся недалеко от них, с наслаждением откусывая дрозду голову.
— Эту дрянь, которая скопилась в луже, нужно как-то использовать. Не хочется почём зря терять такое добро, когда мы разом можем отравить чей-нибудь источник питьевой воды.
— И в чём же ты собираешься её переносить? — отреагировал одиночка, проигнорировав всю суть злобного плана — столь жестокого.

+1

7

---- главная поляна Реки

Даже его толстую, пушистую шкуру пронизывал холодный ветер, и он не знал, как остальные не дрожат от холода. Эх, вернуться бы в лагерь, залезть в палатку... как вообще всякие одиночки спят под кустами да в одиночку? Это ж рехнёшься - холодно, жёстко, никто твой бок жирный своим не погреет...
Как оказалось, этот вопрос он мог задать и впрямую одиночкам - по меньшей мере одна-то одиночка там и была, какая-то кошка незнакомая. А вот два других кота ему глаза так и мозолили.
Сталь. Белогрудый. Паршивые шкуры... Глашатай аж клыками скрипнул, до того эти двое ему опротивели, аж до тошноты. Небось и клятый Карпозуб поблизости скачет. А тебя, Сталюшка, я и раньше учуял, это ты по нашим границам бродил, аккурат вместе с Лютоволком, чтобы у него хвост облез, падали такой! У Толстолобого аж в глазах потемнело - до того ему хотелось, чтобы вместе с этими двумя тут ещё и Лютоволк обретался, содрать бы с него шкуру и Каштанке на подстилку принести. Тихо ты, Лбешенька, накаркаешь. Их и так трое, а нас два воина и ученики совсем котята. С этими бы справиться... Что Белогрудый, что Сталь - воины не из последних, и не знаю даже, справлюсь ли с ними, хоть с одним. Разжирел я малость, подрастерял уменья, разве что вот с Малюткой потренировался малость, да и то - куда ж там, она мне на одну лапу...радость моя. Эх, зря я больше на охоту напирал, да кто ж знал, что всё так обернётся... Ну да хватит, лучше подумай, чего делать-то.
Глашатай прищурился и попытался повнимательней присмотреться - как они, вражины-то, сильно исхудали? Исхудали-то да, но вот мышц-то не убавилось.
Не дело это, конечно - силы у нас никак не равные. Хотя...чего это они там языками мелят?
Он поднапряг уши.
— Эту дрянь, которая скопилась в луже, нужно как-то использовать. Не хочется почём зря терять такое добро, когда мы разом можем отравить чей-нибудь источник питьевой воды.
Ах он паршивец! Толстолобый аж задохся от ненависти и возмущения. Тебя, шкуру драную, самого бы в этой мерзости утопить, жирной, как мои бока по Зелёным листьям!
- Что скажешь, Череп? Осилим мы их, или лучше за подмогой послать? - шепнул он сыну. Голова у него светлая...иногда, когда речь не о всяких там купаниях в Голые Деревья. Оно, конечно, что я решать-то сам должен, ну так всё одно.
Одна голова хорошо, а две - лучше, особливо когда с телом.

+4

8

---> Главная поляна Реки
- Пусть снег и заметает наши следы, зато враги не смогут выследить нас по ним, - мяукнул Воплелап, и Череп медленно кивнул в такт его словам. Ему нравилось, что малыш высказывает своё мнение. У некоторых и к воинской должности не появляется такой способности, а когда юный оруженосец анализирует ситуацию и думает о последствиях, это может означать задатки будущей эрудированности.
- Правильно, Воплелап, - одобрил он высказывание оруженосца. - Поэтому я начал помечать деревья только отойдя от нашего лагеря. Враг вряд ли додумается обнюхивать кору, но осторожность не будет лишней.
"Главное - не заплутать в двух шагах от родной палатки. Но тут уж я рассчитываю на память твоих лап, мой оруженосец".
Потеревшись боком о ствол очередного дерева-исполина, Череп не без довольства подметил, что Воплелап повторяет его движения. Он легко поймал волну наставника, так что бурому коту не требовалось лишний раз молоть языком.
Череп ценил в Воплелапе его независимость, самостоятельность, и не спешил искоренять эти качества. Он осторожно курировал их, не давая им превратиться в излишнюю самоуверенность, но и не вырубая на корню инициативу ученика.
Череп никогда не относился к Воплелапу как к несносному детенышу, доставшемуся ему в попечительство. Оруженосец был для него такой же личностью, как взрослые воители. Более того, сам он не проявлял себя капризным котёнком, поэтому Черепу с ним не было никакой лишней мороки. Он мог уйти из лагеря на весь день и знать, что Воплелап послужил племени, а не навлёк на себя сотню неприятностей. Иногда он даже делал это нарочно - ставил молодого кота перед задачей решить самому, как ему провести этот день. Порой Череп думал, что Воплелап и сам станет неплохим наставником, когда подрастет: Речному племени нужны уравновешенные, уверенные в себе и своих силах коты, и его оруженосец грозил стать именно таким. Более того, Череп был уверен, что Воплелап будет способен проявить не только осторожность, но и твёрдость, когда это потребуется. Так как не все проблемы можно решить, не выпуская когтей.
Увы, Черепа сложновато назвать наставником, с которым оруженосец может стать близок. Но Воплелап уже понимал его без дополнительных приказов, и это могло считаться чем-то вроде их близости. Собственное мнение. Оригинальное, не замутненное, но подкрепленное жизненным опытом старших, который ученик умело использовал. Череп высоко ценил это.
Невольно его взгляд коснулся Малютки, идущей рядом с Воплелапом.
"Вероятно, Толстолобый уже рассказал ей про то, как вести себя в ночном лесу. Мои слова для неё - пустой звук".
Возможно, присмотрись Череп к кошечке поближе, он понял бы, что это не так. Но присматриваться он не стал. Или попросту не сумел.
- Если тебе придётся сражаться ночью в лесу, будь предельно осторожен. Один резкий рывок - и ты падаешь в яму или овраг, и ломаешь себе шею. Старайся использовать с пользой то, что успел разглядеть ты, но не разглядел твой противник: толкни в яму его самого, обхвати голову врага и ударь о камень, швырни в него горстью песка или снега, чтобы выиграть пару мгновений для атаки, пока он будет отряхиваться. Ты можешь сражаться благородно, если твой противник - воитель. Но тебе придётся быть жестоким, если он - дикий зверь или бродяга, идущий против Воинского закона. Если ты не будешь жесток, он имеет все шансы убить тебя.
Холодный голос Черепа, словно леденящий вой ветра, возникал и исчезал за деревьями, не отдавая даже коротким эхом. Он жестко выделял во фразах жизненно-важные для Воплелапа детали. - Если чуешь, что следующий удар принесёт тебе смерть (ты поймёшь своим сердцем, когда настанет этот момент), вот тогда уже перекатывайся и беги со всех лап. Возможно, тебе повезёт, и шею сломает твой враг, а не ты. Но, помни: не позволяй панике захватить тебя раньше времени. Темнота не станет тебе другом, так как ты не родился сумрачным котом. Но она может стать твоим помощником, если будешь осторожен и внимателен.
Толстолобый почуял запах одиночек у границ, и Череп принюхался к чужому смраду вместе с ним. Выражение его морды осталось каменным, несмотря на то, что он узнал запахи. Череп не мог не узнать бывших соплеменников.
"Удивительно", - неожиданно подумал бурый воин. "Мы сохранили им жизнь вместо того, чтобы покарать их за убийство нашего предводителя. И теперь они, сбившись вместе, доставляют нам проблемы вновь. Не проще быть жестоко наказать их, вместо простого изгнания? Решится ли Толстолобый наказать их теперь?"
Небольшой патруль осторожно подкрался к переговаривающимся одиночкам. Череп сделал знак хвостом, приказывая оруженосцам хранить полную тишину. Он сделал это не столько потому, что думал, что они могут внезапно заголосить и выдать весь отряд, сколько для того, чтобы показать им: они ввязываются в серьёзное и опасное дело, которое требует сплоченности и осторожности от всего патруля.
Толстолобый приник к сыну, и на Черепа взглянули его мягкие, нежно-голубые глаза. Он ответил кристально-чистым, твёрдым и мало что значащим взглядом. Даже одиночек он рассмотрел лишь мельком, подмечая знакомые черты и щербины новых шрамов на шкурах. Всего их было трое, и одну из одиночек, единственную кошку, Череп точно не знал.
- Они изгнанники, - почти беззвучно сказал он, зная, что отец его услышит. - Отринувшие Воинский закон. Если у них будет шанс умертвить наших оруженосцев, они его используют. Мы вдвоём должны задержать их, дав Воплелапу и Малютке шанс добежать до лагеря и привести помощь.
Череп обещал, что защитит всех. Глупое обещание, но он уже произнёс его. Если Воплелап и Малютка вступят в битву и допустят ошибку, Толстолобому или Черепу придётся нести своего ученика домой со вспоротым горлом или брюхом. Они двое ещё слишком малы, чтобы вступать в такие битвы. Их кости не окрепли настолько, чтобы они сражались как взрослые. Но решится ли Толстолобый сражаться вдвоём против троих? Что же, Череп примет любой приказ своего глашатая.

