РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ
Наконец, стали известны имена активистов апреля. Спасибо всем за активные отыгрыши, за ваши голоса и участие!

ПЯТЬ ВЕЧЕРОВ
А под прицелом большая мама Пантера. И пока ее не отвлекают дети, спешите задать вопросы!

cw. дорога домой

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. дорога домой » грозовое племя » палатка целителя


палатка целителя

Сообщений 21 страница 40 из 55

1


Среди груды плотно сбитых камней виднеется небольшая, но широкая расщелина, что является входом в целительскую. К сезону Голых Деревьев, коты занавешивают вход ежевичными и терновыми плетьми, дабы бушующие природные стихии не заметали нутро палатки и не врывались туда ледяными порывами ветра, тревожа целителей и их пациентов. Внутри палатки стоит полутьма, нарушаемая лишь ярким светом, льющимся через вход. Стены каменистые, под лапами типичный для многих палаток песочный настил. В мелкие щели меж камней у дальней стены целители складывают свои травяные припасы. По дальним углам находятся подстилки целителя и его ученика, а далее, у подножья боковых стен располагаются подстилки больных. Возле входа в палатку есть небольшая ямка, отделанная мелкими камушками, в которую целители заранее могут набирать питьевой воды для своих пациентов.


0

21

Ореховник чувствовал подкатывающую волну усталости. Слова ободрения от Клоповника грели душу и юный целитель даже поверил в то, что все у них получится и они обязательно справятся с больными.
- Она моя ровесница. Одиннадцать лун, - от услышанного, Орех, не скрывая эмоций, открыл рот и обезумевши осел на землю.
- Сколько?! - нет, он слышал о раннем окоте, но не в одиннадцать же лун! "Она же, выходит, еще ученица! Звездные предки!"
Такой случай уж точно надолго врежется в память черно-белого целителя. Не каждый день доведется принять роды у оруженосца. "Интересно, кто же такой "умный" отец?" Грозовой целитель непременно бы спросил это у Клоповника, да вот не хотелось накалять и без того напряженную обстановку. Снаружи палатки воздух сотрясал удушающий кашель и в один момент Ореху захотелось откашляться в ответ. Глаза слезились, то ли от усталости, то ли еще от чего. Орех и догадаться не мог, что попал под раздачу и очень скоро ему самому понадобится помощь.
Как только с лавандой было покончено, Орех устало приземлился около подстилки Громика.
- Кушай, кушай. Вот тебе воды. Попей. Сейчас нужно много пить, - черно-белый котик развернулся, схватил мокрый кусок мха и поставил под мордочку вислоухого котенка. Эти уши. Они были весьма странными. Фактически Громик отличался от всех соплеменников, но Орех не видел в них никакой опасности, поэтому умело списал на морозы и странную матушку-природу.
-Почему у нас два целителя в лагере? Неужели они пришли к нам на помощь, узнав о нашей беде? - целитель взбил передней лапой подстилку Громика, чтобы она стала мягче и грустно взглянул на выход из палатки.
- Понимаешь, Речное племя пришло к нам погостить, ненадолго. У них сейчас очень сложная ситуация в племени, поэтому отнесись к этому с пониманием и постарайся подружиться с новыми временными соседями. Там есть и твои сверстники. Я уверен вы поладите.
Вылечишься и познакомлю тебя со всеми,
- как можно более дружелюбно и мягко сказала Орех. Говорить про банду одиночек он не стал намеренно, чтобы не наводить страх на итак нездорового котенка.
- А он меня не укусит? - Орех приблизился к мордочке Громика и покосился на Клоповника. Добродушная улыбка растянулась на его морде и черно-белый боднул вислоухого.
- А я тебя кусал когда-нибудь? Вот и он не будет. Мы же лечим, а не калечим, - еле слышно хихикнув, мурлыкнул целитель.
Внезапно в палатку зашла (если эту шаткую походку так можно называть) Ласточка. Вот кого-кого, а Орех точно не ожидал увидеть эту отважную воительницу у себя.
- Ты сказал, что если у кого-то симптомы... - глаза округлились и стали похожи на две луны. Орех огладил Громика и понесся к пушистой воительнице. Подставив свой бок, он помог ей улечься на свободную подстилку. Кашель, насморк, слезящиеся глаза - все говорило о том, что Ласточка серьезно больна...
- Все плохо?
- Тссс, - Орех приложил хвост ко рту Ласточки, - постарайся больше не разговаривать. Иначе горло еще сильнее заболит. Сейчас, я найду травы и тебе станет легче.
"Звездное племя, ну за что?" Трусцой, Орех подбежал к Клоповнику, который уже набирал необходимые травы. Черно-белый целитель указал лапой на ямку, где хранятся запасы первоцвета, чтобы речной целитель смог сложить собранные травы по местам. А рядом с ней расположилась и толокнянка и свежие запасы брусники. Орех подхватил мох, пропитанный водой и толокнянку и побежал к Ласточке. Положив возле ее морды мох, Орех обернулся, чтобы посмотреть идет ли Клоповник с необходимыми травами.
- Попей воды, - попросил у воительницы целитель. Взяв бруснику, первоцвет и толокнянку, кот тщательно разжевал их и положил кашицу возле Ласточки. Хотелось прилечь. Подушечки лап нещадно горели, а на глаза словно положили раскаленные угли.
- Клоповник, давай-ка наделаем побольше этой кашицы. Я чувствую, нам предстоит больша-ая работа, - устало протянул Орех.

+2

22

Ласточка чувствовала, как пульсируют виски, и как неприятно жарит по жерсткой. Мех казался неудобным, колючим, душным - и это собственный родимый мех! Чувствуя, как дышать становится тяжелее, кошка растянулась на боку, хрипя и с трудом приподнимая бока в рваном ритме.
- Ласточка! - звонкий, слишком прознительный голосок выдернул воительницу из смутной пелены, заставив закрытые глаза сильнее зажмуриться как от резкого удара. Приподняв свинцовые веки, черно-белая посмотрела на поджавшегося к ней малыша, заболевшего Громика. - Как ты тут оказалась? Ты пришла меня проведать или хворь и тебя сразила?
- Заразила, - тихо пробормотала Ласточка, чувствуя, как наружу просится кашель. Растянувшись щекой на прохладном полу пещерки, она одной лапой, не рассчитав силу, чуть грубовато придавила котенка и поджала к себе в полубессознательном состоянии: болеть лучше вместе.
Растолкал её целитель. Орех, выглядящий усталым и забегавшимся, не дал ей и слова сказать, заткнув своим облезлым хвостом рот. Возмущенно нахмурившись, кошка чуть приподняла голову.
- постарайся больше не разговаривать, - посоветовал целитель под тихий хрип Ласточки: смех?
- Наверное вы... всем племенем мечтали... сказать...
- Иначе горло еще сильнее заболит. Сейчас, я найду травы и тебе станет легче, - мяукнул черно-белый под хриплый кашель воительницы. Она не думала, что болеть так страшно: изнутри бил озноб от одной мысли, чем порой заканчивается подобная болячка.
- Попей воды, - подняв на юного соплеменника чуть остекленевшие, болезненно-сухие глаза, Ласточка принюхалась к кашице, которую принес ей Орех.
- Громику, - фыркнула на черно-белого воительница. А после очень осторожно, кривясь и морщась после уверений, что сын Пантеры уже съел свою порцию, проглотила, запивая водой, как и сказал целитель. Пусть запомнит Ласточку такой послушной, ух ей бы только выйти...
Положив голову на лапы, она приобняла Громика хвостом, чувствуя, как рядышком вздымаются маленькие бока. Пусть так. Все-таки, пусть материнский инстинкт в ней напрочь отсутствовал, даже Ласточка понимала: страшно, когда болеет молодняк.
Остекленевший взгляд уставился куда-то в сторону, осознавая недавно произошедшее: Лужица, Птичка, Клубок...
Предки, зачем так.

