РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ
Наконец, стали известны имена активистов апреля. Спасибо всем за активные отыгрыши, за ваши голоса и участие!

ПЯТЬ ВЕЧЕРОВ
А под прицелом большая мама Пантера. И пока ее не отвлекают дети, спешите задать вопросы!

cw. дорога домой

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » речное племя » главная поляна


главная поляна

Сообщений 361 страница 380 из 451

1

http://s9.uploads.ru/GWnsP.png


Главная поляна Речного племени – открытое светлое пространство, где всегда кипит жизнь. Сердце лагеря, которое воители будут защищать до последней капли крови, располагается на берегу небольшого пруда, куда впадает река, являющая главным источником пропитания. С самого рождения котята окружены стихией, благодаря которой их племя получило своё имя. Сам лагерь по периметру от пруда преграждён густыми зарослями камыша, что защищает от ветра и любопытных глаз. С другой стороны над лагерем возвышается огромная каменная скала, в основании которой располагаются палатки предводителя и целителя, а чуть поодаль, у подножия, и жилища всех остальных членов племени. Речные воители постарались, переплетая ветки камышовых зарослей с осокой и плетьми ежевики, бережно обрывая колючки, особенно в детской, дабы молодняк не поранился. Свои палатки коты украшают перьями водяных птиц, блестящими чешуйками, камушками и раковинами, что найдутся на берегу пруда. Одним словом, лагерь Речного племени – это прекрасно защищенное и уютное место, надёжно скрытое от глаз недоброжелателей.


+1

361

→ Палатка предводителя

Очнувшись, Серебро Звёзд ожидал, что Сталь будет стоять над ним с намерением снова вцепиться в незащищённое горло. Но, открыв глаза, предводитель не обнаружил ни бывшего соплеменника, ни его смертоносной подруги. Кот неуверенно поднялся на лапы, и с удивлением понял, что уставшие мышцы не ноют, а глубокие раны исчезли, будто бы их вовсе и не было. Первые мгновения кот пребывал в крайне странном состоянии - на грани сна и реальности. Еще совсем недавно Серебро был убит и погрузился в темноту, за ней следовал тянувшийся вечность сон, призрачные Звёздные предки, ощущение лёгкости… а затем вновь реальность : полумрак пещеры и горьковатый запах крови. Чувства постепенно возвращались к нему, и Серебро Звёзд сделал шаг вперед, будто не уверенный в том, что лапы станут его слушаться. Но прикосновение прохладного мха к подушечкам вернуло предводителю осознание происходящего, и он будто впервые услышал раздававшиеся снаружи звуки битвы.
Пятнистый выскочил из пещеры с намерением отыграться за упущенное время, но вскоре осознал, что было уже слишком поздно. Поляна тут и там была залита лужами не то вражеской, не то племенной крови. Он видел клочья шерсти, грязь, песок, и снующих тут и там одиночек – сердце Речного племени было захвачено. Враги не только нагрянули нежданно, но ещё и состояли из более опытных, пускай когда-то и изгнанных бойцов. Где-то на краю поляны молоденькая Малютка одолела кота, в двое более крупного, и ещё более зрелого, чем она. Ручей победила в бою... Лаванду? Серебро Звёзд сжал зубы от обиды - такого он не ожидал даже от бывшей подруги.
И всё же, эти одиночные победы не сумели спасти племенных от поражения. Речные воины, не смотря на свой боевой запал, отчаянно проигрывали. Решив, что он не может позволить всему племени пасть в бою, зеленоглазый закричал, что было мочи.
- Речное племя, отступаем!
Серебро Звёзд заприметил изрядно потрепанного Толстолобого, и, быстро поблагодарив Звёздное племя за живого глашатая, подскочил к соплеменнику.
- Веди племя на Остров Советов, я должен убедиться, что все покинули лагерь.
Усталые и раненные коты один за другим покидали родные земли, словно испуганные неловким оруженосцем мальки, стремящиеся укрыться в облаке песка. Воинский Закон обернулся против его почитателей – убей они тогда, много лун назад, предателей, не знало бы Речное племя больше бед. Но всё это было сейчас не важно. Они потерпели поражение, а вместе с тем потеряли не только соплеменников, но и родной дом.
Мы ещё вернёмся – подумал Серебро, перед тем как последним покинуть лагерь. – И вот тогда никто из вас не уйдёт живым.

Старые ивы → Остров Советов →→

Отредактировано Серебро Звёзд (2018-02-27 19:11:04)

+10

362

Серый метался, пытаясь избавиться от чужих лап, впечатавших его в сугроб. Раскрывал пасть, вертел головой, силясь дотянутся до них, цапнуть посильнее, лишь бы поскорее выйти из лежачего положения, в котором любой желающий мог распотрошить оруженосцу брюхо.
Мда, похоже ты похож на Рыболова, даже больше, чем того хотела мать...
Слова только придали ученику сил, разжигая в нем и без того пылающую ненависть. Согнувшись, котик пустил в ход задние лапы, которыми начал бешено бить отца по его длинным лапам, стремившись вырваться. Из горла послышался хрип, который тут же обратился в яростный вопль. « ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ! »
Сила, придавливающая ученика, исчезла — и тут же обрушилась на него, мощно откидывая в сторону. Подавившись собственным криком и зажмурив глаза, Воплелап тяжело рухнул в сугроб. Острая боль оглушила, заставив скривиться и тихонько заскулить. Что-то вязкое и соленое стало стремительно наполнять пасть. Словно через сон до янтароглазого донеслась ядовитая реплика Миража, заставившая до боли выпустить когти и хаотично заскрести ими по насту, силясь нащупать опору. Котик уставился в пустоту, пытаясь перебороть сильную боль в прокушенном языке. Вокруг него шныряли фигуры, раздавались чьи-то голоса, вились в ночном воздухе запахи, чужие и родные — но они его не трогали. Серошкурый словно погрузился в дремоту: дыхание его стало тихим, челюсти расслабились, позволив нескольким каплям теплой крови упасть на снег, а глаза теперь были полузакрыты и невидящим взглядом обращены вперед. Затуманенный разум твердил только « Больно... больно... как больно же... » Лежа на боку и раскинув свои конечности, Воплелап старался не поддаваться накатившей слабости, пытаясь не опускать потяжелевшие веки.
Сбоку от него мелькнул чей-то рыжий хвост, скрывшийся за стеной оледеневших камышей. Промелькнула знакомая серая фигура.
Поверженный ученик понял, что и они проиграли. Теперь его соплеменники покидали лагерь, а он...
« Вставай! Ну вставай же! »
Маленькое тело вздрогнуло, янтарные глаза широко раскрылись. Страх холодком пробежался по серой спине, а в горле образовался ком. Нужно убираться, и делать это поживее. Нельзя здесь оставаться.
« Они уходят! Давай же, шевелись! »
Приподнявшись на дрожащих лапах, медленно встал, чуть покачнувшись. Из полураскрытой пасти стекла струйка темной жидкости, переходя на колючую шерсть на горле. Если бы у него оставались силы, он бы бросил в сторону врагов пару колких фраз — но сейчас он был не в состоянии. Не взглянув в сторону изгнанников, смиренно поплелся к выходу из лагеря, хромая. Облезлый хвост змеей тащился вслед за ним, оставляя после себя неглубокую бороздочку на свежевыпавшем снегу.