+4

9

--> главная поляна речного племени.

Малютка шла, проваливаясь в снег по самое пузо. Подушечки лап обжигало холодом, а снег, прилипающий к шерсти, стал таять от тепла тела, от чего совсем скоро пестрая стала совсем мокрой. Становилось холодновато, но кошечка не показывала вида, что ей как-то неудобно. Она уже вполне взрослая и самостоятельная, чтобы преодолевать некие неудобства, не сообщая о них никому. Поэтому, она  просто шла вперед, щуря глаза от летящего в морду снега, едва заметно подрагивая от холода. Последовав примеру Воплелапа и Черепа, малышка также обтерлась о некоторые деревья своей шерстью, дабы, в случае чего, отыскать дорогу домой.
В голову лезли самые неприятные мысли. В бой их никто не пустит. Так, стало быть, им придется бросить наставников и бежать что есть сил в лагерь? «Вот же глупая! Вы еще никого не нашли, чтобы бежать. Соберись, трусиха!» Малютка дернула ушком. «Да знаю я, знаю.»
Голос в ее голове, порою вещал умные вещи, подстегивая нерешительную ученицу к тем или иным действиям. Но порой, он просто действовал на нервы. Зарождение непонятной личности, проявляющей себя разве что язвительными фразочками, произошло одновременно с рождением Малютки. Сколько себя помнит, столько же и звучит этот глас. Это не казалось кошечке чем-то странным и от чего-то она до сих пор считает, что такое есть у всех, однако никому об этом не рассказывает. Мало ли что.
Они уже давно покинули территорию Речного племени и бесшумно шли по землям одиночек. Странно, как они могут жить одни и не защищать свою землю. А еще более странно, что Речное племя не захватило никому не нужный клочок земли. Чего же ему просто так простаивать? Про себя, Малютка отметила, что надо бы потом спросить глашатая об этом.
Толстолобый остановился и одновременно, чуткий носик уловил незнакомый запах, а до слуха донеслась чья-то речь. К глашатаю подошел Череп и они стали решать, нападать ли им или нет, однако вопрос о том, чтобы отослать оруженосцев не возникал. Не ровен час, их заметят. Малютка обошла котов, вставая рядом с наставником. На небольшой полянке сидели трое. Двоих из одиночек кошка уже видела. Ком встал в горле, но если им придется драться, она не будет убегать, поджав хвост. Пусть знают, что Речные коты не убегают. «И не предают». она вновь покосилась на глашатая, ожидая его команды.

+4

10

— И в чём же ты собираешься её переносить? — Левиафан задумчиво вытянул и втянул когти, не сводя пристального взгляда с переливающейся ядовитыми цветами лужи. Он не хотел рисковать и использовать мох, совсем не хотел. Если кто-то с их стороны сдохнет, пока будет переносить отраву, всё это мероприятие бессмысленно. Сейчас нужно было забрать к звёздам как можно больших котов, понеся самые незначительные потери.
— Палки, — подумав, ответил разноглазый изгнанник. — впитают в себя как можно больше. Их можно бросить в любой ручей или родник, где они размякнут, — довольно улыбнувшись от собственной мысли, кот отвернулся в сторону Обскуры. Та как раз заканчивала трапезу, и он в очередной раз довольно оглядел складную фигуру. Его гордость. Его украшение. Его безмолвный страж и его смертоносное оружие.
Лёгкое дуновение ветра заставило его вытянуться в напряжённую струну. Его спутники, казалось, пока не придавали значение таким мелочам, да и зловонная лужа делала своё дело. Но он был в достаточной степени параноиком, чтобы воображение живо нарисовало картины возможной безвременной кончины. Сейчас было рано уходить в Сумрачный лес, если он вообще ждал таких, как он. Вдруг закоренелые смутьяны и изгнанники просто растворялись в бездне? О, такое было вполне вероятно. Медленно переведя взгляд на Призрака, разноглазый едва заметно взмахнул хвостом. В голове уже роились беспорядочные мысли, а глухой голос нашёптывал вновь и вновь. «А что, если ошибка? Если показалось?» — кот мотнул головой. Никакая ошибка не стоила жизни троих. Каждый из них был значимой фигурой в грядущей войне. Нельзя было позволить лесным котам так быстро изменить ход событий. Не сегодня.
— Кажется, те палки подойдут, — с хрипотцой отозвался Левиафан, неспешно двигаясь в сторону интересующего места. Каждая мышца под шкурой уже подрагивала от напряжения. В один из моментов он, казалось, всерьёз решил, что обознался. Но в полумраке блестели две пары голубых глаз: чем-то похожие на причудливые осколки битого стекла, но слишком, слишком внимательно следящие за ним. — весьма опрометчиво надеяться обвести вокруг когтя тех, кто стал воителями ещё до вашего рождения, — рассмеялся кот, демонстрируя почти что все зубы в омерзительном оскале. Весёлый настрой мгновенно сошёл с его морды, когда он, издав полный ненависти вой, бросился на совсем юного полосатого воителя, до покалывающей боли выпустив когти. Бой уже завязался, затягивая в свой стремительный водоворот всех присутствующих. Левиафан заметил двух совсем юных составляющих отряда, и кивком указал на них Обскуре. Взрослыми воителями они займутся сами, а гоняться за вёртким молодняком - дело более ловких. — пустите этой падали так много крови, как только сможете!  — залился очередным приступом хохота Левиафан, обрушившись передними лапами на своего противника. Краем уха он услышал испуганные крики умиротворённых было птиц, взмывающих в небо. Первые крики боли и ярости прорезали неподвижную тишину земель, не принадлежащих ни одному из кошачьих племён.