+1

23

главная поляна --->

Пригибаясь на входе, кошечка осторожно принюхивалась, с удивлением замечая в полумраке небольшой палатке гораздо больше пар глаз, чем она ожидала увидеть. И - о предки! - даже котенка, который ютился к боку черно-белой воительницы. Выглядела та совсем неважно, и Ручей сглотнула, чувствуя, как нервно задергалась кисточка хвоста, и она, обойдя подстилку тяжелобольной, осторожно ткнулась носом в плечо буро-белого соплеменника, переглядывая через его спину на Ореха, врачевателя приютившего их племени.
- Мне нехорошо, Клоповник, - пробормотала она рядом с ним, присев у стены и прижимаясь горячей спиной к прохладной стене палатки.
- Думала, высплюсь и полегчает, но как-то... нет, - шмыгнула носом кошечка, приподнимая лапу и выкусывая из подушечки застрявшую хвою. Непривычно! Где эти березовые бруньки, так надоедающие по весне, застревая в лапах - где это все? Где вода? Должно быть, река совсем скоро потеплеет, и будет одно счастье в ней рыбачить.
Рвано вздохнув, воительница обернулась хвостом, все еще сидя.
- Там наши с вашими палатку делают. Я, как поправлюсь, первым делом пойду на охоту, - то ли целителям, то ли себе пообещала Ручей, бегло глянув на Ласточку.
Лишь бы не так.

+2

24

спустя луну

Хотел приоткрыть завесу тайны пахнущей крайне странно палатки — приоткрыл. Только не самым умным способом. Впервые за свои крохотные луны бело-бурый узнал, что такое заболеть. И «заболеть» ему не понравилось, ох как не понравилось. Утром заботливая мама-Пантера, памятуя о надсадном кашле, витающем в воздухе (хотя забыть тут вряд ли удастся. Иной раз странные звуки с главной поляны даже мешали котятам спать), проверила всех своих милых чад. Увы, в результате радостно-приятного прикосновения «нос-к-носу» Искринка отправился куда-то далеко. Это «далеко» бы даже осчастливило мелочь, если бы не странная слабость, диктовавшая спать, очень-очень много спать. Самая нелюбимая часть жизни (ведь столько всего нужно узнать, а тут прерываться заставляют на абсолютно бесполезное дело) превратилась в основное времяпрепровождение.

Однако сейчас Искринка проснулся (угрозы лучше не найти). Кое-как проморгавшись, полосатый обвёл своё новое пристанище медовыми глазами. И тотчас последние приобрели вид двух ровных кругов.
— ВОТ ЭТО ДА! — зря, ой зря. За восторженным вскриком последовало странное «кхе». Подождите-ка. Кхе? Это какой-то совсем новый звук. Неприятный, конечно, но всё-таки. Коротко поморщившись, котёнок вернул своё внимание изучению загадочного места. Пахло просто замечательно! Ну почти. Если бы не эти коты, лежащие на подстилках. Но о них можно ненадолго забыть. Можно ведь? Полутьма не давала разглядеть всё как следует, на что Искринка среагировал недовольным взмахом маленького хвостика.

Однако удача, словно потворствуя эмоциональному комку шерсти, привела взгляд к двум стоящим незнакомцам. На фоне остальных, валяющихся у стен пещеры, эти смотрелись просто невероятно громадными. А ещё они чем-то были явно заняты, произнося странные, незнакомые названия. В какой-то момент за названием Речной разглядел растение, зажатое в пасти чёрно-белого кота. Вот оно что! Пантера рассказывала своим детям про устройство племени, но из всего Искринка умудрился запомнить лишь работающих с травами. Остальное попросту отошло на второй план. Или даже на третий.
— Вы це.. цели, — буро-белый запнулся, предприняв после ещё одну попытку, — целители? — да-да-да. Это точно были они. Самые таинственные и самые мудрые коты на свете!

+6

25

Стены палатки - холодные, серые, отесанные многолетними ветрами - возникли как-то внезапно; скользнув размытым взглядом по каменистым линиям, ученик успел узреть несколько мелькнувших в глубине теней и протиснулся сквозь тернистый занавес, сразу же ощутив на языке горький привкус и терпкий травянистый аромат, которым была пропитана каждая разряженная частичка окружающего воздуха. Свет, украденный росчерком свивающих под сводом плетей, резанул зрение неприятной точечной рябью, рефлекторно заставляя щуриться.

Клоповник? - не видя во всех деталях знакомые очертания, но уловив краем уха эхо доносящихся голосов, кот приосанился, в широком шаге преодолевая дистанцию между рядами больных, устроившихся  на мховых подстилках вдоль стен, с мрачным недовольством отмечая, как былой запал теряется в пустоте собственных смятений,  - Меня тут это.. тоже жарит немного, и в горле зудит, - возникая перед буро-белым, сбивчиво попытался объясниться он. Впрочем, большего говорить не потребовалось, потому как симптомы, выраженные в сиплом дыхании прерывисто вздымающейся грудной клетки, заметно потускневшего шерстяного покрова и слезливости в уголках синих глаз, говорили сами за себя, обличая все внутреннее состояние ослабшего от болезни  организма.

Расправив плечи и вынужденно попятившись в сторону в ожидании манипуляций целителя, ученик присел около подстилки, с любопытством разглядывая в углу ютящийся буроватый бесформенный комок, таращивший свои огромные глаза на всех присутствующих, что выглядело довольно потешно в царящем полумраке.
Пс, парень, как тебя там..ты же отпрыск нашего глашатая, да? - несмотря на общую угнетающую атмосферу, Аконит не применул занять себя непринуждённой беседой, тем более с тем, кто так рьяно напрашивался на внимание, - Видишь этих двух котов? - он ткнул лапой в направлении целителей, - Они здесь всем заправляют, и, мой тебе совет, будь с ними повежливей. А то, знаешь.. есть у них такие ягоды, от которых жёстко скручивает живот и, в общем-то, неприятные конфузы случаются, - кот добродушно ухмыльнулся, тут же скорчив морду от подступившего к горлу кашля, раздув щеки и усилено подавляя нарастающие за дрожащими губами хрипы, - Ну, ты понимаешь.. 