главная поляна речного племени  → прочь

Отредактировано Воплелап (2018-02-27 22:02:11)

+2

363

Давненько Лаванда мечтала пройтись когтями по шкурке ненавистной Ручей. И как хорошо, что желания сбываются, пусть в итоге и не в пользу красотки. Она прыгнула на спину серой кошке, рыча и шипя едкие фразы в сторону соплеменницы (или уже нет?), намереваясь одолеть ее. Жаль, конечно, что Лаванда не отличалась силой и мощью, а потому одолеть более крупного противника было почти невозможным. Но, собрав всю ненависть и злобу, скопившуюся за время, которое Лаванда провела в гордом одиночестве: после расставания с Серебром Звезд, кошка выбросила ее на Ручей. Потом была попытка вцепиться зубами в холку, чтобы как следует дернуть и встряхнуть соплеменницу, но ловко, как рыбка, серая отскочила в сторону и припорошила глаза Лаванде, из-за чего красотка на время потерялась в пространстве и опешила от таких выбросов со стороны соперницы. А потом получила увесистой лапой по морде, - ну уж такое простить никак нельзя. Попятившись, Лаванда попыталась в очередной раз отскочить от нападок Ручей, но безуспешно - Ручей нависла над ней, грозно скалясь.
"Нет, такого не может быть, ей просто везет, неимоверно везет... Звездное племя на ее стороне? Значит этих умерших котишек больше не существует для меня, раз они не видят за ее милой мордашкой исчадие самых темных сумрачных лесов!" Лаванда со злости ударила задними лапами в живот, немного отталкивая от себя Ручей, но убегать кошка еще не готова - надо закончить дела, надо прибить эту гнусную рыбомордую пиявку.
Лаванда оскалилась и со всей силы клацнула зубами, надеясь вцепиться в горло сопернице и раз и навсегда покончить с ней, но что-то тяжелое прилетело ей по голове, и кошка сильно стукнулась головой о снег. В голове закружило, и вскоре очухавшись, Лаванда поняла, что Ручей убежала, впрочем, как и многие бывшие соплеменники.
Кошке не было смысла уходить следом за племенем, потому что ее племя осталось дома, в родном лагере. Лаванда осмотрелась, многое еще плавало в глазах, все-таки Ручей сильно ударила по голове. "Грязная кошка, теперь будет гордится своей победкой. Ну ничего, война только началась, дорогуша..." Свирепо подумала Лаванда, натыкаясь глазами на Миража, но заметив как тот подзывает ее к себе, кошка смущенно опустила взгляд. Медленными, аккуратными шажочками, кошечка приблизилась к коту, присела рядышком и скромно начала умывать свою мордочку. "Наверняка я выгляжу ужасно... растрепанная и страшная... А он на меня смотрит, какой кошмар."
- Не смотри на меня, не сейчас, - резко выпалила Лаванда, поворачиваясь к Миражу филейной частью, продолжая свое преображение из грязнули в суперскую красивую кису.

+3

364

из заморозки


   Душа Миндаль ликовала, а едва-едва затягивающиеся ранения — приятные следы с самой последней одиночной вылазки в обитель лесных воителей — шипели и танцевали на шкуре, готовой цеплять новые серии ударов, прикрывая бока родных состайников. Её непринуждённый лик едва ли могла тронуть хоть какая-то эмоция, но болезненное напряжение челюстей заметно проступало сквозь шерсть — кровь тех, кто когда-то смел охотиться с Миндаль бок о бок, звенела в её когтях и мелькала во рту с характерным металлическим послевкусием. «Вы все этого заслужили», — она повторяла эту фразу раз за разом без тени сожаления, и какое-то жестокое наслаждение она испытывала во всей полноте красок.

   Настоящие враги уже отомщены.

   Количество речных воителей, продолжающих вести отчаянную борьбу с захватчиками, быстро стремится к нулю — бросив взгляд в сторону выхода, она могла наблюдать своих бывших соплеменников, горной речкой пробивающихся к спасению. То тут, то там мелькали искоцаные фигуры. Суматоха и хаос пришла в когда-то безмятежное жилище — звуки яростного боя, стоны заполонили поляну, палатки — неведомые живогрызы — разинули свои клыкастые, тёмные пасти в ожидании лёгкой добычи. Праведная ярость затмила чистый рассудок Миндаль, и она гнала непригодных с ныне своих территорий. Итог был предрешён, и она верила в эту мысль, эта идея вдыхала в ней вдохновение. Миндаль чувствовала себя по-настоящему живой, а значит, больше никаких Карпозубов, стычек, воровства и заполненных живыми душами хижин с сырыми досками под лапами вместо подстилки.

   Последний соперник покинул свой дом, который самым наглым образом заняли более сильные противники — всего-лишь истина, закон природы, которому мир не способен противиться. Миндаль до тянущей боли в рёбрах вбирала воздух, ощущая приятное напряжение в мышцах своего тела — клочки горячего пара вырывались из её горла. То был повод слабо улыбнуться. Победители упивались этим днём, все они заслужили отдых и признание, возможно, своими собратьями и противниками, возможно, самим звёздным племенем. Всё должно было начаться с самого начала. Для всех. Она села, задумчиво сверля взглядом проход, через который речные котишки трусливо покидали свой лагерь.