+6

11

Палки, впитают в себя как можно больше. Их можно бросить в любой ручей или родник, где они размякнут, - Обскура холодно взглянула на Левиафана, а потом резко перевела взгляд на разноцветную жижу. Смотря сквозь лужу, она на мгновение задумалась и резко вставила:
- Мох. Герта брала его, чтобы носить воду старикам, - растягивая каждую гласную, сладко промурлыкала одиночка. Она не имела ни малейшего представления, куда Левиафан с Призраком понесут эту зловонную массу, но прокручивая в голове давние воспоминания о детстве, не могла не вставить свои "пять копеек".
Без всякого интереса рассматривая разноцветные узоры, Обскура с чувством полного удовлетворения облизнула губы, чтобы собрать остатки еды. Теперь она полна сил и готова следовать за своим лидером. Отвлекшись от лужи, золотисто-рыжая приметила, что белоснежный брат Левиафана разделывается с только что пойманной птицей. Обскура довольно заурчала и перемялась с лапы на лапу. Момент трапезы всегда был поводом лишний раз расслабиться и не думать ни о чем кроме еды.
Внезапно, внимание кошки привлек смрадный запах, доносившийся за ее спиной. Снег сзади подозрительно захрустел. Одиночка резко дернула одним в сторону звука, но не спешила оборачиваться. Все тело вытянулось в струну и гибкая кошечка стала похожа на змею, вот-вот готовившуюся напасть на свою жертву. Она знала - любой посторонний звук, а тем более запах ни к чему хорошему не приводит.
"Этого только не хватало. И чьи это кости забрели на столь отдаленные территории?" - напряженно подумала кошечка.
Речь разноглазого была ровна, будто тот не подозревал о нагрянувших гостях. Но одиночка прекрасно осознавала, что и Левиафан и Призрак заприметили врага. Медленно повернув голову на голос Левиафана, Обскура оценивающе взглянула на кусты, к которым неспешно приближался ее товарищ. На секунду кошке показалось, что она увидела блеск чьих-то глаз. Стараясь не подавать вида, Обскура хладнокровно взглянула на мощные плечи Левиафана, стараясь уловить каждое движение его мышц спины.
"Давай, ты же все видишь, приказывай", - нетерпеливо требовал внутренний голос. Обскура была готова прямо сейчас развернуться и напасть на незнакомца. Или незнакомцев? Без разницы. Действие всегда лучше ожидания. Отвернувшись, янтарные глаза кошки устремились на водную гладь. Выпустив когти в промерзлую землю, она напряглась всем телом и замерла.
- Весьма опрометчиво надеяться обвести вокруг когтя тех, кто стал воителями ещё до вашего рождения, - Обскура продолжала недвижимо смотреть на водную рябь. Сейчас. Еще секунда, мгновение. Он обязательно скажет эти заветные уху слова. И раздался вой. Совсем не кошачий, полный ненависти и злости. Золотистая одиночка тут же напружинила лапы и резко подпрыгнув, развернулась. В мгновение ока встав в боевую стойку, она яростно зашипела. К ним на ужин заскочил не один, не два, целых четыре племенных! И пусть двое из них казались малявками, по сравнению со статными воинами, они так же представляли опасность.
Обскура опустила голову и исподлобья окинула незнакомцев ледяным взглядом. Кошка заметила, как Левиафан кивнул ей, указывая на подростков. Она никогда не дралась с малышней, знакомой с боевыми приемами. Котят она приканчивала первым же смертельным ударом когтей по горлу. Тут же дело обстояло иначе. Подростки, выросшие в племени, явно знали и умели гораздо больше городских. Об это не понаслышке знала сама Обскура. Живой пример тому - Призрак и Левиафан, выросшие в племени.
- Пустите этой падали так много крови, как только сможете! - слова разноглазого изгнанника приятно растеклись по ушам.
Обскура резко взмахнула хвостом, как бы стряхивая с себя усталость после недавней битвы с черным бродягой. Оскалившись, она припала к земле и тут же выпрыгнула вперед. Ей было абсолютно все равно на кого нападать первым. Эта мелюзга должна была стать легкой добычей благодаря своей неопытности и размеру. В глаза бросилась пестрая, как та зловонная лужа, кошечка. Изогнувшись всем телом, золотисто-рыжая намеревалась приземлиться прямо на спину незнакомке, чтобы по уже знакомому сценарию вцепиться той в загривок.
В отличии от яростного Левиафана, Обскура выглядела более чем равнодушной к данному бою. Но глубоко внутри бушевало пламя, готовое стереть в пепел всех, попавшихся под лапы одиночке.
"Детишек к ужину не ждали..."

+5

12

главная поляна речного племени  → родник

— Правильно, Воплелап. Поэтому я начал помечать деревья только отойдя от нашего лагеря. Враг вряд ли додумается обнюхивать кору, но осторожность не будет лишней.
Воплелап подавил желание приосаниться и распушиться от гордости. Впрочем, сделав бы это, никто не заметил бы, ибо его шерсть и так практически всегда была взъерошена, разве что с наступлением холодов он стал походить скорее не на ежика, а на ходячий ком серого меха. Янтароглазому было приятно то, что наставник отметил его высказывание. Ведь тот же самый Мираж, как и некоторые остальные, вряд ли бы вообще обратили внимание на мелкого растрепанного оруженосца. Неимоверное желание иметь хорошую репутацию среди соплеменников разрушалось некоторыми особами с характером, что вызывало у котика чувство, будто он делает что-то не так. Подсознательно Воплелап понимал, что всем не угодишь, но отказаться от старого желания иметь связи со всем племенем было не так-то просто. Оно словно вросло своими корнями ему глубоко под шкуру, и каждый раз, когда янтароглазому хотелось вырвать его напрочь, оно кололо его своими шипами так, что "носителю" этого сорняка не хотелось поднимать эту тему какое-то время. Но потом он снова и снова продолжал свои попытки освобождения себя от паразита, и всё было тщетно.
« Однако не слишком налегай на похвалу окружающих, иначе не заметишь, как падешь мордой в грязь. Ты же не хочешь стать второй Лавандой в племени, верно? ».