+3

26

Под чутким контролем Ореха, Клоповник все же выудил необходимые травы и сразу же принес все то, что было необходимо целителю Грозы. Наблюдая из-за плеча за «кормлением» больной, Клоповник тут же вернулся к ямкам за очередным пучком травы, послушно и молча соглашаясь с предложением черно-белого кота разжевать больше трав. Вмешиваться со своим «уставом» в чужую палатку бело-бурый не спешил – все же, он тут гость, и чувствовать себя как дома не сможет еще слишком долго. Да и как чувствовать себя как дома, когда твой дом забрали? Клоповник, к сожалению, не умел воссоздавать вокруг себя определенную видимость. Честно говоря, он бы даже с удовольствием выбрался из палатки целителя да прошелся по лагерю Грозового племени, отмечая окружающие запахи и занимаясь поиском необходимых трав, возможно уже пробивающихся сквозь окаменелую почву. Но слишком много больных, которым нужен усиленный контроль. Взять ту же Ласточку, о которой он много слышал от своих же соплеменников.
Идиллия тишины и уюта, сопровождаемая мерным покашливанием больных навевала Клоповнику воспоминания о доме, когда еще не было беды. Откладывая на задний план все мысли и треволнения, бело-бурый стал более уверенно бродить по палатке, не боясь лишний раз сунуть нос не в свои дела и заинтересованно рассматривать сборку трав, заготовленных Орехом. Конечно, зелени было не так много, как было в начало Сезона Листопада в племени Реки, но Клоповник рассуждал более трезво, понимая, что позади Сезон Голых Деревьев – начало разнообразных болезней. Он и сам в свое время нередко принимал участие в исцелении больных. И, если честно, сейчас ему очень не хватало маковых зерен, которые он на пару с Очеретником каждый раз заготавливал для особо буйных пациентов. К счастью, и Грозовые и Речные воители понимали и принимали целиком и полностью незавидное положение двух молодых травоведов, поэтому лишний раз не требовали к себе усиленное внимание. Клоповник был им благодарен.
- Громик, - он все же счел нужным избавить котенка от переживаний и дружелюбно улыбнулся, в примирительном жесте поднимая уши и расслабляясь: - Я Клоповник, и если что – ты всегда сможешь обратиться ко мне. Я не обижу, правда. Смотри, я же такой маленький – кого я обижу?
В любой другой раз бело-бурый, наверное, обиделся бы на себя за то, что сам же сделал намек на небольшой рост, но сейчас он должен был добиться, хотя бы недолго, доверия Грозовых соседей, и если с взрослыми Клоповнику пришлось бы тяжелей, то с малышами он, возможно, смог бы найти общий язык. Хотя бы так.
Отвлекся от разглядывания малыша бело-бурый лишь тогда, когда в палатку вошла еще одна кошка. На этот раз приступ волнения хватил Клоповника – пришла Ручей. И принесла с собой она не самое лучшее состояние. Топчась на месте, он бегло осмотрел свою соплеменницу, а затем, не сводя взгляд с нее, резко указал лапой на палатку. Ученик-Клоп, волнующийся сделать что-то не так, ушел на задний план. Пора было доставать из глубин сознания целителя-Клоповника.
- Ложись и не вставай. Успеешь и поохотиться, и порыбачить, но только тогда, когда я посмотрю на тебя и гордо скажу – всё, Ручей, Кашель отпустил тебя. Сон, конечно, лекарство, но в этом случае он один не сможет справиться.
А затем, будто бы требуя беспрекословного исполнения его словесного приказа, ткнулся носом в короткую серую шерсть, мягко подтолкнул к очередной подстилке и хлюпнул носом.
- Я не могу потерять и тебя, Ручей.
И, не задерживаясь надолго, пододвинул к соплеменнице заготовленную чуть ранее кашицу, проследил за тем, чтобы серая воительница съела, а потом и дал воды. Лишь тогда, все еще неудовлетворенный своей работой, Клоповник хмуро осмотрел остатки запасов и подумал о том, что в ночи, когда больные заснут, отправится на поиски травы. Он чувствовал не только ответственность за свое племя, но и вину перед Орехом за то, что тратит его запасы, обеспечив лишь какими-то скудными частями из общей кипы.
В очередной раз сунув нос в запасы трав, Клоповник шумно вдохнул носом воздух, подавил приступ кашля и подскочил, обернулся на черно-белого целителя и окинул того затуманенным взглядом.
- Орех, а что, если около подстилок разбросать сосновые почки? Всё, что ни делается – делается к лучшему, особенно если это поможет, а?
И кивнул головой на запасы черно-белого целителя, в глубине души в очередной раз прося прощения за то, что тратит запасы травы. Будь бы сила на стороне Клоповника, он бы ворвался во вражеский родной дом и вытащил из целительской все то, что прятал Очеретник от Клоповника и Черепа когда-то давно. Наверняка, одиночки еще не успели растащить палатку по кусочкам да не нашли все залежи трав. Даже Клоповник не мог найти в свое время, а он слишком хорошо ориентировался в Речной палатке.
Он остановил поток своих мыслей лишь тогда, когда в палатке раздался еще один голос – тонкий, кошачий. И голос того, на кого Клоповник без боли не мог смотреть. Котёнок Малютки.
- Цецели, - эхом повторил бело-бурый, даже не думая этим словом издеваться над дитём сестры, просто задумался, не смог еще привыкнуть. Не смог смириться с тем, что молодая душа, еще толком не видевшая свет, уже находилась в лапах двух целителей. Затем, он воспроизвел в голове слово, сказанное им, покачал головой, нахохлился: - Да, целители, - и поправился, улыбнулся котёнку... Реки?
Признаться честно, Клоповник совершенно не знал, как обращаться к тому, с кем бело-бурого связывали родственные узы. Ведь, родился он у Речного оруженосца на территориях Грозы. В голове возникал диссонанс, посему кот решил даже не думать об этом линий раз, лишь сморгнул подступающие (от болезни, а не от того, что он рад видеть котенка сестры!) слезы, но двигаться к Искринке ближе не стал – чувствовал подступающее недомогание и боялся, что может стать проводником болезни. Если взрослые сильные воители смогли бы отогнать нового «внутреннего гостя», то котята обращаться с такими еще не умели. Клоповник, как считал он сам, должен соблюдать определенную дистанцию.
Что, в принципе, удалось ему сделать, мигом отвлекаясь на Аконита. И опять те же признаки болезни. Боязливо ёжась, Клоповник пригласил голубоглазого на подстилку, а про себя отметил, что, чем больше котов появляется в палатке, тем меньше места остается. По привычке касаясь лбом бока соплеменника, бело-бурый повел плечами.
- Я тебя тоже не отпущу из палатки, пока болезнь не пройдёт, - скорей пообещал, чем пригрозил целитель и сверкнул золотистыми глазами. А про себя отметил, что ему повезло с соплеменниками: чувствуя болезнь, они не рвутся помогать остальным в ущерб себе, а идут за помощью. Как ответственный за чужие жизни, Клоповник был им благодарен.
Он вновь схватился за травы, что еще не успел разжевать ввиду притока воителей в палатку, превратил в кашицу, а уже потом положил перед Аконитом. Также подвинул и мох с водой.
И после этого сделал пару шагов назад да пошатнулся. Неожиданно, стало слишком жарко и душно. Настолько, что Клоповник с удовольствием снял бы свою шкуру, да только понимал – не поможет.
И, если честно, Клоповник уже не знал, на что именно был такая реакция: на болезнь или на слова Аконита, обращенные к Искринке.
«Сын глашатая»

Отредактировано Клоповник (2018-04-30 03:48:53)

+3

27

--> главная поляна.
Кошка устало плюхнулась на подстилку, свешивая голову к прохладной земле, едва высовывая язык. Глаза слипались, поэтому, поддаваясь страшному желанию, Малютка провалилась в сладкий сон. Она видела своих котят, плескающихся в воде. А она лишь смотрела на них с улыбкой, объясняя, как правильно плавать. Было тепло, и они были дома. В безопасности. Из тоннеля вышел Толстолобый, кажется, он был в патруле с другими соплеменниками. Он подошел к ней, ласково потеревшись об ухо. Малыши побежали к отцу семейства. Кажется, Малютка даже заурчала во сне - настолько она была счастлива. Да, она сейчас отдала бы многое, чтобы все это оказалось правдой хоть на мгновение.
Ученицу разбудил звонкий, детский голосок. Сонно хлопая глазами, трехцветная быстро обвела глазами палатку в поисках источника звука. У входа стоял котенок. Совсем маленький. Следом зашел Аконит, сказав несколько слов малышу, заставив Малютку округлить глаза. Это был ее сын. А она его сразу и не признала. Их забрали, когда они только родились, и знала о том, как растут ее дети только по рассказам других котов. «Неужели он тоже заболел?»  Странная радость от того, что она видит своего ребенка, что он рядом и страшное беспокойство за его здоровье и жизнь бушевали внутри юной матери. Для него она сейчас чужая кошка. А мама там, в детской. На негнущихся лапах ученица подошла к Клоповнику отмечая, что чувствует себя она гораздо лучше. Закашлявшись, кошка посмотрела на сына.
- Искринка? - осторожно спросила Малютка, не решаясь подойти ближе.
Скажи она ему правду прямо сейчас, вот так в лоб, он вряд ли поймет что-то. Будет избегать или таить обиду. Или вовсе испугается. Сперва нужно наладить контакт. Но Звездные предки, как же хочется просто прижать его к себе. Прижать и не отпускать.