   — Могли ли они представить, что всё обернётся именно так? — боюсь, что нет. Байки о могуществе звёздного племени подошли к концу, поскольку предки отвернулись от своих последователей, лишив их дома таким жестоким и болезненным образом. Их сердца — холодные вершины гор. Их глаза — звёзды. Они не могу проникнуться чувством к живому по-настоящему, поскольку они утратили своё тепло. Миндаль была уверена в этой религиозной ереси.

Отредактировано Миндаль (2018-03-03 12:39:26)

+3

365

- Детская

Торопливо выскочив из затенённой детской, Опарыш сощурил мгновенно заслезившиеся глаза и, облизнувшись и выпятив хилую грудь, важно посеменил к Лютоволку, на ходу выкручивая голову во все мыслимые и немыслимые стороны, стараясь разглядеть и белоснежную шкуру Левиафана или его буро-рыжую прилипалу.
«Везёт же кому-то», - завистливо думал одиночка о судьбе Обскуры, так складно пригревшейся у бока разноглазого лидера. Ему самому приходилось костьми ложиться, чтобы иметь такие же привилегии, но он не жаловался - Дизель в этом смысле был весьма неплох и покладист.
В лагере царила разруха, пахло кровью и мокрой шерстью. Заинтересованно рассматривая новых присоединившихся, Опарыш едва не налетел на Лаванду, но вовремя отскочил и тихо зашипел, недовольно дёргая усами.
- Лютоволк! Посторонись, вонючка, у меня донесение. Лютово-о-о-олк! – задыхаясь на ходу, повизгивал курчавый котик, расталкивая плечами сошек поменьше. – Левиафан! Мы захватили котят и эту, как её, корову? Королеву? Их матку, в общем. Что делать с ними? И Дизелю нужны лекарственные травы. Так что котята захвачены, да, - откровенно расточая любезные улыбки и стелясь мягкой моховой подстилкой, елейно пел серо-бурый котик, приплясывая перед вожаками.

Отредактировано Опарыш (2018-03-03 12:56:26)

+3

366

Нагло уставившись на умывающуюся воительницу, он хрипло фыркнул. Не сейчас? Длинная лапа прошлась за ухом, смывая чужую кровь, лениво потянувшись, Мираж в последний раз оглядел принявшую его сторону соплеменницу. Новое приобретение приятно грело, в какой-то степени, даже горячило.
  — Не забудь обработать раны, - медленно моргнув, он небрежно дернул плечом. У них до сих пор не было ни одного лекаря, если оставшиеся знания Виверны еще могли внушать какую-никакую надежду, то в бродяжных травников Мираж абсолютно не верил.

Постепенно одиночки расползлись по поляне, каждый нашел себе место, и даже дышать стало как-то свободнее. Прищурившись, черношкурый смерил Лютоволка пристальным взглядом, едва заметно кивнув в солидарность с проделанной работой.
  — Ты была прекрасна, - настороженно осмотревшись, Мираж убедился, что слова черно-белой не были предназначены ни одному конкретному коту и, самодовольно обвив самку хвостом, положил длинную морду ей на макушку. Кошка все еще пахла чужой кровью и недавно затихшей битвой, но ему было все равно. Шумно выдыхая через нос, черношкурый лишь изредка поглядывал на Левиафана, полностью сконцентрировавшись на уединении с Миндаль, которого у них так давно не было. Иногда повисшую тишину нарушали его редкие фразы, ради них Мираж не видел смысла прочищать горло, негромкой хрипотцой вещая в кругленькое черное ушко.

Когда их раны кое-как обработали, так и не дождавшись Левиафана, воитель вынырнул за стены лагеря, намереваясь перетащить тело Жемчужнолапки к остальным, сложенным в одну кучу на краю поляны. Какого было его удивление, когда трупа на оставленном месте не оказалось.

дальний лес 

+4

367

Ты была прекрасна, — столь лестное замечание из уст Миража грело душу Миндаль, заметно потеплевшей и отвлёкшейся от раздумий с появлением на горизонте практически родного и великого черношкурого кота. Она не упустила возможности улыбнуться так загадочно, как улыбаются только настоящие обворожительные представительницы прекрасного пола, и прикрыла глаза, наконец ощутив покой на душе — что-то прежде невиданное очнулось в её глазах, что-то, что просыпалось только с появлением именно этого прекрасного черта. Когда он обвил её своим хвостом, хозяйски и как-то совершенно по-домашнему уложил свою длинную, горбоносую голову на её макушку, Миндаль вздрогнула, всё ещё не готовая к таким внезапным ласкам прямо на глазах у всей стаи — смущение вздрогнуло в её усах, но ощущать себя в таких своеобразных объятиях ей бесспорно нравилось. Каждая клеточка тела точно вибрировала от бархатного мурчания, которое рвалось из горла.
Она теснее прижалась к Миражу и ответила комплиментом на комплимент.

   — Ты тоже, — она окончательно растворялась в нём, как снег на пригорке в лучах весеннего солнца. Быть Юным Листьям, быть! Быть свежим и обновлённым, неизменно тёплым! Уже чуть громче она проронила своим отяжелевшим голосом, — я соскучилась.

   К сожалению, прежде им не удавалось видится достаточно часто — даже подготовления к совместной битве они вели порознь, что было не удивительно. Мираж — фактически, вражеский лазутчик, шпион в тылу ненавистного племени, прекрасно справлялся со своей работой, и Миндаль даже не сомневалось в успехе данной операции, тем более отданной черношкурому в распоряжение. Иногда Миндаль чудилось, что стоит ей случайно отвернуться, как цепкие щупальца вечных обязанностей утащат его в общую суматоху. «Иногда нужно отдыхать, причём отдыхать по заслуженному тарифу», — она обречённо выдохнула.