Коты осторожно двигались по тихому лесу. Череп негромко продолжал свои наставления, и Воплелап, слушая их, разглядывал раскинувшуюся перед ними неизвестную территорию. Странно, что при голоде племена стремятся урвать кусок у друг друга, а не пытаются отыскать добычу за пределами своих границ, на ничейной земле. Оно понятно, что тут могут жить другие коты, но наличие одиночек никогда никого не волновало, и должно ли? Племена всегда считались только друг с другом, до остальных им дела нет. « Надо будет как-нибудь сходить сюда прогуляться, но только после того, как мы разберемся с изгнанниками. » Оруженосец почувствовал некую досаду, вспоминая, что убийц отпустили в свободное плаванье. « Если бы тогда они убили предателей всех до одного, у нас сейчас не было проблем с ними! Не хватает нам скудной пищи во время сезона Голых Деревьев, так нет же, объявились изгнаннички, желающие поубивать всех и вся. И всё из-за того, что кто-то решил повыпендриваться и показать, что они "не такие злые", как Карпозуб и его шайка. Только вот до чего доведет это "благородство" пока не ясно. »
Вскоре глашатай внезапно остановился, а следом за ним и остальные участники патруля. Стоило оруженосцу раскрыть рот, как в нос ударил запах котов. Незнакомых котов. Пригнувшись к земле, четверка речных затаились за облетевшим кустом, во все глаза следя за действиями чужаков. Воплелап почувствовал, как медленно, но верно накатывает на него чувство страха. Он видел их перед собой — двоих белых котов и коричневую кошку. Патруль из пары полноправных воителей с двумя комками меха вряд ли справится с тройкой изгнанников, под чьими разорванными шкурами перекатывались сильные мышцы. Пока старшие перешептывались между собой, янтароглазый испуганно пялился на кучку предателей, предполагая, что произойдет дальше.  « Да поможет нам Звёздное племя! ».
— Кажется, те палки подойдут, — обернувшись, белый котище бросил взгляд на то место, где сидели речные. Воплелап почувствовал, что дрожит, лапы немеют, а морда его непроизвольно искажается от ужаса. « Нас заметили! ».
Он уже слышал рассказы о том, как коты племени ветра загоняют кроликов. Как длинноухие попадают в западню, глядят своими блестящими глазами на медленно подходящих охотников, понимая, что им не убежать. И сейчас он на собственной шкуре узнает, как это происходит. Коротколапый вжался в землю, пытаясь хоть как-нибудь скрыться от взгляда враждебных глаз. Хотелось вскочить и ринуться вон — хоть в сторону изгнанников, хоть к границе племени — неважно, главное побыстрее убраться от этого проклятого места, истощающего опасность. Незнакомец неспешно подходил к укрытию, точно знал, что коты никуда не убегут.
— Весьма опрометчиво надеяться обвести вокруг когтя тех, кто стал воителями ещё до вашего рождения.
Белошкурый оскалился, и в тот же момент прыгнул, завопив. Янтароглазый шарахнулся от того места, где только что стоял Тостолобый, откинутый налетевшим на него чужаком. Серый хотел было ринуться к наставнику, но к тому уже мчался другой белый изгнанник, поэтому, чтобы сохранить баланс, он побежал к трехцветной. Подбежав к Малютке, он выгнул спину и зашипел на узкомордого. Кивнув рыжей кошке в сторону недорослей, разноглазый залился жутким хохотом.
—  Пустите этой падали так много крови, как только сможете! 
Воплелап повернул голову и увидел несущуюся в их сторону одиночку. Он напряг свои задние лапы и отпрыгнул в сторону, кое-как приземлившись на бок и подняв в воздух фонтан снега. Напарнику повезло хуже, и враг вжал Малютку в сугроб, вцепившись ей в загривок. Нельзя было медлить, каждая секунда была не счету. Круто развернувшись, оруженосец зашел незнакомке с бока и, заверещав во все горло, бросился рыжей под задние лапы.

Отредактировано Воплелап (2018-01-05 01:52:42)

+4

13

Шерсть поднялась дыбом, будто холодины жуткой для этого мало было.
Заметили, треклятое барсучьё!
Странное это чувство - когда на тебя несутся враги, вот уже только прыжок им остался. И раньше такое бывало - словно последнее только мгновеньице тишины осталось, а там крик, хай, мрак полнейший, только клочки по закоулочкам летают. И кровища, брр, все лапы в ней, все бока изодраны.
Чует моё сердца, тут мы боками не отделаемся...
Он попятился, пытаясь - хоть и понимал, что бесполезно - прикрыть своей толстой тушей всех и сразу. Малютку. Сына. Воплелапа.
Бесполезно, Лбешенька. Вздуют нас, как пить дать этой дряни, что они хотели таскать к нам в ручьи.
Сталь с противным визгом прыгнул на него, глашатай попытался увернуться, но не успел - уж больно разожрался на рыбке-то жирненькой, а Сталь, видать, времени зря не терял, эвон какой мощный.
Толстолобый так и покатился, словно ёжик с пинка хорошего, прямо в снег. Экий он холодный... Зубы у Стали были острые-острые, что иглы, как он ими за загривок трепал - да только так. На шерсти появилось мокрое и тёплое. Кровь, что ли? Неужто меня продырявил этими зубищами своими...
Вроде и попытался дёрнуться, да куда там, словно и вправду клыки стальные. Что-то и головушка закружилась. Никак всё, пора мне Звёздным предкам поклониться? Никак даже лично, прям собственной персоной.
Плюхнул его Сталь наземь, как грязь на поганом месте, приставил лапу к горлу.
- Доволен, блохастый? - Всё равно прикончит, чего уж там. можно, конечно, загнуть покрасивше, мол правда всегда торжествует, за него отомстят, вот это всё, да только что проку, если сам он, жирный мешок, сам продул вчистую и не рыпнулся даже, словно рыбина, на берегу очутившаяся, только глазищами своими дурацкими луп-луп.
Погоди-как, как там остальные? Малюточка моя, как ты, живая ли? Черепушка, дурень, зачем я тебя взял, убьют же с твоими-то лапами, или не знаю я, что они день-деньской от холода ноют? Думаешь, не болтал мне Очеретник? Он же такое ж трепло, как и я, сразу видно - братцы мы. И Воплюшка, вот тебя-то я чего потащил, хватило бы с мальца и границ... До того ему жалко стало их покидать всех - да и остальных тоже, до того он злился на себя, что втянул их в эту переделку... Ох, пусть бы Брякозвёздушка голову мне откусил, оно лучше будет, если ему в глашатаи кто-то понормальнее достанется.
Он лежал и смотрел на Сталь, не мигая. Малютка, Череп. Простите меня, дурака. И ты, Воплелап,тоже.

+5

14

Произошло то, чего и следовало ожидать от данной ситуации. Их засекли. Не спеша, к ним приблизился бывший Речной воитель. К сожалению, имени его Малютка не знала. А может и к счастью. Кошка распушилась, нахохлилась, желая казаться больше, и угрожающе прижала ушки к голове. Эдак, «не подходите, мы тут не пальцем деланные». Да только ее жеста отважности и храбрости не оценили не только враги, но и она сама, ибо лапы предательски дрожали. Внутри все сжималось от страха. Как же они будут? Против трех взрослых, крупных котов? Малютка нервно сглотнула, когда белый кот кивнул головой в их с Воплелапом сторону. И, повинуясь приказу, рыжая кошка, двинулась на молодняк. Трехцветная было повернулась к соплеменнику, чтобы сказать ему мол: «давай я буду отвлекать, а ты бей», да только тот отскочил в сторону, а точно на ее спину приземлилась одиночка, весом придавливая Речную к земле. Загривок пронзила острая боль. Она впервые дралась. И это ее первое ранение. Про себя ученица отметила, что лучше более не отвлекаться.
Конечно, все схватки представлялись ученице по-другому. Мол, все так волшебно и совсем не больно. И противники всегда нападают на тебя только те, которые тебе под силу. Однако в жизни все оказалось совсем иначе. И гораздо больнее, чем она могла себе представить. Зашипев от боли, Малютка попыталась было вырваться, но челюсти накрепко сомкнулись на ее загривке. А любое движение доставляло только больше боли. Интересно, умрет ли она здесь? И спасутся ли ее соплеменники? «Дура, падаль, мышь, давай борись, куда помирать собралась?»
Толстолобый наверное расстроился бы, когда узнал, что его ученица не смогла за себя постоять. К чему он тогда тратил на нее свое время? Чтобы она просто рыбу да мышей ловила? А смысл, если не может себя защитить. И не только себя, но и соплеменников. Того же Воплелапа. Хотя, сейчас он вполне себе способен убежать. Одной Малюткой больше, одной меньше, зато одиночкам жару зададут прибывшее подкрепление. Но громкий мяв говорил о том, что бежать ученик не намерен. Боковым зрением она уловила движение котика, пытающегося сбить противницу с лап, дабы помочь соплеменнице. Малютка лишь сильнее замотала головой, пытаясь дотянуться и укусить рыжую в переднюю лапу, чтобы хоть как-то помочь Воплелапу совершить свою атаку.