+1

28

Еще никогда в жизни Орех не видел такое количество больных в своей палатке. Будь бы здесь Незабудка или Каракурт, работа шла бы в разы быстрее. Они бы уж наверняка придумали что-нибудь эффективное. А что взять от двух годовалых целителей, которые и сами-то еще жизни толком не видели?
Голова раскалывалась и трещала по швам, как и сама целительская. Черно-белый устало тряхнул головой и огляделся. Сколько еще жизней унесет Звездное племя, чтобы удовлетвориться? Котята - вот самая страшная потеря за последние дни. Орех и не представлял, какого это - уйти из жизни в таком юном возрасте. Худыш четырьмя лапами держался за эти тонкие нити существования, и чудо, не иначе, спасало целителя каждый раз, когда ему грозила опасность.
В палатку зашли речные и Орех невольно напрягся. Все-таки, весьма непривычно видеть у себя посторонних. И если Клоповника он принял довольно-таки быстро и "впустил" в свое личное пространство, то с остальными представителями Речного племени дела обстояли иначе. Орех боялся сделать лишнее действие, лишь бы не показаться в их глазах мямлей и никчемным комком шерсти.
- Орех, а что, если около подстилок разбросать сосновые почки? Всё, что ни делается – делается к лучшему, особенно если это поможет, а?
Новое имя все еще резало уши. Черно-белый целитель настороженно взглянул на Клоповника и недоуменно свесил голову. "Зачем?" Орех совершенно не помнил подобного назначения сосновых почек. Вроде что-то и рассказывали, вроде где-то Незабудка применяла. Но где и зачем? Ореха терзали сомнения. Как же поступить?
В конце концов, грозовой целитель целиком и полностью доверился мнению Клоповника и устремился к расщелине, где хранились сосновые почки. Аккуратно разложив их около оставшихся подстилок, черно-белый грузно выдохнул. Положив на подстилку последнюю почку, Орех резко поднял голову и тут же в глазах потемнело и тощее тело качнулось в сторону. Широко расставив лапы, целитель взглянул на Клоповника и тихо промямлил:
- Посплю чуток... Устал. Чувствуй себя как дома, дружище, - Орех ободряюще боднул речного целителя в плечо и развернулся к своей подстилке. Свалившись камнем на мох, бледно-зеленые глаза вмиг сомкнулись и Орех провалился в сон.
__________разрыв__________
Очнувшись, Орех почувствовал неприятную резь в горле и гулко закашлялся. И без того худые бока еще больше впали, а шерсть была всклочена. Живот и грудь покрылись испариной. Целитель и подумать не мог, что спустя пару часов сна он будет чувствовать себя так, словно его пережевала лиса и выплюнула. Лапы горели, глаза слезились, будто бы в них кинули мышиную желчь. Собрав в себе силы, черно-белый встал и, практически в бессознательном состоянии, дошел до заготовок лекарства. Уже было понятно, что и юного целителя подкосил Кашель. Хоть Орех до последнего и не догадывался о своем ухудшившимся состоянии. Схватив порцию кашицы, худыш наспех проглотил смесь и тут же присосался к влажному мху, жадно глотая воду.
"Больной целитель в больном племени. Чудесно," - то ли недовольно, то ли огорченно вторил внутренний голос.
Нужно было заняться больными. Схватив в зубы бруснику, Орех хотел было подойти к Ласточке, как вдруг...
- ВОТ ЭТО ДА! - грозовой резко одернулся и ошарашенно отстранился. Под лапами оказался совсем крошечный (хотя по сравнению с Орехом он был вполне себе крупным) комок меха.
- Вы це.. цели, целители? - изогнув одну бровь в недоумении, Орех осторожно положил бруснику себе под лапы и переглянулся с Клоповником. Это был сын Малютки. Нельзя спутать ни с кем другим того, кому помогал появиться на свет. Изменившись в морде, Орех постарался казаться добродушным и милым, но приступы кашля и хрипящее дыхание наверняка могли наводить лишь страх или отвращение.
- Искринка, кажется? - грозовой целитель намеренно отступил назад, чтобы не заражать малыша, влетевшего в покои больных. Но бело-бурый кашлял ничем не лучше взрослых воителей. А это могло значить лишь одно - Орех ошибся. Это его вина. Его и только его. Он отправил крошечных котят в детскую под предлогом возможной болезни матери. Но он и не догадался узнать, пили ли они молоко мамы! "Что же ты наделал, дурень?" - Орех машинально осел на землю и схватился одной лапой за голову, закрывая глаза. Это провал. Если болезнь добралась до детской, то это все. Считай, что половины котят уже нет. Было стыдно за самого себя. За бездумно принятые решения.
Вновь открыв глаза, Орех взглянул на Клоповника. "Нет. Пожалуйста, нет." Речной целитель подавал все признаки болезни. "Звездное племя, помоги нам. Умоляю."
Молча поднявшись, Орех потянулся к заготовкам и, положив кашицу на лист, преподнес Клоповнику.
- Больной целитель ничем не лучше мертвого. Всех лечим, а про себя забыли, - раздирающий горло кашель и Орех уже не говорит, а хрипит. Посмотрев на Искринку, черно-белый протянул лапу в сторону свободной подстилки, мол, иди туда.

+2

29

/главная поляна/

У входа королева развернулась к котятам и очень серьезным голосом прочитала нотацию, как нужно себя вести:
- Не шуметь, не кричать и не бегать. Представьте, что вы на охоте, где малейший писк спугнет добычу. Друг от друга не на шаг. Смотрите под лапки, чтоб не наступить на чей-то хвост.
Кошка немного смягчилась во взгляде и потерлась щекой и каждого из котят.
- Орех будет задавать вам вопросы, возможно, попросит покашлять или даже что-то съесть. И не бойтесь, если вас осмотрит речной целитель. Я буду рядом.
Решив, что проблем быть не должно, кошка пропустила котят вперед и шагнула за ними следов в темную, пропахшую травами и болезнями пещерку. Кошка делала маленькие шажки, всматривалась в шкуры котов и кошек. Она искала своих близких, хотя понимала, что пока не поговорит с Орехом – и речи нет о том чтоб побыть со своими малышами.
Найдя Ореха рядом с Клоповником, королева подтолкнула детей Грозозвёзда ближе к целителям.
- Поздоровайтесь с Орехом и Клоповником, - глядя на троицу сверху-вниз, мурлыкнула кошка. После чего перевела тревожный взгляд на черно-белого лекаря. – Мне кажется, кашель добрался и до них. У них те же симптомы, что были у Черняка и Громика. Грозозвёзд еще не вернулся. Я молюсь предкам, что ошибаюсь, но…
Королева предоставила Ореху и Клоповнику делать свою работу, а сама тем временем подошла к лежащим на одной подстилке Ласточке и… Кто бы мог подумать, Громику!
- Малыш! – призывно мурлыкнула кошка, торопясь поскорее обнять и зацеловать вислоухого сыночка. Она радостно втянула носом родной запах. – Как ты себя чувствуешь? Горлышко не болит? Не кашляешь?
Пантера крутила в лапах котенка, изучала его. Как же хотелось знать, что он уже совсем выздоровел, что она может забрать его обратно в безопасную детскую. Переглянулась с Ласточкой.
- Была бы моя воля – запирала во время таких эпидемий детскую наглухо, чтоб только отверстие небольшое было – ну, для того чтоб дышать и еду получать. Котятам-то ничего, у меня молока на три племени хватит.
Она осмотрела бойкую Ласточку и с тоской поняла, насколько сильно подточила ту болезнь.
- Ты выглядишь лучше, - это было не совсем так. – Уверенна, Орех уже совсем скоро поставит всех на лапы. Правда, Громик? Черняк?
Черного котенка нигде не было рядом. Сердце королевы забило тревогу. Оставив сестру с Громиком, она стала осматриваться.
И нашла сначала их. Они словно спали, все трое рядом, как часто делали в детской. Пантера остановилась в нескольких шагах, замерла, и затаила дыхание. Нос уже предупредил ее, что души покинули Птичку, Лужицу и Клубка. Но Пантера отказывалась верить. Она прислушивалась, в надежде различить слабое, но дыхание. Она всматривалась, умоляя, чтоб их грудные клетки приподнимались и опадали. Но тщетно.
- Нет… - прижимая к голове уши и прикрывая глаза, горестно мяукнула королева. Она встала над телами котят и поочередно прикоснулась к каждому носом. – Очнитесь, умоляю, просыпайтесь же…
Звезды остались глухи к ее молитвам. Пантера хотела улечься рядом и согреть их окоченевшие тела. Но она услышала еле слышимый, жалобный писк. Его бы она узнала из тысячи, материнское сердце не обманешь.
- Черняк, я иду к тебе, Черняк… - кошка отыскала гнездышко черного сыночка.
Его как будто подменили. Малыш был самым крупным, самым бойким в этом помете. Сейчас он выглядел немощным, исхудавшим. Шерсть свалялась и стала тусклой. А глаза… Смотреть в эти затянутые пеленой лихорадочные глаза было невыносимо больно.
- Все хорошо, милый. Мамочка здесь. Все уже позади…
Она хотела прижать его к себе – но боялась, видя, как трудно ему дышать. Поэтому лишь легла рядом, обвив всем телом и делясь своим теплом. Черняк трусило, словно от холода. Пантера чувствовала, насколько он горяч. Она медленно стала вылизывать ему мордочку. А потом стала петь колыбельную, чтоб успокоить. Черняк действительно расслабился. Он признал королеву, улыбнулся ей. Она услышала, как дрожащие губы произнесли слово мама. А потом добавили: мне больше не больно…
Кошка уткнулась в мертвое тело любимого сына. Черная королева горько плакала, давя в себе вырывающиеся вопли. Она стала яростно вылизывать грудку Черняка. Она пыталась вдохнуть в его жизнь. Но душа покинула землю. Пантера взвывала и, зарывшись всей мордочкой в черный мех котенка, исторгала всю боль через слезы и всхлипы. Это была ее первая потеря родного, единокровного существа.