   Теперь же это всё не имело значение. Теперь он вместе с ней. Теперь он тоже предатель, и они вдвоём ютятся в маленькой лодке, заброшенной в объятия бушующего океана стремительно разворачивающихся событий. Сейчас же воды успокоились, позволяя зачинщикам глобального переворота отдохнуть от бродяжнической доли. Они обрели дом.

   — Пора бы подлатать свои раны, — тихо пролепетала кошка, отстраняясь от Миража, напоследок мягко коснувшись своей щекой его бока, со вздохом она попыталась выразить что-то невыразимое каким-то вкрадчивым выдохом и скромной улыбкой, — я рада тебя видеть, Мираж.


палатка целителя

+1

368

Ты сидел в кустах, приводя себя в порядок. Повезло на этот раз, и ты отделался только одним расцарапанным лбом. Хотя, отмывать кровь с глаз то еще удовольствие. Весьма сомнительное и неприятное. Не смотря на победу одиночек, ты все еще испытывал сладкое разочарование. Оно прекрасно перебивало неприятный привкус собственной крови. Хвост нервно подрагивал, собирая на себя какую-то дрянь. Их победа не была, далеко не была твоей личной. Не говоря о том, что ты проиграл сражение малюсенькой одиночке.
Мне нравится.
Не всегда же выходить победителем. А такая череда из проигрышей, вообще шла тебе на лапу. Возможно, все же судьба сжалилась и теперь больше не будет приходить тебе на помощь? Ты в конце концов сможешь со покойной душой наложить на себя лапы. И никто не спасет тебя, никто тебе не помешает.
Ах если бы.
Только вот, если судьба так в падлу подкидывает тебе проигрыши, то почему вдруг она в падлу не подкинет очередное спасение?
Хватит об этом.
Ты закончил с умыванием, убедившись, что стал достаточно чист, для одиночки. А запекшееся кровь никак не мешает твоему передвижению и зрению. Пора оценить обстановку, что происходила на поляне. Коты явно праздновали победу, а некоторые из бывших речных котов радостно приветствовали друг друга. В лагере осталось несколько заложников, хотя их смысла ты не понимал. Это только лишние рты, а еще и проблемы. Если Речное племя не растеряло своего благородство, оно обязательно вернется за частями своей стаи. Но в этот раз не тебе указывать кому и что делать, хотя заложников, пусть они будут. Некоторые из котов были серьезно ранены, кто-то уже просто свалил с поляны на прогулку по территории. Казалось, многие из бывших были безумно рады вернуться сюда. Видимо, у них осталось понятие о доме и даже родных мордах. Немного неожиданное поведение, для суровых и диких одиночек.
Это как-то мило.
Все было сухо и не организованно. Никто даже не подумал о тех, кто остался в бывшем доме людей. Что их, как минимум нужно позвать в новый дом. А особенно, позвать лекарей. Трехцветный говорил тебе что-то об этом, да. Но это была приватная беседа, так что кто-то другой мог и додуматься до подобных действий. Однако, все предпочли зализывать раны и трепать языками.
Интересно, как они дальше собираются жить вместе?
Победа победой, но организованность обязана была присутствовать. Ты фыркнул, выбежав на центр поляны, еще раз окинув ее мертвым взглядом. С сожалением, пришлось отметить, что чувство разочарования исчезло, а ликования так и не пришло. Ты даже ни одного звука не издал, пока другие открыто праздновали победу. Нервно дергая шерстью на спине и хвостом, ты направился на выход из лагеря. Или мнимого дома, это не так важно.
-------------------- Хнездо-------------------------------

0

369

Лютоволк ликовал и заливался раскатистым хохотом, замерев лишь на одно мгновение.
Ибо услышал желанное.
- Речное племя, отступаем!
- Отступайте, паршивцы! - вскочив на чуть выступающий небольшой камень, серый великан распушился еще больше, провожая взглядом улепетывающее войско недругов.
И это великое Речное племя? То, каким сделали его предки? Ты испортил его, Бурозвезд - ты и твои сопляки, которые добрались до власти каким-то глупым стечением обстоятельств. Смотри теперь, смотри, Бурозвезд, что стало с твоими любимыми соплеменниками.
Теперь это наш дом.

Стрельнув колючим взглядом куда-то к небу, где уже занимался рассвет, здоровяк соскочил со скользкого камня, глухо рыкнув от боли в плече: все-таки, Толстолобый - не котенок малый, потрепал его. С удовольствием бросив взгляд на палатку целителей, откуда пахло травами и откуда уже вытаскивали чей-то труп, Лютоволк прошелся по лагерю, охватывая жадным взглядом чуть подразрушенный, но дом. Да, палатки чутка подкосило из-за буйных битв, и вояка остановился у детской, возле которой собралось многовато народу. Мимо прошел Мираж, и великан обменялся с бывшим соплеменником уважительным кивком: его вклад никто не забудет. Кот пошел дальше, к Миндаль, а Лютоволк снова обратил внимание на детскую. Недовольно ворча от совершенно неуместной толпы, Лютоволк с любопытством растолкал плечом соратников, заглянув в детскую и узнав в лежащей без сознания кошке красавицу-Каштанку.
- Лютово-о-о-олк! – курчавый прихвостень Дизеля обратил на себя внимание серого здоровяка, и он опустил взгляд вниз, к Опарышу, в легкой брезгливости одернув переднюю лапу. – Левиафан! Мы захватили котят и эту, как её, корову? Королеву? Их матку, в общем. Что делать с ними? И Дизелю нужны лекарственные травы. Так что котята захвачены, да, - отчитался соратник, и Лютоволк поднял задумчивый взгляд на Каштанку.
- Жива? - чуть обеспокоенно рыкнул Лютоволк на Опарыша, впрочем, взглянув на него не без довольства. И прежде, чем услышал ответ, и даже прежде, чем задумался, какой засранец посмел посягнуть на завоеванную им кошку и запихнуть её в детскую, серый уставился на нечто несуразно-лохматое, громкое и смешное.
- Эт-то еще что? - усмотрев под лапами Крестовничка, а после и остальных малышей, жмущихся к оглушенной Каштанке, Лютоволк недоуменно распушился.