Отредактировано Малютка (2018-01-05 00:34:00)

+4

15

Рёв битвы заглушил всякие сторонние звуки в ушах белого изгнанника: он не наблюдал ни за Обскурой, ни за Призраком, лишь продолжал наносить грады ударов по шкуре своего противника. Луны жизни в городе и ежедневные стычки превратили его в того, кем он являлся сейчас: в сухого и жилистого кота, лишённого свойственного Речным котам небольшого жирка. А ещё он отлично знал приёмы, изучаемые в некогда родном для него племени, и теперь старался сделать всё, чтобы не попасться в те ловушки, которым обучали оруженосцев с младых когтей.
Отбросив противника передними лапами, Левиафан напрягся и в один прыжок очутился подле глашатая, хватая его за загривок и сжимая челюсти во время рывка, покуда тот не опомнился. В пасть хлынула кровь, раззадоривая разноглазого. Удостоверившись, что его противник не сможет более противопоставить ничего опасного для жизни, белый кот осклабился и прижал лапу к горлу Толстолобого, не втягивая когтей.
— Доволен, блохастый? — донеслось снизу. Левиафан угрожающе зарычал, когда к горлу подкатила волна слепой ярости: он терпеть не мог, когда побеждённый смел что-либо говорить, не считая жалобных просьб не вспарывать шкуру от глотки до хвоста.
— Вполне. Всё так же не брезгуешь лишней рыбкой, Толстолобый? — скалясь, задал встречный вопрос разноглазый, не обращая внимание на кровь, струёй стекающую с рассечённой губы и капающую вниз, то на снег, то на рыжую шерсть. Подняв голову, он с чрезвычайным удовлетворением заметил, что Речной отряд был разбит без особых потерь. Переполняемый довольством, кот расхохотался, теша себя мыслями о том, насколько беспомощными были племенные вояки, и уже было раздумывал над тем, какими способами следует прикончить поверженных, но мысль сверкнула в его сознании яркой вспышкой, заставляя цепляться за неё когтями из последних сил.
Речное племя не простит им убийства четырёх своих соплеменников, включая глашатая. И вполне может выслать по их следу отряд, достаточно большой, чтобы застать врасплох всех обитателей заброшенного гнезда. Шестерни в голове Левиафана со скрипом двигались, перебирая картины вероятного будущего: возможно, изгнанники учуют опасность и успеют уйти, пока все остальные окажутся пушечным мясом. Они не соберут заново такую же большую армию, а значит, о захвате лесных земель им придётся забыть насовсем. Такой расклад не устраивал белого кота, и наверняка не устроит Лютоволка.
— Сегодня ваши предки благосклонны к вам, не иначе, — сочувственно улыбнулся Левиафан патрульным, неспешно убирая лапу с шеи глашатая и приближаясь к оруженосцам. Он предупреждающе дёрнул хвостом на случай, если Толстолобый решит сыграть в героя и захочет ударить в спину. Приблизившись к серому оруженосцу, белый кот склонился и изучающе оглядел раны, оставленные Обскурой. А затем посмотрел прямо в жёлтые глаза и ровным голосом заговорил. — передай от меня привет Миражу. Скажи, что я хочу его видеть. Эти слова будут платой за жизни твоих соплеменников, — усмехнулся изгнанник, однако через секунду переменился в выражении. — в противном случае мы убьём каждого, — в подтверждение своих возможностей Левиафан кивнул на проигравших. Поднявшись и развернувшись к Толстолобому, как к вожаку отряда, который должен был слышать произнесённые ранее слова, белый кот небрежно дёрнул плечом, подтверждая, что они действительно могут быть свободны. — отпустите оставшихся, — бросил он Призраку и Обскуре, немигающим взглядом наблюдая за ранеными. Хотелось верить, что нынешний глашатай достаточно умён, чтобы не пытаться бросаться на куда менее пострадавших противников вновь. Иначе... иначе придётся наплевать на любые риски и довершить начатое. Тем не менее, под белой шкурой проступили звенящие от напряжения мышцы: любое слово, любая попытка плюнуть ядом в его сторону, и он отдаст распоряжение убить оруженосцев.

Отредактировано Левиафан (2018-01-05 00:40:41)