+11

30

- Заразила, - тихо пробормотала Ласточка, откашливая каждое слово.
Котенок отвел глаза в сторону и плотно прижал ушки к голове, что стал похож на маленького совенка. Ему было стыдно, ведь его терзали смутные сомнения, что эпидемия началась именно с него. Голубые глаза малыша устремились куда-то вдаль, будто не от мира сего. "Нет, это не моя вина, я здесь не причем! Я не виноват, что Ласточка заболела, это была не моя вина" А чей-то голос все твердел ему "Твоя-твоя, ты заразил весь лагерь, из-за тебя все болеют"
Тетушка скомандовала выпить воды, и Громик послушно выпил всё, до последней капли. Горло предательски щипало и было больно глотать, но, если он не будет пить и есть, Звездное племя очень рано заберет к звездам. Малыш прижался еще плотнее к тёте Ласточке и уткнулся носом ей в хвост.

- Но... - робко и тихо заговорил Громик из-под черного хвоста грозовой кошки. - Ты ведь поправишься, да? Ты покажешь мне лес? И озеро, и всё-всё остальное? Мне и моим братьям, и сестре, ведь правда?
Котик поднял глаза на тетушку и смотрел прям на нее с мольбой. Глаза в глаза. Грозовой котенок так и не успел дождаться ответа в палатку забежала его мама - Пантера. Забежала, это мягко сказано. Она пулей залетела туда. Громик перевел глаза в сторону. "Это все-таки - моя мама" Тяжко вздохнул он про себя. Это была средняя кошка, иссиня черного цвета с янтарными глазами, которые устремились прям на рыжего котенка.

- Малыш! – кошка притянула к себе рыжего котенка и давай его зализывать. – Как ты себя чувствуешь? Горлышко не болит? Не кашляешь?

- Ма-а-ам, ну ты мне так всю шерстку помнешь! - он начал демонстративно взъерошивать свой хохолок лапой. - Я в порядке, правда, уже иду на поправку! Орех и вправду очень хороший целитель, я бы очень хотел быть похожим на него! Я тоже хочу быть целителем и помогать своему племени!
Такие умозаключения сделал маленький Громик и улыбнулся в свои 26 зубок.

- Ты выглядишь лучше, - обратилась она к своей сестре - Ласточке. – Уверенна, Орех уже совсем скоро поставит всех на лапы. Правда, Громик? Черняк?
А вот, Черняк лежал в дальнем углу целительской палаты. Он уже несколько дней не разговаривал с братом, хотя всегда в яслях были подвижны и играли вместе. Ну, и Громик пару дней назад лежал полумертвым тельцем, и вот только недавно очухался, как следует.

Отредактировано Громик (2018-05-10 12:23:58)

+4

31

Оставаться здесь не хотелось, что можно было понять по недовольной гримасе, которой приукрасилась темно-бурая морда кота после озвученного «приговора» лекаря. Не только потому, что обстоятельства жестокой реалии вновь затянули его в это злосчастное место, лишенное личного пространства и изысков любимой подстилки, но и потому что оказавшись здесь, Аконит чувствовал себя, откровенно говоря, паршиво. Ароматы  угнетали, превращаясь в завихрения пресного уныния, а даже собственный, родной запах, за те недолгие минуты прибывания в целительской, начал источать зловонный привкус травяных лекарств.

Кивнув в знак благодарности целителю и быстро утеряв интерес к затянутому ранее разговору - впрочем, судя по активным передвижениям вокруг малыша взрослых, его присутствие там стало лишним - он расслаблено опустился на деланное подобие подстилки и ненавязчивым движением пододвинул к себе лист с охристой кашицей, тотчас же брезгливо поморщив нос и сконфуженно прижав  уши к затылку, словно бы вся эта затея потеряла приоритет высшего порядка, оставаясь зудящей проблемой на задворках сознания. Хоть бы кусок мяса в прискуску дали.   Однако, сейчас это стало вопросом личного принципа, от которого хотелось лишь быстрее избавиться, хоть и в подобном случае ученик мог по привычке отодвинуть неизбежность подступающих обязательств; состроив  страдальческую мину, он небрежно слизнул языком травяную массу, после обильно смочив воспалённые стенки гортани холодными каплями живительной влаги, завершив незамысловатые манипуляции гулким покашливанием.

Вальяжно растянувшись, Аконит перевернулся на другой бок, вытягивая лапы - попеременно, одну за другой - внезапно упёрся в чужое бедро, ощутив чувствительной подушечкой жар, исходящий от объекта. Бегло прочертив взглядом сидящую фигуру, он все же смог разглядеть в свете полумрака очернения знакомой треугольной мордашки, медленно моргнув, чувствуя предательскую свинцовую тяжесть на веках - они двинулись вниз, а после вновь поднялись, позволяя стылой лазури снова одарить седым серебром черты девичьего лица.

А ребятки звереют, с каждым днём, - как бы невзначай бросил кот, искоса наблюдая событие долгожданного воссоединения матери с сыном, - Ты как? - едва заметно улыбнувшись в снисходительной вежливости, голубоглазый вновь поднял взор к собеседнице - не только потому, что та была приятным отвлечением от раздражающих изъянов, но и потому что от его внимания не укрылось болезненное состояние вечно неунывающей Ручей.

Отредактировано Аконит (2018-05-04 20:20:47)

+3

32

Ласточке удалось подремать совсем немного, но отчего-то после порции трав, выданной Орехом, голова перестала напоминать кочан капусты, а вполне себе прояснялась. С изумлением приоткрывая глаза, черно-белая не спешила поднимать голову с подстилки, положив подбородок на край мохового гнездышка, где они с Громиком ютились вместе.
Отчего-то в этот момент Ласточка отчетливо представила себя, как она, такая из себя королева, лежит в гнезде, а к ней прижимается котенок.
И спина похолодела от осознания, что все это не так уж плохо, как ей представлялось.
- Но... - ощутив шевеление под пушистым хвостом, Ласточка вынырнула из наверняка продиктованных болезнью мыслей и покосилась на котенка, не поднимая головы. - Ты ведь поправишься, да? Ты покажешь мне лес? И озеро, и всё-всё остальное? Мне и моим братьям, и сестре, ведь правда? - завалил её вопросами приемный сын Пантеры и Ежевики, на что кошка насмешливо, нарочито-снисходительно фыркнула, пряча легкую улыбку в уголках губ.
- А то кто же, если не я, - в своем духе проворчала Ласточка, наблюдая сузившимся взглядом, как в палатке оказываются речные. Нет, целитель их, конечно, пусть подсобит Ореху, но эти рыбомордые... Проводив свирепым взглядом дымчато-серую кошку и пушистого оруженосца, кошка мяукнула Громику, но достаточно громко, чтобы слышали остальные:
- Вот вырастешь, Громик, станешь оруженосцем, - протянула Ласточка, смеряя взглядом незваных соседей, - так и знай, что от речных всегда жди беды, - хмыкнула черно-белая, дернув ухом в сторону Малютки и её отпрысков, которых по доброте душевной так выхаживала Пантера.
Которая за это и поплатилась. Да так, что даже черствое, будто бы лишенное материнского инстинкта сердце Ласточки ёкнуло, сжалось и почти физически ощутило боль королевы.
Ласточка видела, что Черняк уже некоторое время не шевелился. Более того, даже ослабшее обоняние кошки ощущало, что от того пахнет теперь не только болезнью, а потому, поднимая скорбные, холодные глаза на Пантеру, черно-белая неожиданно искренне шепнула, тыкаясь носом в лапу сестры.
- Мне жаль, сестренка. Правда жаль, - утешая Пантеру как когда-то в детстве, тихо мяукнула Ласточка, придержав Громика хвостом. Пусть лучше не суется, не сейчас.
Положив голову обратно на бортик подстилки, Ласточка глухо кашлянула, бросив неожиданно тоскливый (ну точно, это болезнь) взгляд в сторону входа. Отчего-то ей казалось, что Беркут вот обязательно, непременно навестит её, ведь ну как же можно-то, не навестить...
Ласточка вздохнула, отводя назад уши от разрывающего сердце плача Пантеры. Отчего-то очень захотелось, чтобы тот великан был рядом.