Отредактировано Лютоволк (2018-03-04 21:29:49)

+3

370

----- территория небесного племени

Конечно, она поступила дурно. Неоднократно. Вот только что посвятили в воины - а она не только не стала охотиться, хотя Звездошейка напрямую приказала ей, не только ушла с территории своего племени, но и проникла на чужую! Однако что ещё ей было делать, когда по запаху выяснилось, что одиночек вовсе не двое - их целая стая! Вдруг это опасно для всего леса?
Не так и давно приобретённая беспечность и лёгкость гнала её вперёд, по следу непонятных и угрожающих котов. Я - Железнобокая из Небесного племени, и я прослежу, чтобы моему племени не угрожала никакая опасность. Я - воин! В этом было непривычное для неё самодовольство, она купалась в нём, в осознании собственной силы.
Глупая, глупая...
Войти в чужой лагерь...не как к себе домо, конечно, но предательская ветка, так некстати хрустнувшая под лапой...
Лагерь был полон запахом одиночек. Звёздное племя, что с Речными котами? Их изгнали? Но я чувствую запах нескольких, однако одиночек намного больше... Целое племя, насмешка над лесными племенами.
Она надеялась, что хруст ветки не услышит никто, но нет. Железнобокая заполошно заметалась, но стало только хуже - и она с истошным, жалким мявом вывалилась на поляну прямо под чьи-то большие лапы, попыталась вскочить - но поскользнулась на чьей-то замёрзшей крови.
Какая же ты дура, Железнобокая...

+3

371

Головная боль постепенно проходила, но при этом ликование в груди оставалось до сих пор. "Ах, трусливый Серебро Звезд так смешно сбежал с родного лагеря, поджав хвост к животу так сильно, а за ним смылись и все слабаки, сверкая пятками." Как давно Лаванда не получала такого глубокого удовлетворения, как сегодня. И хоть она не любила битвы (и проиграла Ручей), но сегодняшняя драка придала воительнице столько довольства, сколько не давали ей все эти бессмысленные скандалы и споры.
- Позорно называть себя теперь речной кошкой, они все сбежали, не смогли защитить родной дом, котят, - Лаванда видела парочку соплеменников, которые остались в лагере, но они явно были всеми лапками за одиночек и изгнанников. Глазки воительница косила в сторону Стали, возможно даже что-то внутри шевелилось от одного взгляда на этого кота, ведь все-таки у них есть общее - котенок. "Эти два гада испортили мне всю жизнь." Лаванда намеренно направилась к Стали, желая высказать ему все накопившееся.
- Вы только посмотрите, нежданные гости, или вас ждали? - сверкнула глазками на Миража. Лаванда говорила не громко, но уверенно, с максимально стервозной мордой, - Уж я то точно не ждала, папаша. Твой сынуля вообще не в тебя пошел, трусливый,
как мышонок, сбежал за всеми. ТЫ, как ты мог так поступить со мной?! Оставил одну, против всех, они все-е-е, настроились против меня,
- Лаванда попыталась выдавить из себя слезы, и она продолжала с жалобный голосочком, - Я учила сына, но он не хотел быть таким как ты, и стал трусом. А ты ни разу не появился в его жизни, не показал, какой ты, какой ты... - кошка с презрением посмотрела на Сталь, - мерзкий и противный, терпеть тебя не могу.
Лаванда фыркнула и отвернулась.

+5

372

детская ▼ 

Услышав голос отца, Дизель тут же подорвался, высовывая квадратную морду навстречу. Медленно моргнув, он потеснился, пропуская Лютоволка к разрушенной палатке, меняясь с ним местами.
   — Я придушил ее, чтобы она не сбежала, - будто невзначай бросил, горделиво тряхнув косматой гривой - а, это ее дети наверное. Их много там, не знаю, что с ними и делать.. - его взгляд переметнулся на Опарыша и исполин с добрым прищуром махнул хвостом в сторону кучи с едой.

Увидев, что Лютоволка мелочь явно заинтересовала, он с тревогой покосился на оставшихся в детской товарищей, а потом вспомнил о более насущных делах.
   — Нам нужна свежая пища, но для этого нужно укрепиться на территориях.. - Дизель тщательно подбирал слова, оставляя на подтаявшем снегу следы когтей - мы.. должны ли мы их пометить? Другие племена рано или поздно узнают, - помолчав, трёхцветный обернулся на скандалящую Лаванду - как нам себя с ними вести?

И без того примятая, ломкая от морозов, стена камышей натужно заскрипела. Машинально подавшись вперед, Дизель подхватил скатившуюся с холма небольшую серую кошечку.
   — Ты чего? - округлив глаза, он шумно выдохнул и только тогда осознал, что она не из многочисленной разошерстности одиночек. От дымчатой шерстки пахло небесным племенем - ты что, следила за нами? - тут же изменившись в лице, он прижал ее к земле крепче - отец, а с этой что делать?

+5

373

----> палатка целителя
Стоило Кокосу выйти из палатки, как он увидел своих и пленников. Лидеры болтали о своем, это было не удивительно. Внимание привлекла явно обиженная особа. Она сидела рядом со Сталью, но явно была не довольна его видеть. Она была довольно красивой, более того, напоминала оруженосца - мать детей Кокоса. Жаль, что она умерла при родах. Возможно, Кокос забрал бы ее с собой. Но это осталось в прошлом. е сказать, что кот сильно горевал по матери своих детей. Вовсе нет. Эта красавица была пушистой кошечкой, ее шерсть была светлой с темными отметинами на морде и лапах. Она была прекрасна внешне, но стоило и посмотреть ее внутренности.
- Не пристало такой прилесной даме иметь такое обиженное выражение мордочки. Позвольте, вам больше пойдет улыбка. С ней вы станете еще прекрасней, - Кокос с легкой лисьей улыбкой подошел к прекрасной кошке и присел напротив нее.- Позвольте представится. Мое имя Кокос, я являюсь родным братом Лютоволка, один из банды одиночек. А вы?... - кот прежде не видел ее среди одиночек. Но она явно была знакома со Сталью. Хотя, пес ее знает, может быть она одна из пленниц? Так или иначе, с ней стоило пообщаться. Она была слишком хороша собой, чтобы упустить ее.