+8

16

Возможно, то была лишь случайность, но случайность роковая. Их заметили и вмиг окружили. Череп остался спокоен, даже не двинулся с места. Ни к чему дергаться лишний раз, лучше как следует оценить ситуацию, противников, шансы. В глазах Стали и его приспешницы Череп видел что-то мёртвое, как те штуки, которые делают двуногие. Как их мёртвые гремящие тропы, их гнёзда из ненастоящего камня. Удивительно, как быстро его бывший соплеменник сменил личину воителя на облик одиночки. Из всех троих выделялся только Белогрудый, и Череп никак не мог понять, почему. Но, когда Сталь высказал презрение и скомандовал своей своре нападать, Череп, всё же, понял. Белогрудый не выглядел убийцей.
Дорогу воспитанникам Черепа и Толстолобого преградила тощая кошка, а Сталь накинулся на глашатая. Услышав треск отцовской шкуры, Череп понял, что дела Толстолобого плохи. Он кинул взгляд на Белогрудого. Увы, им придётся сразиться, несмотря на нежелание Черепа сражаться именно с этим одиночкой: он не был похож на одиночку, он был похож на того самого Белогрудого, которого Череп когда-то знал своим соплеменником.
Возможно, Белогрудый надеялся напасть первым, но бурый воин, слившийся с родниковым камнем, использовал эту решимость для собственной атаки. Когда белый кот подошёл на нужное расстояние, Череп взметнулся, словно зарница, и налетел на противника, заключая его в свои каменно-холодные объятия. Он не был таким хорошим бойцом, как охотником, поэтому предпочитал обходиться без ритуальных плясок и угроз противнику: какой смысл угрожать, если всё равно не станешь исполнять свои угрозы? Череп обвил лапами тело Белогрудого, словно огромный чешуйчатый ящер, сковывая его движения. Зубы Черепа блеснули костяными кольями. Он смотрел в глаза Белогрудого, понимая, что может закончить всё прямо сейчас. Но отчего-то Череп не смог нанести смертельный укус, который советовал Воплелапу в том случае, если кто-то захочет отобрать его жизнь. Он мог бы прокусить сонную артерию Стали или его приспешницы, но Белогрудый всё ещё не казался Черепу убийцей. Клыки бурого воина вонзились в горло бывшего соплеменника, прокалывая и надрывая кожу, но не лишая его жизни. Череп чувствовал пульс Белогрудого всем телом.
- Зачем тебе это? - прошептал он в мех на шее белого кота. - Не верю, что жизнь под властью Стали лучше жизни под началом Бурозвёзда. Я знал тебя хорошим охотником, Белогрудый, а не предателем. Ты всё ещё можешь отказаться от той жизни, которую выбрал для себя Сталь. Я вижу, что ты не успел прогнить до основания.
Вязкая кровяная жижа потекла в пасть Черепа из нанесенной его зубами раны, и ему пришлось сделать глоток, чтобы не захлебнуться. За эту плату он смог вонзить клыки глубже, чтобы Белогрудому было сложнее избавиться от него. - Тебе не нужно подчиняться тому, кто заставляет тебя делать грязные вещи.
Пытался ли Череп достучаться до совести Белогрудого или переубедить в чем-то? Скорее всего, нет. Он просто жалел, что кот с хорошими навыками использует эти самые навыки без какой-либо пользы, повинуясь простому головорезу.
Когда Белогрудому удалось стряхнуть его, Череп отступил назад, готовясь к новой атаке. Выпустив когти, он попытался обойти Белогрудого и ударить в бок, но тот оказался быстрее, увильнув от атаки. Краем глаза Череп заметил, как кошка-одиночка наносит оруженосцам жестокие раны. Он не мог допустить смерти Воплелапа или Малютки, поэтому, отступив от противника, рванулся к котятам, которых, по-хорошему, стоило изначально послать в лагерь за подмогой, а не посылать в бой. Это стало фатальной ошибкой, так как противник ловко воспользовался тем, что Череп перевёл внимание, и ударил его по голове, оглушая. Чувствуя когти Белогрудого на своих боках, бурый воин отчего-то думал, что бывший соплеменник слишком мягок к нему. Он, казалось, не собирается калечить его или убивать и, в очередной раз, Череп пожалел, что Воплелапу и Малютке достался другой противник.
Какое-то время он пытался вырваться из-под напора Белогрудого, но это оказалось бесполезно. Матёрый воин, навалившись на него телом, вжал в снег.
Сталь сказал одиночкам отпустить противников. Череп перевёл взгляд на Белогрудого.
- Послушаешься или поступишь по-своему? - спросил он, чувствуя, что голос плохо подчиняется ему после удушливых укусов противника. - Во всяком случае, спасибо, что дрался как воин, а не бродяга.

Отредактировано Череп (2018-01-06 17:31:48)

+8

17

Словно скользкая гадюка, Обскура выгнула спину и громко зашипела. В самом деле, она впервые в жизни дралась с двумя комками меха, едва вылезшими из-под бока матери. Такая ситуация могла бы поставить в  ступор каждого благоразумного кота. Но о какой благоразумности идет речь, если ты Обскура?
Времени на обдумывание тактики не было, поэтому золотисто-рыжая не нашла ничего более гениального, как попытаться рассчитаться с каждым котенком по очереди. И решила она начать с маленькой трехцветки. Замерев на доли секунды, она пристально взглянула своим холодным взглядом на незнакомку и, не моргая, оскалилась. Обскура догадывалась, что кошечка наверняка боится такой внезапной стычки, поэтому еще более угрожающее прижала уши к затылку и забила хвостом по своим стройным бокам. Где-то по бокам яростно драли друг другу морды Левиафан с здоровяком и Призрак с не менее внушительным по размерам врагом. Но Обскура не замечала никого вокруг, кроме заветной цели - трехцветки. Весьма неожиданно для двух оруженосцев, она резко выпрямилась, навострила ушки и пригнулась. Словно кошка-мать, желавшая поиграть со своими котятами. В этот же момент, все тело пронзила стрела адреналина и Обскура резко выпрыгнула вперед-вверх. Выпустив острые коготки, она не сводила глаз с незнакомки. Конечно же, ее любимый прием сработал. Резко прыгнув на спину малышки, она придавила ее своим весом и  одним рывком впилась зубами в загривок. Теплая кровь брызнула в рот, но это не останавливало одиночку. Раз Левиафан приказал пустить кровь по этой земле, так тому и быть. На самом деле, одиночка была не против раз и навсегда расправиться с такой легкой добычей, но интерес захватывал ее целиком и полностью.
"И как же дерутся лесные котятки?" - пронеслась в голове очевидная мысль. Все сильнее сдавливая челюсти, она была готова оторвать кусок мяса на шее незнакомки. Но тут под лапами замельтешило второе тело. Весьма обаятельный с первого взгляда серый котик ринулся на помощь своей подруге. Обскура, не разжимая челюстей, ехидно заулыбалась. Собрав силы в лапы, она дождалась, когда серый подбежит как можно ближе и... отлягнула его крепким ударом задними лапами. Оруженосец отлетел на пару добрых заячьих прыжков, явно теряя координацию. Одиночка собиралась спрыгнуть с трехцветной кошки и, откинув ту, вспороть ей бок. Почти вышло. Если бы не ненормальный серый ученик, видимо быстро оправившийся от удара. Золотистая почувствовала, как кот прыгнул ей на спину. Резкая боль пронзила правое плечо и одиночка почти было завопила во всю глотку. Но сдержалась и ограничилась недовольным рыком. Отпустив трехцветную кошечку, Обскура сконцентрировалась на повисшем на плече сером незнакомце. Да, бой с двумя "занозами под хвостом" оказался не таким простым и упоительным.
Переводя взгляд то на Воплелапа, то на Малютку, она не решалась действовать. Подпрыгивая на месте, клацая зубами возле морды Воплелапа, она пыталась его скинуть. Внезапно, уши Обскуры пронзил дикий вопль, словно только что какой-то Прямоход выстрелил из своего ружья. Голова раскалывалась от невыносимого крика. Кошка даже не могла сообразить откуда исходит шум. Лишь обернувшись, она осознала, что орал (именно орал, не иначе) серый оруженосец. Да, такими приемами ни один одиночка не владеет. Ошарашенная от внезапной выходки серого, Обскура прижала уши к затылку и зажмурилась. Попытки скинуть с себя эту вопящую сирену прервались внезапной пронзающей болью в задней лапе. Яростно взвыв, Обскура дернулась и заметила трехцветку, удачно впившуюся в лапу. Оглушенная, раненная, потерявшая координацию одиночка растерянно забилась из стороны в сторону. Ученик крепко держался зубами за шею Обскуры, медленно разрывая кожу своими клычками, а кошечка все глубже врезалась в уже немеющую от боли лапу. Золотисто-рыжая прекратила попытки избавиться от малышни и мужественно терпела атаку оруженосцев. Громко засопев, она надулась словно шарик, распушила шерсть на спине и хвосте и резкими скачками из стороны в сторону сбросила серого котика, а передней лапой беспощадно хлестанула трехцветную по морде.
- Пошли вон!- Обскура громко зарычала. Оруженосцы оказались на земле. Одиночка была зла, очень зла. Какие-то мелкие котишки оставили на ней куда больше ран, чем любой другой крупный противник. Обида подкатывала к горлу, вырываясь рваными вздохами.
-Отпустите оставшихся, - кошка осталась в боевой стойке и продолжала молотить свои бока тонким хвостом.
"Ох, я бы вас на месте прикончила, если бы не Левиафан!"
Почувствовав как сильно болит задняя лапа и плечо, коричневая бродяга закусила губу и, фыркнув, развернулась к оруженосцам спиной. Прихрамывая и потягивая заднюю лапу, она вплотную подошла к белоснежному изгнаннику. Всеми силами она старалась не показывать свою боль. Одобрительно взглянув на Левиафана она оглядела каждого присутствующего на роднике. Снежное покрывало стало крапчатым кровавым полотном. Кошка хладнокровно обвела взглядом речных воителей и, сев подле разноглазого изгнанника, приподняла подбородок. Кто бы что ни говорил - победа на их стороне.