+3

33

Речная воительница ласково улыбнулась двум молодым врачевателям, чувствуя, что очень не хотела бы оказаться на их месте. Такие юные, неопытные, а сразу два племени свалились на них с болезнью и бедами. Помотав головой, серая понимала, что не так бы, наверное, благородно вела себя на месте Грозозвезда, ох не так...
Бросив сочувствующий взгляд на Малютку, кошка отвела уши назад, осознавая, как все чертовски плохо в их племени, если кошка-недовоительница, ученица рожает от глашатая в чужом лагере, загибается от болезни и доверяет свое воспитание чужой королеве даже не своего племени! Ручей укоризненно помотала головой, понимая, что Толстолобому и Малютке придется очень постараться, чтобы укоренить в сердцах этих малышей речные устои, и какой бы добросердечной ни была зашедшая Пантера, Ручей, как и любая воительница, не могла доверять чужому племени.
Особенно котят.
- Ложись и не вставай, - скомандовал ей Клоповник, заставляя кошку скорчить недовольную мину.
- Успеешь и поохотиться, и порыбачить, но только тогда, когда я посмотрю на тебя и гордо скажу – всё, Ручей, Кашель отпустил тебя. Сон, конечно, лекарство, но в этом случае он один не сможет справиться, - раскомандовался Клоповник под показанный серой язык, однако веселость как лапой сняло, когда врачеватель устало ткнулся ей в шерсть. Ручей подалась навстречу, тыкаясь лбом в лобешник соплеменника за всю боль.
- Я не могу потерять и тебя, Ручей.
- Тогда я пошла лежать и выздоравливать, - с готовностью слизав кашицу, серенькая заметила на входе в палатку маленькую тень.
- Лучше уведите котят, а? - предположила дымчатая, кашлянув в сторону и наткнувшись на Малютку. Или пусть?..
- Нет-нет, - оборвав себя на мысли, Ручей вздрогнула, заслышав, как плачет черная королева над мертвым сыном.
- Уведите. Пожалуйста, - шикнула она Клоповнику, обеспокоенно обойдя Пантеру и её горе. Сочувствующе посмотрев на грозовую кошку, серенькая прилегла на подстилку неподалеку от Аконита, чувствуя, как нагнетается обстановка.
- Так и знай, что от речных всегда жди беды, - хмыкнула в стороне небезызвестная языком-помелом Ласточка. Переглянув на ту через спину Аконита, Ручей удосужила соседку по палатке лишь сердитым взглядом.
- А ребятки звереют, с каждым днём, - мяукнул рядом Аконит, и серая проследила за его взглядом, чувствуя, как все летит в тартарары. - Ты как?
- Домой хочу до боли в лапах, - искренне мяукнула дымчатая воительница, кашлянув в лапу.
- А ты? Тебе уже дали травы? - оценив состояние Аконита как "еще дышит, и слава предкам", Ручей подмяла под себя лапу.
- Я не представляю, как нам придется расплачиваться с Грозовым племенем, - едва слышно мяукнула Акониту речная, чтобы только собеседник уловил эту фразу.

+3

34

Так. К нему сейчас вот явно подошёл не целитель, ибо целители были хлипкие и миниатюрные, а этот какой-то бокастый (есть ли такое слово — определённо хороший вопрос) и щекастый. Да ещё говорит странные вещи. Нет, «заправлаяющие всем коты» тоже говорили странные вещи, но их вещи хотя бы интересные.

— Нашего глашатая? А нашего-чьего? — тихо и задумчиво, будто себе под нос, поинтересовался Искринка, однако большой-большой незнакомец изволил отчалить к другой незнакомке, только поменьше. Всё-таки как весело в целительской! Столько новых морд. И одна из них изволила внезапно ответить на изначальный вопрос. Медовые глазёнки тут же будто зажглись, а их обладатель подался вперёд на мягкий ответ «да, целители». Впрочем, он тотчас же отвлёкся на двух других обитателей просто невероятно пахнущей палатки.
— Да, я Икринка! — торжественно объявил котёнок, а потом весело и заливисто рассмеялся, — ой, то есть Искринка. Вечно путаю, — горло саднить начало ещё больше, зато теперь все здесь знают его имя. И уж точно запомнят.

Поздоровайтесь с Орехом и Клоповником, — со стороны входа послышался голос и буро-белый радостно вскочил, слегка качнувшись в сторону. Пантера пришла, Пантера. Погодите-ка. Что она там сказала? Орех и Клоповник. — Наверное это и есть имена целителей, — мелочь радостно кивнула себе, уже думая подбежать к родной кошке, но та занялась Громиком. Про старшего брата с забавными ушами котёнок слышал немногое, ибо тот болел уже очень-очень давно, но сейчас, кажется, шёл на поправку. — Я обязательно-обязательно к нему подойду и расспрошу про всё время, что он здесь находился, — а про здоровье? Не-ет, зачем. Искринку куда больше интересовали мудрёные названия трав, ловкие движения целителей. Будет печально, если Громик ничего поведать не сможет.
— Пант.. — котёнок почти позвал чёрную кошку, почти задал вопрос. Та же, по непонятным пока причинам, оказалась в дальнем углу палатки. Послышались весьма пугающие звуки вроде сопения, хрипов и какого-то очень-очень грустного мяуканья. Зачем они нужны? Что здесь вообще происходит?

+3

35

из лоу.

День сменялся ночью уже долгое время, а тугой комок в горле не проходил, а только усиливал все нарастающую боль и опухание. Но мужество в Росомашке росло быстрее, чем она сама, не ощущая или игнорируя непорядок в своем здоровье.  Но однажды уже глухой голос сорвался на хрип и  котенок впервые закашлял. Время неумолимо ускорялось.
В конце-концов, за братьями легла и сестра.
В следующие сутки ей стало так плохо, как никогда еще в жизни. Тело сотрясалось от озноба, а голова раскалывалась от мигреней и жара. Единственным спасением было небытие. Погружаясь в беспокойные сны, что дарили часы покоя, котенок с каждым разом проваливался все глубже и глубже в кромешную тьму.
Отрывками полосатка помнила, как в целительскую заходили незнакомцы, от чего ее бурый загривок угрожающе топорщился на это...
Еще помнила мягкую шерсть Громика, щекотавшее уши и теплый бок Черняка, постепенно остывающего. Как брат перестал шевелиться, а затем вовсе исчез из ее подстилки.. или это ее просто перенесли. Но размытый взгляд зеленоватых глаз давно перестал различать образы, поднесенные травы и мох, и вскоре котя-пятна слились в одну черноту.
И сил нет сожалеть о чем-то. Тому, кто еще толком не познал ничего.
Полное смирение.

Котенок умирал. И подсознание умирающего, предчувствуя неизбежное, из последних потуг включился, забил тревогу, показывая вымышленные и увиденные, однажды, образы непрерывной лентой. Сгенерированный лес, который на досуге представляла себе Росомашка, мало походил на реальный. Гигантские деревья, которые и в жизнь не обойти, подпирали собой серое небо. С него валили снежные хлопья, укутывая собой все, словно других сезонов никогда не существовало. Из темноты между стволов клубилась тьма и мерцали множество глаз, олицетворяя собой племя теней, а рядом с ними серебрилась река, а в ней -  лоснящиеся коты речного племени с грацией ловили самых больших рыб вычурной формы. Был там и Серебро Звёзд и Ручей, единственные внятные образы и единственные коты реки, которых котенок когда-либо видел. А в дали - коты-разбойники, посягавшие на территории ее родного племени. Сверкающие клыки и когти, угрожающий мяв пронесся по лесу словно гром в самую сильную бурю.
Сердце Росомашки стало отплясывать. Она сжала фаланги и земля тотчас пошла трещинами из-под подушечек пальцев, разверзая зев бесконечной расщелины. Кошка сжалась и рванула в перед, ощущая себя сильнейшим в этом мире. Но кто-то нагнал ее со спины. Тот, чья энергия поглощала ее реальность. Росомашка оступилась, провалившись в одну из пяти трещин. Лес стал стремительно удаляться вниз, а котенок словно летел вверх, выныривая из толщи сна.