+1

374


Руж разумеется пошла по очень отчетливому следу ушедший на бой одиночек не просто любопытства ради, она собиралась выяснить. что именно происходит и как обернулись дела до того как это затронет лично ее. Если эти "горе-захватчики" проиграли тогда она исчезнет побыстрее - к чему ей неудачники? Если победили, то лишний раз докажет что умеет предвидеть события грядущего и займется их ранами, только укрепив свою репутацию. Она шла по следу настороженно прислушиваясь и приглядываясь к незнакомой земле, когда все растает здесь будет сущий кошмар это точно, такая сырость. Но морозы скрыли это все, по мере ее приближения к логову этого племени она отчетливо улавливала запах крови, но тишина подсказала ей - битва закончилась, но каким исходом? Конечно поход сюда был риском, но риск того стоил. Тем более что прислушавшись она уловила знакомые голоса - Лютоволк и его властный тон не оставляли сомнений, что племенные коты потерпели сокрушительное поражение. Их удаляющийся след полный запаха рыбы она почуяла чуть раньше, что придало ей уверенности чтобы приблизится к промерзшим камышовым стенам. Так вот где они живут?
- Духи сообщили мне о вашей победе, - заявила она, пересеча невидимую линию отделяющую это убежище от остального мира. И со сдержанным любопытством огляделась. Что же, это была не чета каменным стенам прямоходов, они строили надежно, можно сказать на века. А тут, ветер дунет и развалится. Еще и жить тут? Руж сильно сомневалась что эти... она даже не могла подобрать слово в своем лексиконе, в общем это место может защитить их от холодов. Больше всего они напоминали птичьи гнезда. Наверняка ветер задувает. Если это построили племена, то они точно странные. Хотя одна из этих... построек, привлекла ее внимание, изнутри доносились запахи трав, некоторые из которых она могла разобрать и идентифицировать. К тому же она казалась крепче и уютнее остальных. Поспорить с ней могла лишь та палатка из которой несмотря на кровь и вонь одиночек кругом доносился запах молока и котят. Критически оглядев эту постройку Руж пришла к выводу, что если немного переделать, завесить вход мхом, укрепить и создать полумрак, пожалуй это будет отвечать ее запросам и главное статусу. Отличные перспективы! Коты должны дрожать заходя к ней. - Лютоволк, я могу занять эту палатку? - поинтересовалась она, указав нужное направление. Лидер как раз склонился над оглушенной кошкой которую она раньше не видела, видимо пленницей, и ее котенком. Так или иначе кому-то придется заняться ранами. По крайней мере первый шаг у них был успешным, посмотрим что дальше. Быть на стороне победителей предпочтительно. Хотя их методы и были варварскими, но пока они не касались самой Руж, ее это мало волновало.
- Раненных попрошу подойти сюда, - велела она, после того как заглянув в палатку обнаружила настоящую сокровищницу. Часть трав ей была даже неизвестна, но паутина, календула и лопуховые листья с корнями были как нельзя кстати. А то она даже подзадержалась кто-то уже оккупировал палатку. Оставив задачу изгнания непрошенных гостей из ее норы на Лютоволка. "Только попробуйте затоптать эти травы!" Руж разместилась у самого входа. - Если хотите чтобы травы и воля духов с моей помощью помогли залечить ваши раны.

Отредактировано Руж (2018-03-07 13:23:52)

+2

375

Кошечка хотела выцарапать обидчикам приёмной матери глаза, но была вышвырнем из детской.
Черничника почувствовала себя очень уязвимой, когда её вместе с братьями вытолкали на главную поляну. Она поверить не могла, что отец сбежал и не забрал их с собой. Как он мог?! Кошечка не помнила чтобы он даже старался это сделать. Наверное чёрная и сама могла бы убежать, то она просто не могла оставить Каштанку.
Малышка прижалась боком к своим братьям. Хоть так она чувствовала хоть какую-то уверенность. Но если думать логично - эти коты смогут проглотить её за один раз. Это значит, что нужно прикусить свой язычок? Не тут то было.
- Зачем вам наш лагерь? Вы же не племенные коты! - ощетинилась маленькая смоль, воинственностях распушив загривок. Она на знала кому адресовала это, все окружающие были на одной лицо (Кокос).
- Лаванда! - вдруг ахнула малышка, увидев рядом с котом знакомое лицо. Каштанка говорила, что они раньше были с Туманницей хорошими подругами. Значит она пришла сюда спасти их! Она заберёт их! - Лаванда! Ты пришла за нами!

+3

376

<<< ---------------- детская

- Мама, мамочка! - Крестовничек, использовав всю свою детскую вёрткость, выскользнул из лап Мявры, как скользкая рыбка в лапах новичка-рыболова, и кинулся к очнувшейся Каштанке, от радости заплетаясь в лапах.
- Мама, мама, ты жива! - разноцветный с разбегу уткнулся мордой в бурую грудь и глухо заурчал от счастья. Весь остальной мир мог делать всё, что хочет, теперь, когда мама снова ожила и снова разговаривает с ним. «И не вспоминает про остальных!»
- Я так тебя люблю, мамочка, - Крестовничек обтёрся боком о каштановые лапы и наконец-то уставился на всех тех, кто был в детской. Лишние, противные, злые. Котёнок задумался, как теперь себя с ними вести, и стал вспоминать поведение различных соплеменников, что приходили проведать Каштанку с момента его рождения. Обычно они носили еду, спрашивали о здоровье и изображали радость. А некоторые, такие как Ледоглаз, играли с Черничинкой, Плавничком и Галчонком. Но это всё было не то и никоим образом не подходило к сложившейся ситуации.
Поэтому на очередного незнакомого огроменного кота Крестовничек уставился с задумчивостью. Однако тут же распушился и бросился в словесную атаку, стоило лишь заметить на себе его удивлённый взгляд.
- Я кто, а не что! Ты взрослый серый кот, ты почему не знаешь, что я котёнок? - он почувствовал в нападении себя уверенно и агрессивно продолжил. - Я - самый лучший котёнок из всех! Самый сильный, самый храбрый, самый умный и я люблю маму! - Крестовничек гордо задрал голову и повёл плечами, выражая своё превосходство над глупостью взрослого. Затем он развернулся и представил Каштанку:
- А это моя мама!