+2

18

Кажется, что Левиафан был слишком погружен в свои мысли, поэтому или не заметил, или решил проигнорировать тон Призрака, который считал, что данное мероприятие было слишком жестоким. Перед глазами на мгновение пронеслись корчащиеся тельца маленьких котят и учеников и крик матерей, склонившихся над ними. Кот отвёл взгляд.
— Палки, впитают в себя как можно больше. Их можно бросить в любой ручей или родник, где они размякнут.
- Мох. Герта брала его, чтобы носить воду старикам, — вставила свои словечки Обскура.
— Логично, — протянул Призрак и глянул вниз, на свои лапы, поглядывая на откушенную голову дрозда. С самой нежной частью тельца было покончено, а хруст костей до сих пор отдавался в голове. Изгнанник молчаливо передвинул останки к корням кустарника, чтобы с земля с жадностью поглотила подношение.
Дунул ветерок. Левиафан стал выглядеть со стороны достаточно нервозным. Призрак оглядел его. Параноик. Но кажется, что его братец стал о чём-то подозревать и двинулся в сторону зарослей, в которых, по его словам, можно было найти те самые отличные палки. И похоже, что в этот раз паранойя брата сыграла им на лапу, так как за ними действительно наблюдали. И как давно? Призрак вскочил с места.
— весьма опрометчиво надеяться обвести вокруг когтя тех, кто стал воителями ещё до вашего рождения.
Толстолобый, Череп и ещё две мелкотни. Похоже, что битвы не миновать. Вряд ли возможность поглумиться над бывшими соплеменниками упустит Левиафан, который сразу же отдал приказ вступить в бой. Надо, так надо. Его брат налетел на Толстолобого, и Призрак бросился вперёд. К сожалению, он не успел, как и его брат, нанести удар первым и снести с лап противника, распластывая того на земле. Череп взметнулся, обвил его лапами и укусил прямо в его горло. Белоснежный зашипел. Если он вопьется ещё сильнее, то перед глазами начнёт темнеть, а потом всё. Он изгибался, чтобы отсрочить этот смертельный укус.
- Зачем тебе это? Не верю, что жизнь под властью Стали лучше жизни под началом Бурозвёзда. Я знал тебя хорошим охотником, Белогрудый, а не предателем. Ты всё ещё можешь отказаться от той жизни, которую выбрал для себя Сталь. Я вижу, что ты не успел прогнить до основания, — послышалось шептание сквозь его белоснежную шерсть.
Призрак впился в него тепло-желтыми, живыми глазами и чуть прикрыл веки. Похоже, что я слишком очевиден со своей позицией, раз меня могут раскусить так просто. Я следую за братом, потому что он мой островок прошлого. Но в остальном... я не желал и не желаю погибели котятам, ученикам и простым воякам, у которых есть свои привязанности, которые просто хотят жить рядом с тем, кого они любят. Изгнанник ничего не ответил, лишь молчаливо зыркая в сторону Черепа. Он пытается воззвать к моей совести?
- Тебе не нужно подчиняться тому, кто заставляет тебя делать грязные вещи.
— Тогда кому? — устало, холодно и голодно шепнул он, а затем выскользнул из объятий и стряхнул противника с себя. Теперь он, наконец-то, мог спокойно дышать.
Да кто меня примет, кроме брата? Новый предводитель Реки, который будет заставлять меня ползать на брюхе с извинениями, а соплеменники будут гоготать, глядя на это представление? Этому мне подчиняться? Призрак сжал губы до боли и стряхнул капли крови, которые неприятным ручейком стекали с его шеи. Я пытался изменить уклад племени, когда ступил на тяжкую тропу предательства. И проиграл. Теперь я буду вечно тащить это бремя на себе.
Череп пытался ударить его в бок, но Призрак ловко отскочил от удара, а затем, воспользовавшись тем, что противник отвлёкся, бросился вперёд и ударил Речного в голову, тем самым оглушая того. Изгнанник получил полную волю действий, царапая и кусая бока противника, а затем он вжал его в землю, тяжело дыша и переводя дух. Он мельком глянул вокруг себя и понял, что их троица выиграла. Левиафан громко, с ненавистью рычал и скалился, и Призрак на миг испугался, что тот даст им приказ распороть брюхо Речным воителям. Если Обскура это сделает без всяких вопросов и совершенно безжалостно, то я... что я сделаю? Но всё обошлось.
— Отпустите оставшихся.
Череп глянул на него, и их взгляды вновь встретились.
- Послушаешься или поступишь по-своему? Во всяком случае, спасибо, что дрался как воин, а не бродяга.
У изгнанника удивленно затрепетало сердце.
— Мне твоя смерть ни к чему, — ответил он и перестал на него напирать всем телом, — ступай.
Призрак отскочил и направился к брату, к которому уже присоединилась Обскура. Изгнанник чувствовал себя неважно. Тело ломило от таких частых драк — сначала Лютоволк, а теперь Череп. Сейчас белоснежному просто хотелось прилечь где-нибудь. Моя головушка. Она просто раскалывалась. Призрак уселся возле Левиафана и перевёл на него взгляд, мол, что дальше?

+6

19

От пронзающей все тело боли чуткие ушки сильно заложило. Звуки битвы сильно притупились, оставляя место глухой пульсации крови. Она сглотнула, в отчаянных попытках все-таки дотянуться до лапы. Но кошка отпрыгнула, отпустив трехцветную шкуру, которая успела сполна пропитаться кровью. Малютка никогда не задумывалась о том, что битва имеет тоже свой запах, свой звук, свою атмосферу. Страх, боль и гнев переплетались с запахом крови и запахами котов. Казалось, свежий, морозный воздух был тяжелым, точно перед грозой, а отовсюду слышались душераздирающие вопли боли и угрожающее шипение. Она моргнула. На белоснежном покрывале снега появились красные пятна.
Воплелап валялся где-то в стороне, а одиночка шла прямиком на Малютку, раскачивая тонким хвостом из стороны в сторону. В ее глазах Малютка не увидела ни тени сомнения в желании поскорее убить ее. Кошечка сделала шаг назад, судорожно обдумывая, что же делать дальше. Бросаться под лапы? Убегать? Бить в морду?
Совершенно внезапно, в воздух взмылся Воплелап, точненько приземляясь на спину незнакомки и... заорав. Да так громко, что птицы разлетелись по ночному лесу, а обладательница медовых глаз прижала ушки к голове. «Беги, глупая, быстрее пока она не оклемалась». И Малютка побежала. Наверное, настолько быстро ученица не бегала никогда. Резво затормозив, она проскользила по земле и вцепилась в заднюю лапу. Теплая кровь брызнула в рот и Речная едва сдержалась, чтобы не отпустить свою «добычу» и хорошенько не проплеваться. До того омерзительна была кошачья кровь. Но кошка лишь сильнее стиснула челюсти. Настолько сильно, что их начало сводить. «Если пробраться под брюхо, можно ударить ее в поддых, у нас будет преимущество».
Малютка, резко разжав челюсти, попыталась осуществить задуманное, но, одиночка оказалась быстрее и легко откинула хрупкую ученицу в сторону, оставив на память царапины на морде.
Раны жгло, а тело ныло от усталости. Из пасти то и дело вырывались облачка пара от прерывистого дыхания. Шерсть стояла дыбом, перемазанная кровью с налипшим на нее снегом. Был дан приказ отпустить их. И отдал его тот же, кто приказал напасть. Малютка прижала уши, чувствуя себя опозоренной малявкой, которую просто пощадили. Ну нет, она обязательно научится сражаться, чтобы в последствии она могла сражаться на равных и не вызывать жалости у соперника. Они проиграли эту битву. Это нужно просто принять.
Кошечка сделала глубокий вдох, подойдя к Воплелапу, готовая в любой момент оказать помощь.