С тяжелым, медленным вдохом Росомашка дернулась всем телом, круглым и незримым взором фокусируясь перед собой, успокаивая колотящееся сердце. Неожиданная тяжесть свалилась на плечи, стиснула и обожгла легкие, выдавливая неслышный стон. Ее нос был уткнут в моховую подстилку и котенок с усилием проволочил голову по подсохшему мху, выпрямляясь и поднимая взор на целительскую. Тот час яркий свет ослепил ее.
-В..Воды! - первая мысль, проскочившая в голове, услышав неподалеку голоса.
Ее пасть была сухой и не закрывалась, поскольку дышать носом все время не удавалось толком. Собравшись с силами, она вцепилась передними лапами  в подстилку, подтянула задние конечности и приподнялась, тут же умостившись обратно, но уже на лапы. Одно усилие отдалось полной немощностью в дальнейшем. Положив голову с помятыми и взлохмаченными бакенбардами на краешек подстилки, она более не двигалась, водя только заспанными и сощуренными глазами по целительской. 
Она хотела произнести имя, но беспомощно пошевелив челюстью, голос так и не пробился.
- Черняк, я иду к тебе, Черняк…
Бурая узнает этот голос из тысячи. Это была Пантера. Ее мать. Но тембр, интонация, что-то было не так. Росомашка заскребла лапами, приподнимаясь выше. То, что она рассмотрела, заставило ее оцепенеть.

Отредактировано Росомашка (2018-05-07 21:02:31)

+3

36

Прижимаясь лопатками к холодной стене, ученик прикрыл глаза, натужно раздувая грудную клетку и неосознанно уходя в себя - в собственные ощущения, которые никак не могли успокоиться от буйства удушающих ароматов, от покалывания в  горящих подушечках, от обостренного слуха, что  отчаянно ловил обрывки слов. Неудивительно даже, что чужие шаги были приняты за игру воспаленного воображения, как и незнакомая фигура, прошедшая мимо, не с первого раза приняла четкие очертания - впрочем, никакие внешние обстоятельства его больше не волновали.

- А? - он уже слушал кошку в пол уха, едва ли разбирая по буквам все сказанное, однако последнюю реплику все же ухватил, растерянно тряхнув лобастой головой, -  Ну, либо они пустят наши шкуры на подстилки, либо после всего этого нам придётся носить им дань в виде рыбки, - низкий  смешок прорезался сквозь хрипотцу.  Помутневшая голубизна расфокусированного взгляда уставилась куда-то на периферию, между ушами соплеменницы, силясь разглядеть происходящее за спиной той, однако пространство никак не приобретало нужных ориентиров, - Странное чувство, будто я хорошенько так нализался мяты и.. - слабая усмешка обрисовала темную морду, - Нет, ты не подумай, я такими штуками не балуюсь. Ну разве что иногда, - шумно вздыхая, словно пытаясь отогнать дыханием наваждение беспомощности, он инстинктивно повернул упрямый  профиль к выходу, откуда, сквозь ветвистый занавес, доносились холодящие порывы ветра, позволяющие на секунду забыть о предательской тяжести во всем теле, расслабиться и предаться мимолётной эйфории.

Уложив морду на передние лапы и подобравшись всем корпусом, самец вновь задержал бесцветный взор на серенькой мордочке  собеседницы, интуитивно, невнятно что-то бурча себе под нос, пока веки окончательно не сомкнулись под тяжестью окутавшего бессилия, погружая разум в глубокую дрему.

+2

37

Шаткой походкой Орех побрел вглубь палатки, чтобы разложить приготовленную кашицу разнотравий по порциям. Палатки кишела больными и разрывалась от кашля, пронизывающего мирную тишину целительской. Черно-белому целителю безумно хотелось спать, ну, или хотя бы, полежать. Приступы кашля разрывали глотку, сушили рот и заставляли легкие болеть. Орех медленно опустил голову и схватил зубами кулек с кашицей, чтобы потом направиться с ним по всему периметру палатки и хорошенько пролечить больных. Сейчас грозовой целитель уже и не отличал "своих"от "чужих", нужно было просто искоренить болезнь с этих территорий, не допустив глупых смертей.
В палатку вошла Пантера с целым выводком котят и сердце Ореха пропустило удар. Все, финишировали. Практически все котята оказались в покоях целителя. Возможно, в мирное время Орех был бы и рад гостям у себя, но сейчас он ненавидел свою палатку и безумно хотел чтобы она опустела и вновь обрела тихий обличий. А в воздухе витал бы приятных запах вереска и свежих веток, а не удушающий "привкус" болезни.
- Мне кажется, кашель добрался и до них. У них те же симптомы, что были у Черняка и Громика, - параллельно с тем, пока говорила Пантера, Орех молча подошел к Хрусталику с Искринкой и положил возле них кашицу. Пододвинув ее прямо в мордочкам молодежи, Орех посмотрел на них глазами полными мольбы и просьбы.
- Съешьте все, иначе из целительской еще луну не вылезете, - попутно слушая королеву приговаривал Орех. Повернувшись к Пантере всем телом, целитель устало выдохнул, - уложи их на подстилку, пожалуйста. Я раздам лекарства больным и тут же осмотрю твоих детей.
Воля бы Ореха, он бы кинулся на спасение котят в первую же очередь. Но остальные "жители" палатки также имели право на жизнь и ждали своего спасения в виде лекарств. Действовать нужно было как можно быстрее. Но как тут будешь работать быстрее, когда тело то бросает в жар, то в резкий озноб. Бока изрядно взмокли и морда Ореха уже казалась еще более угловатой и уставшей. Покачиваясь из стороны в сторону, он подошел к Ласточке, затем к Ручей, Малютке, Акониту, Громику и положил кашицу из первоцвета, толокнянки и брусники. Затем ринулся к оставшимся котятам Пантеры и также заботливо разложил кашицу у их ртов. Это были последние запасы. Требовалось еще.
В голову забралась мысль, что было бы неплохо проветрить палатку и избавиться от спертого запаха болезни. Для этого нужно было всего навсего отодвинуть камень в самой глубине пещеры, тогда в палатке создался бы легкий сквозняк и больным наверняка стало бы легче. "Главное их на ветру не держать..."
О себе Орех заботился в последнюю очередь. Целительский долг обязывал спасать чужие жизни, даже ценой собственной. Но.
"Если умру, Клоповник один не справится.."
Вдали палатки послышался скорбный вой. Орех обернулся и увидел Пантеру. Это то, чего он не хотел бы увидеть и испытать на собственной шкуре. Лужица, ее сестра, Черняк... Все они в последние дни не справлялись с болезнью и никакие травы не помогали им встать на ноги. Еще утром Грозовое племя покинули две сестренки и Орех бы похоронил их по-тихому, не желая чтобы Пантера видела их такими. Но больных было настолько много, что даже сесть и передохнуть казалось невозможным. Черняк уходил из жизни. Орех это видел по его легко подрагивающему телу, пустому стеклянному взгляду и еле теплому дыханию.
Процесс было не остановить и Орех был бессилен перед лапами смерти. Наблюдать за умирающим малышом стало неимоверно сложно и больно. Сердце сжалось, лапы задрожали и черно-белый скорбно зажмурил глаза. Тяжелая слеза скатилась по всклоченной морде и Орех прижал подбородок к груди. Пусть у целителя и было понимание того, что на все воля Звездного племени и всех не спасешь, но увиденное разрывало сердце.
Тяжелой поступью он направился к черной королеве. По пути схватив из расщелины чабрец, кот медленно подошел со спины Пантеры и положил листок возле нее.
- Мне жаль... - Орех сморгнул подступившие слезы, - если бы я мог им как-то помочь, то обязательно бы помог... Мы боролись с болезнью до конца, Пантера, - целитель глухо закашлялся, - прими чабрец, чтобы успокоиться. Я сделаю все, чтобы Звездные предки больше не забрали ни одного твоего ребенка. Они не должны оставаться без мамы, Пантера. Ступай в детскую, чтобы не заразиться. И... - черно-белый перемялся с лапы на лапы и, опустив голову вниз, прошептал, - прости меня.