+4

377

"Что. Здесь. Происходит?!
Эти слова пронеслись в голове Плавничка так же быстро, как он оказался выкинутым на главную поляну. События развивались с огромной скоростью, что серый пухлячок не успевал адекватно реагировать на произошедшее. Когда раздался истошный вопль с главной поляны, Плавничок мигом проснулся. Но глаза уловили не знакомый силуэт мамы, а кучу неизвестных ему котов. Которые, к тому же, скверно пахли. Изумленный увиденным, он не нашел ничего более правильного, как взять за загривок сестру и оттаскивать в угол детской. Брата же он подцепил коготком за шерсть и тащил в том же направлении.
Спустя несколько мгновений, все котята оказались на поляне и Плавничок изумленно выпучил голубые глаза и уставился на Каштанку, которая, на секундочку, была в бессознательном состоянии.
Я придушил ее, чтобы она не сбежала, а, это ее дети наверное. Их много там, не знаю, что с ними и делать..
Плавничок тряхнул пушистой гривой и согнал с себя снег. Сделав шаг вперед, он посмотрел на трехцветного громилу и попытался завязать разговор. Малыш совершенно не понимал, что происходит вокруг. Но судя по каплям крови, хаотично разбросанным по белоснежному покрову... тут была битва. Но кто тогда эти коты? И вообще, где мой папа?!
- Вот взял бы и отпустил! - взгляд скользнул по незнакомым мордам и Плавничок внезапно остановился на Лаванде.
- Эй, Лаванда, это твои друзья? Они пришли к нам в гости?
Внезапно из-за спины послышался звонкий хруст веток и серый толстячок подпрыгнул от неожиданности. Вернувшись обратно к Черничинке и Галчонку, он убедился в их безопасности и уставился на источник звука. На поляну вывалилась, да, это самое правильное слово, еще одна незнакомка. Только пахла она совсем по-другому. Котенок еще больше удивился. Вопросов было куда больше, чем ответов.
Инстинкт подсказывал - не давай приближаться к себе незнакомцам. Плавничок распушился и выгну спину, готовый начать отбиваться от странных котов, внезапно ворвавшихся в их спокойную жизнь.
- Крестовничек, иди к нам! Тебя что не учили с незнакомцами не разговаривать? - Плавничок был удивлен решительностью брата и понимал что одно его неверное слово и их участь может быть такой же как у некоторых соплеменников. А кстати.
"Где все?"

+3

378

издалека.

Ночь прятала его в своих объятиях, заставляя трястись и одновременно благоговеть. Жертва был окружён обилием разномастных запахов, и, чувствуя каждый, он  то и дело останавливался, поднимал голову и вкушал их. На его губах все также алела засохшая кровь его бывшего друга, отчего бурошкурый изредка облизывался, весело оглядывался и усмехался. А внутри ощущал огромный ком, будто бы начинённый ядовитыми шипами. Ком разрастался, колол внутренности Вика, и кот неожиданно чувствовал себя дома. Чувствовал на себе тяжелую лапу своего среднего, безголового, брата, который стоял совсем близко. Виктим мог бы поклясться – когда он закапывал тот самый кусок тела серого котика, он знал, что тот рядом. А еще он знал, что мог развернуться и наткнуться на взгляд ясных глаз Слепозмейки, мог улыбнуться ему и прошипеть «И ты туда же?», но делать этого не стал. Осознавая, что теперь число его бестелесных преследователей увеличилось, Жертва тяжело и быстро дышал: за его спиной – на одну душу больше. Он боялся и в то же время ощущал своё превосходство. Он мечтал, чтобы число душ увеличилось в несколько раз, чтобы за ним ходил эфемерным существом весь лес. Да только не одолеет Жертва весь лес – скорей всего, это лес схватит его за загривок да вышвырнет из себя. Либо, заполучит его разум окончательно.
То, что второй вариант был более близок и более правдив – Жертва старался не упоминать в своих мыслях, но на подсознательном уровне понимал, что это истина. Войдя однажды в лес, ты уже не выйдешь оттуда. И если бы разноглазый знал это раньше, то переломал бы – забавно – ноги Ноголому. Или себе. Лишь бы не заходить сюда, не спутывать свою жизнь с жизнью других. Лишь бы не давать Лесу заглянуть внутрь убийцы. Поэтому, он и остался здесь, с одиночками. Поэтому он и запрятал серую шерсть где-то в лесу, помянул вскользь своего друга и направился обратно, в заброшенное гнездо двуногих. Правда, не дошел.
Вик встретил отряд во главе с Маршмелло, когда те переходили границы Речного племени. Чьё это было племя – Жертва не знал, равно как и не знал, почему коты решили покинуть свои владения. Сначала Жертва подумал, что те просто испугались и именно поэтому пошел за ними, прячась в кустах и про себя насмехаясь над каждым. Затем – понял, что ошибался.
Осторожно ступая по следам одиночек, кот вошёл на поляну племени. Каждый шаг звучал так, словно Жертвенник ломал своими тощими лапами тонкую оболочку чего-то сокровенного, важного. Каждый его шаг являлся отзвуком, звонким треском в голове. Жертва не должен был находиться здесь, как не должен был находиться никто другой. Это были не их территории. Но почему тогда ему так весело?
Кот тряхнул головой и довольно осмотрелся по сторонам, отмечая очередные новые лица, посетившие их небольшое сообщество. Он бы обратил внимание на кровь, расплескавшуюся по поляне, и на мёртвые тела, если бы в поле его зрения не попал пушистый разноцветный кот, прижимающий к земле тонкое тельце серой кошки, той самой, чей запах показался знакомым. Его зрачки расширились.
-  Небесное племя, а? – одними губами прошептал явно заинтересованный кот и подошёл ближе, рассматривая прижатую. Одиночка подумал о том, что она могла бы быть родственницей так прекрасно погибшего Слепозмейки. Кровь на губах показалась тяжелей, чем была минутами ранее.