+3

20

Он даже не понял, что произошло. Перед глазами мелькнула золотистая лапа — и тут же что-то сильно ударило его по голове, разрывая щеку острыми когтями и отбрасывая назад. Оруженосец, выпучив глаза от невыносимой боли и глядя ими куда-то перед собой, раскрыл пасть в безмолвном крике, когда приземлился боком на что-то твердое и холодное, а потом прокатился добрый лисий хвост по примятому снегу. Распластавшись, Воплелап зажмурился, терпя нахлынувшую волну резкой боли в голове и ушибленном боку. Тело не реагировало на приказы ещё не отошедшего от встряски головного мозга, поэтому несколько секунд котик по-мертвецки лежал в сугробе, и лишь едва заметные движения груди подсказывали, что он ещё жив. Сознание его словно отключилось, он не чувствовал в себе сил даже подумать насчет своего положения, не то чтобы позвать на помощь. В ушах все ещё звенело, когда тот открыл свои глаза и пустым взглядом посмотрел перед собой. Картинка то и дело расплывалась, словно отражение на поверхности реки под порывом сильного ветра, и лишь по черно-рыжему пятну, коим являлась Малютка, он смог определить, где находится противник, которого он сначала принял за странный коричнево-золотистый пень. Что-то медленно ползло по его щеке, щекоча.  « Жуки? Странно, я не помню, когда их видел в сезон Голых Деревьев... » .
Когда оруженосец почувствовал, что контроль над его телом потихоньку возвращается, он медленно встал. Тут же что-то быстро проползло по его щеке, перейдя на подбородок, а затем упав на землю. Янтароглазый мутным взглядом уставился себе под лапы. Посреди белого снега различалось маленькое темное пятно. Вот что-то снова проскользило по шерсти и упало рядом с первым, впитавшись в снег. « Кровь?... » .
Внезапно он заметил, что звон в ушах понемногу затихает, а его место занимает яростное шипение и разъяренные крики. Переключившись на одиночку, стоявшую над соплеменницей, Воплелап, шатаясь, начал подходить всё ближе и ближе. « Потерпи ещё немного, Малютка, я иду ». Подогнув задние лапы и с силой оттолкнувшись от земли, оруженосец взмыл в воздух и плюхнулся  желтоглазой незнакомке на спину. Он и не надеялся, что этот прием у него выйдет — не в том он состоянии, да и времени особо на высчитывание шансов на хорошее исполнение своего хода не было. Ударившись пушистой грудью в спину кошки, серый когтями вцепился той в спину, дабы не свалиться, и сжал челюсти на плече. В уши ударил недовольный рык, и Воплелап с ужасом почувствовал, как "земля" под ним начинает шевелиться. Одиночка брыкалась, прыгала, остервенело щелкала острыми зубами где-нибудь в мышином усе от морды оруженосца. Тот сконцентрировал все силы на лапах, пытаясь хоть как-нибудь удержаться, но когти предательски скользили по гладкой шкуре, грозясь отпустить беснующуюся под ним противницу. Он не имел понятия, что делать дальше. Время на размышления не было, один неверный ход — и ему прокусят горло. Поэтому, набрав в легкие побольше воздуха и отпустив плечо, янтароглазый нашел ухо противника и завопил.  Завопил так сильно, как никогда раньше в жизни.
Его неожиданная атака подействовала: одиночка на мгновение зажмурилась и прекратила вырываться, явно недоумевая, что сейчас произошло, а потом пуще прежнего начала прыгать. Вот лапы предательски соскользнули с боков желтоглазой, и Воплелапа снова отбросило в сугроб, разве что посадка была более мягкой. Противница завыла и, переключившись на вцепившуюся в её лапу Малютку, забыла о существовании серого. Нет упуская своей возможности хорошенько напакостить кошке, янтароглазый собрал все свои остатки силы на то, что бы в прыжке сомкнуть свои клыки на шее противницы. На большего у него сил не хватило — он просто повис на ней, надеясь, что под своей тяжестью клыки сами глубже вопьются в золотистую шкуру. Хвост валялся вместе с задней частью тела на окровавленном снегу, передние лапы повисли в воздухе — в таком положении он находился некоторое время, пока враг приходил в себя. Силы покидали кота, он чувствовал, как челюсти медленно разжимаются, пытался это предотвратить, но уже было ясно — это его последний ход в этой схватке.
Клыки неимоверно болели, казалось, что они вот-вот сломаются. Воплелап закрыл глаза и прижал уши к голове. « Будь что будет ». Одиночка нахохлилась, словно воробушек, и двумя резкими скачками откинула от себя оруженосцев. Челюсти сами собой разжались, и коротколапый шмякнулся наземь. Перевернувшись на бок, он широко раскрыл рот и высунул язык, пытаясь отдышаться. Быстрый взгляд, брошенный на поле битвы, показал, что они потерпели поражение.
Разноглазый кот, ранее сшибший Толстолобого с лап, теперь медленно подходил к оруженосцу. В другой ситуации Воплелап бы подскочил на лапы и встал в защитную стойку, но сейчас он, выдохшийся, мог лишь наблюдать, как враг подходит всё ближе. Белый зачем-то начал разглядывать оруженосца, заставив того встревоженно прищуриться, а после впился своим взглядом в янтарные глаза малыша.
— Передай от меня привет Миражу. Скажи, что я хочу его видеть. Эти слова будут платой за жизни твоих соплеменников, в противном случае мы убьём каждого, — сказал он, а после, отвернувшись в сторону глашатая, бросил своим напарникам  — отпустите оставшихся.
Вся внутренняя сущность Воплелапа так и голосила « Давай же, ударь его! Вцепись ему в глотку! Покажи, что мы просто так не сдадимся! », однако никакой из этих приказов он выполнить не мог, поэтому ему оставалось лишь прожигать своим злобным взглядом белую как снег спину уходящего главаря вражеского отряда.

Отредактировано Воплелап (2018-01-10 11:21:43)

+3


Вы здесь » cw. дорога домой » нейтральные леса » родник