+4

38

→ разрыв (цветочная поляна)

На кашляющую всеми тональностями, переливами, хрипами и сопениями родину Клёкот возвращался относительно бодрой трусцой, стараясь попутно не выронить из пасти ценный груз. Среди молодой травы с редкими вкраплениями тающего снега всё-таки удалось отыскать травы, похожие на те, что показывали целители. Четыре стебля, полные небольших странно-мясистых зелёных листочков и три растения, усеянные бледно-жёлтыми цветами, вещественно доказывали сие достижение. Кажется, второе звалось первоцветом, а первое брусникой, но Грозовой специалистом по части лекарства не был, так что пусть разбираются соседский целитель с его племянником.

— Орех? — оказавшись на пороге обители разнотравья и сгрузив это самое разнотравье себе под длинные лапы, позвал воин. Искомый чёрно-белый кот обнаружился близ Пантеры, которая… Которая. Клёкот невольно прижал уши, отводя взгляд от развернувшейся картины. Отголоски печального траура по младшему поколению достигали длинной морды, однако воочию лицезреть страдающую королеву и переполненную палатку врачевателей оказалось весьма трудно.

— Пантера, пожалуйста, дай Ореху приложить все силы для того, чтобы никто более не отправился к праотцам. А тем, кто уже, слезами не поможешь. От смерти лекарства нет, — браво, Клёкот. Ты всегда был мастером утешения рыдающих душ и тонким психологом, ага. М-да уж. Во всяком случае, цель свою светло-рыжий выполнил, лечебные растения по назначению доставил, на что обернувшемся племяннику было указано худощавой лапой. Грозовой бы и рад поддержать родственника, только как это делается? Загадка за семью туманами.
— Я принесу ещё трав, — зато он точно знал, как может помочь более действенным способом. Кивнув находящимся в целительской, кот оную покинул, одновременно ощущая странную слабость и першение в горле. Нет, нет уж. Не сегодня. Быть может, в следующий раз трав хватит на него тоже. Сейчас они нужнее молодняку.

→ главная поляна

Отредактировано Клёкот (2018-05-11 13:00:27)

+3

39

Начало игры.

Что и говорить, о доброте Грозового племени можно слагать легенды. Цепкая обвела взглядом главную поляну и едва слышно фыркнула. Приютить соседа, который еще и принес лихорадку... Для этого действительно нужна не дюжая отвага. И сопереживание чужим бедам в придачу.
Все занимались своими делами. Кто-то собирался в патруль, кто-то на тренировку, кто-то ел, кто-то разговаривал. А кто-то болел. Почти идиллия. Если без последнего, конечно. Но больных с каждым днем становилось все больше, целители не справлялись со свалившейся на голову эпидемией. Она прокатывалась по приозерным территориям как лесной пожар, оставляя после себя толпы больных, гнусный запах болезни и смерти. Цепкая вздрогнула и поднялась на лапы. Нужно было найти Клоповника и узнать, не нужна ли помощь. Всё-таки здоровые лапы куда лучше заболевающих. А когда ученица видела целителя последний раз, выглядел он не ахти как. Видимо болезнь зацепила и его.
В первую очередь нужно было осмотреть палатку целителя Грозового племени. Наверняка молодой целитель был там, учитывая, что больные продолжали стягиваться в убежище Ореха.
Мягко ступая, Цепкая приблизилась к палатке, пропуская вперед Пантеру с котятами и заходя следом. В палатке было не протолкнуться, а запах болезни и вовсе стал невыносимым, перебивая даже сильный дух целебных трав.
Оруженосец сделала пару шагов, чтобы не загораживать вход в палатку и невольно посмотрела на метнувшуюся черной молнией Пантеру. Желтые глаза ученицы расширились, глядя как яростно королева вылизывает своего котенка, такого же черного как она сама.
"Неужели он?.." А рядом с ними лежали две маленькие девочки. Без движения, и бока их были неподвижными.
Коричнево-белая резко отвернулась, не в силах больше смотреть на это. И лишь тоскливый, полный боли плач Пантеры ознаменовал уход еще одного котёнка. Смерть котят была особенно ужасна, ведь они даже не успели посмотреть мир, не познали радость первой охоты и разгоряченную кровь первой битвы...
- Они слишком малы, чтобы умирать... - Вырвался из груди едва слышимый шепот.
А глаза сами по себе нашли в сумраке палатки Клоповника. Он стал выглядеть еще хуже, шерсть торчала в разные стороны, в некоторых местах и вовсе скаталась в колтуны. У целителя явно не было и свободной минутки, чтобы прилизать хотя бы грудку.
"Только ли во времени дело?" - Задалась вопросом Цепкая и направилась к нему, обходя по пути соплеменников и грозовых котов. Речной и грозовой запахи смешались, образовав что-то новое, такое знакомое и чужое одновременно. Взгляд сочувственно скользил по больным, ни на ком особо не задерживаясь.
- Клоповник?.. - Обратилась Цепкая к юному целителю. В нос ударил свежий запах болезни, заставив кошку скривиться, но наклониться к коту. От него исходил жар, как от горящего костра, и от неожиданности ученица отшатнулась, сразу же принявшись искать глазами Ореха. Тот выглядел не лучше, из последних сил стараясь помочь больным. Твердым шагом Цепкая направилась к нему.
- Орех, Клоповник очень плох. Я видела нетронутое лекарство рядом с ним, думаю, я смогу заставить Клоповника съесть его, хоть он и изрядный упрямец. Скажи мне, чем я еще могу вам помочь? - Ученица заглянула в глаза грозовому целителю. - И можешь даже не пытаться гнать меня прочь, у тебя ничего не получится. Вы уже валитесь с лап от усталости, а я здорова и полна сил. - Сразу предупредила Цепкая, распушившись, зная как целители не любят видеть рядом больных и здоровых.

Отредактировано Цепкая (2018-05-10 23:41:17)

+3

40

Вот только попробовав самую малость странной кашицы, Искринка постиг всю суть предостережений взрослых относительно увлекательного занятия «болеть». Горькота-а-а полнейшая и беспросветная настигла котёнка, заставляя кашлять. Но если он сейчас не съест всё, то потом ведь дадут ещё! Здравые рассуждения, конечно, с ужасным вкусом справиться не помогли, однако сил разделаться с лекарством дали. Тем временем Орех прошёл вглубь своей обители, и буро-белый из любопытства последовал за молодым целителем.

— Хрусталик! — оставшееся расстояние до внезапно обнаружившегося друга Искринка преодолел шажочками невероятно быстрыми, спотыкаясь обо всё, что можно и нельзя. Обыкновенно худощавый, сейчас старший братец выглядел уж очень плохо. Более того… Он дрожал! Медовые глаза резко расширились, а их обладатель тотчас постарался укрыть болезного своим, ныне пушистым, хвостом.

— Хей, друг, ну какие же звёзды нам, если ты лежишь, — котёнок тронул белое ухо носом, бросая красноречивые взгляды в сторону двух целителей. Которым, судя по тяжёлому дыханию и тому, как они избегали подходить к самым младшим обитателям целительской, тоже нездоровилось. Стойте! Как же это так? Мудрые и сильные коты, призванные всех лечить — болеют? И его лучший друг лежит бессловесной кучкой мха. И родная Пантера слишком печальна. Искринке хотелось, очень-очень хотелось что-нибудь предпринять. Вывести новое гениальное решение проблемы. Однако он столь мало знал.. Слишком мало.

Грр-х! Буро-белый зло поморщился, чтобы в следующую секунду с удивлением осознать — странного ощущения в горле больше нет. Похоже, он тут единственный, кому вообще стало лучше. — И если мне стало лучше, то, наверное, нужно уходить. А то опять подхвачу эту заразу, — здравые рассуждения, увы, противоречили дрожащему другу аккурат рядом. — Нет, подожду совсем немного. Хрусталик сильный, он сможет быстро поправиться, — утвердительно кивнув самому себе, Искринка уверенно распушил грудку и стал дожидаться нового прихода целителей, пуча в темноту медовые глаза. У входа слышались странные незнакомые голоса, но котёнок каждый раз останавливал рвущееся любопытство. Впрочем, один из голосов вскоре обрёл форму какой-то странной кошки. — Кто она и зачем вообще тут? Тоже болеет? Не, громковата для болеющей. Тогда зачем? Ещё принесёт заразу остальным, а целителям потом бегай, — мелочь недоумевающе косилась на незнакомку, попеременно возвращая внимание лучшему другу.

+3


Вы здесь » cw. дорога домой » грозовое племя » палатка целителя