+2

379

Лютоволк отвел взгляд от комка шерсти на голос подходящего сына, бегло осмотрев того и довольно хмыкнув: целехонек.
- Я придушил ее, чтобы она не сбежала, - объяснился трехцветный, кивнув на бессознательную Каштанку, - а, это ее дети наверное. Их много там, не знаю, что с ними и делать.. - дети, дети, дети. В мыслях пульсировала почти сформировавшаяся мысль, постоянно упирающаяся в то рандеву, которое случилось у них с хорошенькой бурой воительницей.
Кот даже слегка приосанился от таких мыслей, скользнув взглядом по статному Дизелю, его главному соратнику и помощнику.
- Нам нужна свежая пища, но для этого нужно укрепиться на территориях.. - произнес трехцветный под кивок серого здоровяка, - мы.. должны ли мы их пометить? Другие племена рано или поздно узнают, - помолчав, трёхцветный обернулся на скандалящую Лаванду - как нам себя с ними вести?
Посмотрев следом за сыном на Лаванду и коротко хмыкнув, изгнанник обернулся, на миг задумавшись.
- Сначала границы. Пусть несколько крепких бойцов обойдут их и пометят, и этого вон, вонючку, возьми обязательно, - кивнув подбородком на Опарыша, усмехнулся Лютоволк, провожая взглядом Маршмеллоу, который пошел за одиночками в заброшенное гнездо.
- Поедим пока что есть, потом... да, потом. Границы пометьте непременно! - просипел здоровяк, ощущая наконец, что у них все получилось. Взгляд бегал по котятам, которые были не совсем и похожи, да и вроде как разного возраста - или он путается?
- Ты чего? Ты что, следила за нами? - дернувшись на тревожный голос, серый воинственно поднял загривок, уставившись на Дизеля, придушившего молоденькую серую кошечку, - отец, а с этой что делать?
- Небесное племя, а? - довольное бормотание Жертвы заставило кота принюхаться, подойти ближе, осклабиться.
- Дизель, ты проявил себя лучше некуда в этой битве, - довольно пророкотал кот, с гордостью подняв глаза на сына, выпятив грудь за достойного потомка.
- Делай с ней, что захочешь сам, - осклабившись, Лютоволк опустил глаза на аккуратную серую мордашку, наслаждаясь реакцией. Он бы и сам не прочь, но... Дизель заслужил.
И эта мысль снова заставила его вернуться к комку серого меха, смешному, несуразному и отчего-то волнующему.
- Я - самый лучший котёнок из всех! Самый сильный, самый храбрый, самый умный и я люблю маму! - указывая на Каштанку, совсем еще крошка заставил кота снова вернуться к тем камышам, вспомнить, когда, сложить дважды два...
... и уставиться на Каштанку. Возмущенно, благоговейно, злостно.
- Ты посмела скрыть, - констатировал Лютоволк, глядя на Плавничка. И он тоже?
- Это мои дети, а ты посмела скрыть? - прогремел на всю поляну серый кот, так, чтобы слышал каждый, хоть и не намеренно. Подойдя чуть ближе к очнувшейся красавице, изгнанник облизнулся, навис над ней суровой скалой.
- Это мои котята, - выделив интонацией, мяукнул Лютоволк, будто бы одно слово "мои" объясняло все и давало свои права.

+3

380

детская >>>

Все котята вскоре оказались на главной поляне. Лапы Каштанки дрожали, но она нашла в себе силы подняться и выйти следом за ними. Она не могла бросить их, оставить на растерзание одиночкам, Лютоволку. Лютоволк не ушёл.
Сердце кошки бешено колотилось о рёбра, она чувствовала страх, сдавливающий горло, отвращение, ярость, горящую в груди. Но не отступила. Королева встала рядом с котятами, подозвав их к себе. Лишь бы не тронули детей.
Лютоволк был рядом. Она чувствовала его запах, слышала его голос, это всё невообразимо давило на кошку, но тревога за малышей заставляла оставаться на месте. Во всей её фигуре чувствовалось напряжение, даже нервность. Глаза на Лютоволка она так и не подняла.
А вот Крестовничек довольно резво начал. С каждым словом сына Каштанка всё больше сутулилась, морщилась, будто желала исчезнуть навсегда, лишь не испытывать того ужаса. Ужас нарастал.
- А это моя мама!
Кошка рвано выдохнула, зажмурившись. Нет-нет-нет... глупый, глупый Крестовничек!
- Ты посмела скрыть, - властный голос резанул по ушам, заставляя их плотно прижаться к голове. Хвост Каштанки нервно метался по снегу, она не в силах была скрывать своего страха. Больше нет, только не в его присутствии.
- Не трогай котят, - она тихо выдохнула это, не находя возможности сказать что-то ещё.
Первый шаг, сделанный Лютоволком ей навстречу, заставил сердце королевы бешено колотиться. Бешено - то есть, ещё сильнее, чем прежде. Если это возможно. Изгнанник оказался рядом. Слишком близко. Каштанка шарахнулась в сторону, не в силах отринуть страх. Не в силах вообще мыслить разумно, она повиновалась лишь инстинктам.
- Это мои дети, а ты посмела скрыть? - взревел Лютоволк, от его голоса кошка едва не согнулась пополам, словно от удара под дых.
- Это не твои... дети, - робко заговорила кошка, а затем, почувствовав, наконец, малейшую возможность совладать с собой, тоже повысила голос, выделяя каждое слово: - Это не твои дети.
Кошка моргнула и всё-таки подняла взгляд на серого исполина. Предки, как же он её пугал! Она чувствовала, как лапы немеют, но глаз не отвела, пытаясь смотреть решительно.
- Это мои котята
Каштанка тяжело дышала, пытаясь найти в себе силы ещё на несколько фраз. Это мучило её. Лишало воли, храбрости, желания жить. Страх парализовал, всё будто вернулось на несколько лун назад. Она едва могла дышать.
- Только... Крестовничек, - кошка перевела взгляд на сына и больше не посмела поднять его на Лютоволка. Слишком тяжело. - Я лишь выкормила остальных. Позволь нам уйти.
В её голосе слышалась мольба. Каштанка с силой вонзила когти в землю, будто боясь упасть. Это пытка изматывала её. Она не могла больше говорить с Лютоволком. Зачем ему котята? Пусть отпустит... хотя бы их.

+3


Вы здесь » cw. дорога домой » речное племя » главная поляна